Чтение онлайн

Шкафы бывают разными: одностворчатыми и двустворчатыми, большими и маленькими, старыми и новыми, пропахшими нафталином и благоухающими въевшимися в стенки запахами духов. Они, как люди: одни красивые и ухоженные, другие скрипучие и обшарпанные. Бытие определяет не только сознание, но и внешний вид.

Тот шкаф, в котором пришлось укрыться Диане сразу, как только Дарк впихнул ее в кабинет, был старым, безногим и завалившимся на правый бок. Девушка не предполагала, что убежище будет комфортным, но все равно открыла перекошенную дверцу и залезла внутрь. Другого выхода просто не было, полиция пустилась в погоню за Аламезом, но это не значило, что полесские коллеги забудут методично, метр за метром, обыскать весь этаж.

Внутри собственность банка оказалась еще отвратительнее, чем снаружи. Его Величество Случай пребывал, по-видимому, в хорошем настроении и решил напомнить девушке прежние деньки, когда она неустанно лазила по трущобам и помойкам Альмиры, то в поисках вещественных доказательств, то гоняясь за нестрадающими брезгливостью преступниками. Оказавшись внутри темного мирка со стойким запахом сменной обуви и с одурманивающими ароматами загнивающих остатков еды, Диана неожиданно поняла, что ужасно боится замкнутых пространств, и начала всерьез призадумываться о добровольной сдаче полиции.

Мелкие мошки и букашки, считавшие себя наравне с сотрудниками отдела аккредитивов полноправными совладельцами затхлой обители, эмигрировали с недоеденных бутербродов и перебрались на лицо, волосы и руки девушки. Несколько особо пакостных и находчивых умудрились заползти под свитер и брюки. Одержимые жаждой познания и поиском новых лакомств насекомые ползали по коже и вызывали дикий зуд, от которого объекту исследований хотелось выть и кусаться. Однако Диана стоически стиснула зубы и, терпя боль, решила воздержаться от активных карательных мероприятий. Древнее хранилище шуб, сапог и объедков могло не выдержать ее возни.

На четвертой минуте добровольного заключения послышался скрип двери, по полу загрохотали армейские ботинки. Судя по шагам, полицейских было двое, они обшарили весь кабинет, не забыв заглянуть под столы, непонятно зачем разбили прикладом компьютерный монитор, но так и не удосужились заглянуть в платяной шкаф. Потом вандалы ушли, на всякий случай оставив входную дверь открытой. Это плачевное обстоятельство заставило Диану продолжить томиться в грязном и смрадном питомнике паразитов. Из коридора то и дело доносились поступь тяжелых ботинок, звон оружия и громкие голоса. Полицейские прочесали этаж, никого и ничего не нашли, но почему-то не уходили. Через замочную скважину и щели дверцы внутрь шкафа проник смрад дешевого табака. Служивые закурили, их было не меньше десятка.

«Чего они ждут, что охраняют? – недоумевала Диана, борясь с судорогами в затекших ногах и с новой массированной атакой назойливых насекомых. – Что за дурацкая привычка топтаться на одном месте, когда поезд уже ушел.

Не думают же они, что преступники вернутся или добровольно повылезают из укромных мест? Хотя если эти омерзительные твари и дальше будут так кусаться и лазить где попало, то придется действительно сдаться властям!»

Имевшей солидный опыт оперативно-розыскной работы Диане даже не пришло в голову, в чем крылась истинная причина топтания полицейских в коридоре. Операция была завершена, и казалось, самым разумным решением было уступить плацдарм следственной группе. Однако послышавшийся вскоре на фоне многоголосого бормотания властный, сотрясающий уцелевшие стены и перегородки голос расставил все точки над «i». Вначале Гроттке испугалась, ей почудилось, что наступил тот судьбоносный момент, о котором предупреждал Дарк, она наконец-то услышала голос Коллективного Разума, но впоследствии оказалось, что это всего лишь был рев недовольного полицейского начальства, решившего собственными глазами осмотреть место происшествия.

У начальника старгородской полиции полковника Гарварса был плохой день: жена отказалась выполнять супружеский долг, а тут еще совершенно некстати произошло нападение на самый крупный и влиятельный в городе банк, повлекшее за собой весьма неприятные разговоры с чинами из городской управы. Угроза досрочной отставки по позорящей честь мундира статье «Частичное служебное несоответствие» заставила полковника ненадолго покинуть стены своего кабинета и «научить» подчиненных, как надо работать.

– Идиоты, бараны… скоты безмозглые! – громыхал полковничий бас в тиши разгромленного коридора. – Мало того, что в городе порядка навести не можете, никто на это и не надеется… вы даже одного паршивого летуна изловить не в состоянии! Где банда, где сообщники того паршивца, не один же… такой погром устроил?!

– Господин полковник, мы прочесали все здание… – робко начал оправдываться командир штурмового отряда, чем вызвал новый шквал негодования взбешенного руководства.

– А ты, капитан, у меня скоро помойку прочесывать будешь, объедки искать! Как мог позволить этому придурку из окна сигануть, да еще на глазах у всего города?! Молчать! Мне жалкие оправдания не нужны, работу нужно работать, а не спирт казенный втихаря хлестать!

В ходе проведения незапланированного воспитательно-разъяснительного мероприятия Диана почерпнула много нового и интересного о тяжких служебных буднях и интимной жизни с нетрадиционным уклоном офицерского состава страгородской полицейской управы. Полковник разошелся, он самозабвенно изливал накопившуюся с утра злость на головы вытянувшихся по стойке «смирно» солдат штурмового отряда и чувствовал облегчение. Когда полковник выдохся, на него снизошло озарение. Он понял, что, несмотря на мелкие превратности судьбы, в общем и целом жизнь удалась. Тональность разговора стала менее грозной, а содержание – более конструктивным.

– Ну ладно, балбесы, показывайте, где у нас тут птички из окон летают?

По коридору прокатился дружный вздох облегчения, настроение воинства мгновенно улучшилось, а по каменным плитам пола загромыхало около двух десятков кованых сапог. В тот самый миг, когда полицейские толпой побрели в дальний конец коридора, одна из противных букашек заползла Диане прямо в ноздрю. Девушка пыталась удержать чих, но не совладала с естественной потребностью организма избавиться от залезших в него паразитов. Очищение дыхательного канала сопровождалось не только громким звуком, отдаленно напоминающим трель охотничьего рожка, но и сотрясением всего тела. Расшатанные стенки шкафа не выдержали нагрузки, и прогнившая изнутри конструкция обвалилась, погребя Диану под обломками досок, горой шуб и осколками банок со зловонными смесями.

После десятиминутного нагоняя почти каждый из полицейских посчитал своим долгом показать служебное рвение и поучаствовать в поимке опасного преступника. На Диану, с трудом выбравшуюся из-под залитых протухшим рассолом обломков, одновременно накинулись не менее восьми человек. Ее не били, только повалили на пол, заломили за спину руки и, защелкнув на запястьях браслеты наручников, волоком потащили в коридор, где бросили под ноги ожидавшего конца операции полковника.

Небрежно брошенные на пол рядом с девушкой дамская сумочка и «сураба» с опустевшей обоймой лишили пленницу призрачного шанса прикинуться заснувшей на рабочем месте сотрудницей банка. Надежда на спасение была окончательно потеряна, муки в зловонном шкафу были напрасными.