Чтение онлайн

Или очень хотел создать такое впечатление.

Бутылка сонского портвейна, разумеется, была открыта. И опустошена на треть. Я вынула пробку. Ну-ну, мистер Ашен. И многих вы уже убедили, что пьете самый тяжелый портвейн прямо на рабочем месте?

В бутылке было очень легкое кларийское вино. Цветом оно не отличалось от сонского портвейна, другой аромат Ашен уже объяснил тем, что, дескать, это еще старое вино, ну а крепостью оно уступало не то что обычному столовому, а даже многим сортам темного пива. Я налила его в два бокала, решив, что княгине Сонно было бы странно отказываться от напитка, который обозвали сонским портвейном.

— Отличный выбор, — похвалил Джет Ашен. — Впрочем, я так и думал, что вы разделяете мою страсть к сонскому портвейну. Кстати, тащите бутылку сюда. И вторую тоже, там была еще одна початая.

Естественно, початая. Не мог же он подменить напитки в закупоренной бутылке. Технически несложно, но зачем? Всегда можно сказать, что он уже пил отсюда.

Первый бокал Ашен выдул залпом, не отвлекаясь от своего занятия. Я пригубила. Так вино еще и разбавлено. Особенность кларийского вина: оно при разбавлении не теряло цвет, а букет только усиливался. Фактическая крепость — полтора-два градуса. Пожалуй, его преспокойно можно пить литрами, производя впечатление фантастически толерантного к алкоголю человека. Иначе говоря, алкоголика.

Наконец Ашен треснул ладонью по столу, сложив все мониторы. Я меланхолично цедила вино. Ашен налил себе еще, прямо по края, шумно выпил половину и выдохнул.

— Отпускает, — сообщил он. — Тяжелый вчера был вечер. А как вы себя чувствуете, майор Берг?

— Спасибо, неплохо.

— Отлично. А настроение? Боевое? Готовы взяться за новую миссию? Вы ведь не заблуждаетесь, думая, что вам предстоит работать только переводчиком? О нет, конечно. Вы умная женщина, майор Берг, — Ашен хохотнул и выпил еще. — Кажется, я немного развязен. Не беспокойтесь, это сейчас пройдет. Я себя знаю. — И снова потянулся за бутылкой. — А как вы относитесь к Вальдесу? По-человечески?

— Нейтрально.

— Хотите сказать, этот эталонный мачо так-таки не произвел на вас никакого впечатления? Ну, майор Берг, я отказываюсь верить. Я понимаю, вы с ним встретились по работе, какие уж тут чувства, но неужели даже простой симпатии нет? Тем более вы познакомились при таких романтических обстоятельствах… Женщины любят мужчин, которым спасли жизнь.

— Мистер Ашен, — я улыбнулась, — я спасла жизнь стольким мужчинам, что всех полюбить не могу при всем желании.

— И первым в этой длинной череде был ваш нынешний босс. А может, дело в нем? А? Сознайтесь, майор Берг, вы просто неравнодушны к Августу Маккинби, — Ашен подмигнул мне.

— Совершенно неравнодушна, — согласилась я хладнокровно. — Иногда мне даже хочется поколотить его.

Ашен захохотал.

— Люблю, когда у разведчиков в душе остается место для нормальных человеческих чувств. Тогда с ними можно иметь дело. Кстати, как он? Ваш босс?

— Надеюсь, что хорошо.

— Он не дает о себе знать?

— Звонит, но редко.

— Ну, будем верить, что он вдалеке от вас занят делом, а не завел очередную дурацкую интрижку с далеко идущими последствиями… Впрочем, какое нам дело? Вы ведь тоже можете завести такую интрижку. Но, конечно, я надеюсь, майор Берг, что вы будете благоразумны. Очень благоразумны. И патриотичны.

— В каком смысле, мистер Ашен?

— В прямом. Вальдес колеблется. А нам надо удержать его на Земле. Любой ценой. Вы ведь знаете, что эту пару, Вальдес — Арриньо, готовил Энстон. Думаю, уж вам-то понятно, насколько глубоко изменнические цели преследовал Энстон. К нашему счастью, эта сладкая парочка распалась. По отдельности ни один из них не способен набрать достаточную власть в Эльдорадо, чтобы стать по-настоящему опасным для нас. Вот и пусть один воюет сразу на три фронта, с нами, Куашнарой и Шанхаем, а второй сидит на Земле. Майор Берг, вы поняли меня? Удерживайте его здесь. Как хотите. — Ашен снова выпил и легкомысленно обронил: — Когда мы победим, то вернем Вальдеса на его смешной трон. Хотите, вы станете первой леди Эльдорадо.

— Он женат.

— Это несущественно. Но я не принуждаю вас, нет. Просто для наших целей было бы прекрасно иметь в Эльдорадо такого агента влияния, как первая леди. Такого квалифицированного, превосходно образованного, талантливого агента, как вы, майор Берг. Но я вас не заставляю.

— Вы вызвали меня для этого?

— Вызвал? Скажете тоже. Пригласил. И вовсе не для этого. Это я так, для затравки разговора. Мне на самом деле безразлично, как сложатся ваши отношения с Вальдесом. Лишь бы не негативно. Вы что-то не пьете.

— Разучилась пить быстро. Давно не служила в армии.

Ашен хохотал так, словно я ему анекдот рассказала. До слез.

— Я хотел поговорить с вами о личном. О вашем семейном достоянии.

Ну да, о чем же еще?

— Легендарная красная машина Ивана Кузнецова. Не та моделька, к которой вы так трогательно, по-детски привязаны, а оригинал. Который хранится в бункере под Москвой.

— Она недоступна.

— Да, да, — Ашен раздраженно поморщился. — Я в курсе. Но по документам совладельцы этой машины — ваш брат Кристофер Слоник и ваш босс Август Маккинби.

— Не только они. Часть документов у других правообладателей.

— Забудьте. Экспертиза признала те документы фальшивыми. Я получил заключение вчера. Так что только Слоник и Маккинби.

Он молчал, сверля меня взглядом. И я молчала, время от времени прикасаясь губами к бокалу.

— Внутри этой машины находится некий предмет, никогда не принадлежавший Кузнецову, — сказал Ашен. — Имеющий огромную ценность для государства. Я готов за счет государства поднять машину на поверхность. В присутствии всех правообладателей, разумеется. Ваш раритет останется у вас, хоть катайтесь на нем, вроде бы он исправен. Мне нужен только сейф.

— Я передам ваши слова Крису и Августу при первой же возможности.

— Нет! — рявкнул Ашен. — Вы не передадите! Вы втолкуете в их упертые бошки, что они приедут и сделают так, как я сказал! Они будут стоять и улыбаться для прессы, а потом без лишних свидетелей передадут сейф лично мне, в руки, как представителю государства! Передадут конкретно мне, никому больше! И никому даже словом не обмолвятся, что был еще и чертов сейф!

— Срок?

Ашен остыл.

— Да, извините, погорячился. Они меня вчера до истерики довели. Оба. По очереди. Считают, что больше меня понимают в государственных интересах. Мямлят еще… Так что вы поработайте над их поведением. Срок… Отселение жилых кварталов над бункером уже началось. Через месяц, я полагаю.