Чтение онлайн

на перекрестке. Свернув налево, она проедет мимо пристани, мимо дома Така, затем свернет

направо и выедет на загородное шоссе, ведущее к ее дому. Впереди, за кованой оградой, располагалось самое большое в Ориентале кладбище, где покоился доктор Боннер. Аманда

вспомнила, что Доусон хотел заехать туда по дороге домой.

Кладбищенские ворота оказались открыты. В поисках арендованного Доусоном автомобиля

Аманда окинула взглядом полдесятка машин на стоянке и, когда наконец его заметила, у нее

перехватило дыхание. Три дня назад, подъехав к дому Така, Доусон припарковал эту машину

рядом с ее. А сегодня утром она, Аманда, стояла возле этой машины, когда Доусон в

последний раз ее поцеловал.

Доусон здесь.

«Мы еще молоды, - говорил он ей.
– У нас еще есть время все исправить".

Нога Аманды стояла на педали тормоза. Прогрохотавший по главной дороге в сторону центра

минивэн загородил Аманде обзор. В остальном дорога была пуста.

Надо только пересечь дорогу и припарковаться, и она его обязательно найдет. Аманда

вспомнила слова Така, годы тоски и отчаяния, прожитые им без Клары, и поняла, что

совершила бы ошибку, расставшись с Доусоном, - она не представляла себе жизни без него.

Аманда представляла, как они встретятся сейчас, что скажут друг другу. Вот она видит

Доусона у могилы доктора Боннера и говорит ему, что их расставание невозможно. Она, зная, что они созданы друг для друга, уже представляла, как будет счастлива, когда он обнимет ее.

Если она решит остаться с Доусоном, то всегда и везде будет следовать за ним. Или он за ней.

Однако чувство долга все же не отпускало Аманду. Она медленно убрала ногу с педали

тормоза и вместо того чтобы проехать прямо, вдруг повернула руль. Сдерживая рыдания, Аманда направилась к главному шоссе в сторону дома.

Она начала набирать скорость, все дальше и дальше удаляясь от кладбища, вновь пытаясь

убедить себя, что приняла единственно верное решение.

– Прости меня, Доусон, - прошептала Аманда, жалея, что он не слышит ее, жалея, что ей

приходится говорить эти слова.

Шорох за спиной вывел Доусона из задумчивости и заставил подняться. Он тут же ее узнал, но от неожиданности не мог произнести ни слова.

– Вы здесь, - констатировала Мэрилин Боннер.
– У могилы моего мужа.

– Простите, - извинился Доусон, опустив глаза.
– Мне не следовало приходить.

– Но вы все равно пришли, - проговорила Мэрилин.
– И совсем недавно были тут.
– Доусон

ничего не ответил, и она кивком указала на цветы.
– Я после церкви всегда захожу сюда. В

прошлые выходные цветов не было, к тому же они совсем свежие, а значит, появились здесь

совсем недавно. Стало быть... в пятницу?

– Утром, - сглотнув комок в горле, выговорил Доусон. Мэрилин смотрела твердо и

решительно.

– Ведь вы какое-то время и раньше присылали сюда цветы? После того как вышли из

тюрьмы? Это вы были, да?

Доусон промолчал.

– Так я и думала, - вздохнула Мэрилин и шагнула к камню, оглядывая надпись. Пропуская ее, Доусон отступил в сторону.
– Дэвиду сюда многие приносили цветы. Но через пару лет его

стали забывать. Осталась только я. Только я приносила цветы. Но вот прошло четыре года

после его смерти, и рядом с моими цветами стали появляться еще чьи-то - правда,

нерегулярно, но достаточно часто, чтобы возбудить во мне любопытство. Мне было

непонятно, кто бы это мог быть. Я спрашивала родителей, друзей, однако никто не

признавался. Представьте себе, какое-то время я даже стала подумывать, не было ли у

Дэвида, случайно, при жизни другой женщины.
– Мэрилин со вздохом покачала головой.

– Только когда цветы перестали появляться, я сообразила, что это ваших рук дело. Мне было

известно, что вы вышли из тюрьмы досрочно, а потом где-то через год отсюда уехали. Все

эти ваши действия меня просто... вывели из себя.
– Мэрилин стояла скрестив руки, казалось, она пытается отгородиться от воспоминаний.
– И вот сегодня утром, снова увидев эти цветы, я поняла, что вы здесь. Я не знала точно, появитесь ли вы на кладбище сегодня... но вы

появились.

Доусон сунул руки в карманы. Ему вдруг страшно захотелось оказаться где-нибудь подальше

от этого места.

– Если вы так хотите, я больше не буду приходить сюда, - пробормотал он.
– Даю слово.

Мэрилин взглянула на него.

– Вам не кажется, что ваши посещения могилы Дэвида не совсем нормальны, учитывая, что

вы совершили? Учитывая, что мой муж здесь, а не со мной? Что он не видел, как выросли его

дети?

– Согласен с вами, - сказал Доусон.

– Конечно, это ненормально, - сказала Мэрилин.
– Ваша совесть до сих пор не дает вам покоя.

Ведь поэтому вы все эти годы присылали нам деньги?

Доусон хотел солгать, но не смог.

– Когда БЫ об этом узнали?
– спросил он.

– Тогда же, когда получила первый чек, - ответила Мэрилин.
– Всего пару недель до этого вы

останавливались возле моего дома, помните? Понять, что к чему, не составило труда.
– Она

помедлила в нерешительности.
– Вы хотели попросить прощения лично? Когда пришли к

моему крыльцу в тот день?

– Да.

– В тот день я не пустила вас на порог. II наговорила вам... всякого, многое из которого, наверное, не следовало говорить.