Чтение онлайн

Чек! Я так и подскочила на стуле. Куда я его дела? Скорее всего вложила в тетрадь с расходами. Дело в том, что Аня выдавала мне деньги на покупки. Пару раз я ходила в магазин, а поскольку в каждом супермаркете на одни и те же продукты своя цена, то чеки аккуратно складывала, чтобы вздорная хозяйка не придралась к тратам. Может, машинально прибрала и чек от «Айриш Крим»? Хорошо бы, потому что, на мой взгляд, эта покупка, сделанная второпях, снимает с Ани подозрения. Ну не готовятся так к убийству, впопыхах, между прочим приобретая предназначенный для отравы ликер. Уж, наверное, она бы позаботилась заранее, приготовила бы «раствор». Шаткое, но все же косвенное подтверждение невиновности Ремешковой. Но как проверить, сохранился ли чек?

– Ира! – заорала я. – Поди сюда!

За спиной послышались осторожные шаги.

– Ириша, – сказала я, не оборачиваясь, – у тебя ведь остались ключи от маминой квартиры, мне срочно нужно туда попасть.

– Зачем? – раздался мужской голос, и на мое плечо опустилась крепкая рука.

– Володя! Ты пришел?

– Пришел, – спокойно подтвердил Костин. – А что это ты тут чертишь?

Он моментально схватил листок и стал читать:

– Андрей, Валерия, Никита… так!

– Отдай, – я попробовала отнять бумагу.

– Еще скажи, почему у вас живет Ирина?

– Ну, девочка осталась без матери, а Борис Львович повел себя по отношению к ней не лучшим образом, я просто пожалела ребенка.

– Ничего себе ребеночек, – фыркнул приятель, – ростом повыше меня будет, весом побольше…

– Ну и что? – возмутилась я. – Она еще школьница и боится ночевать одна.

– Понятно, – протянул майор.

– Полнота еще не показатель взрослости, – кипятилась я.

– Это точно, – заулыбался Володя.

– Ну и что тут смешного?

– Да неделю назад один идиот, примерно сто килограммов весом, решил взять в одиночку сберкассу.

Грабитель действовал по всем правилам гангстерских налетов. Влетел в переполненный зал и заорал: «Всем на пол, это ограбление!»

Посетители попадали, словно спелые персики, но не все. Очевидно, для налетчика это был несчастливый день. В очереди к окошку, желая оплатить коммунальные услуги, мирно стоял сотрудник МВД в штатском. Моментально оценив обстановку и поняв, что бандит решился на дело в гордом одиночестве, опер вытащил пистолет и приказал: «Немедленно ложись, я из милиции».

Но налетчик не собирался сдаваться, он ухватил одну из посетительниц и потащил перепуганную, орущую бабу к выходу.

– Только выстрели! – визжал бандит. – Из тетки дуршлаг сделаю.

Милиционеру пришлось опустить оружие. Бандит находился на грани истерики и не контролировал свои действия.

Мужик поволок жертву к двери, и тут произошло трагикомическое событие. Неудачливый налетчик весил более центнера, обладал большим животом, толстыми ногами и мощной спиной. В заложницы он взял тетку тоже монументального телосложения, дама тянула килограммов на сто двадцать – еще та Дюймовочка. Вход и выход сберкассы были оборудованы «вертушкой», произошло неизбежное – они застряли. Тетка верещала, словно безумная, грабитель матерился, но делу это не помогло. Два тучных, потных тела, одетые, несмотря на апрель, в тяжелые зимние вещи, застряли в капкане намертво.

Милиционер первый понял, что произошло. Ухмыляясь, он подошел к мужику, отнял у него пистолет, оказавшийся на самом деле муляжом, и приковал горемыку наручниками к железной палке. Впрочем, он мог этого и не делать. Вытащить уголовника и тетку из объятий «вертушки» смогли только сотрудники МЧС, которым для этого пришлось распиливать преграду на куски.

Я радостно засмеялась, слава богу, Володя отвлекся, забыл про список имен…

Мы пошли пить чай, и вечер покатился своим чередом. Ушли и вернулись с прогулки собаки, потом они с восторгом поужинали геркулесовой кашей, Ира и Лиза вновь уединились в ванной, где попытались в очередной раз перекрасить волосы. Кирюша, безостановочно поглощая чипсы, сидел у компьютера. Ириша, которая изо всех сил старалась угодить, принесла ему в подарок новую «стрелялку». Кошки дрыхли на диване. Мы с Володей спокойно посмотрели кино с бодрым названием «Убей, иначе проиграешь», и майор, зевая, потащился к себе. Я проводила его до порога и молча ждала, пока он откроет дверь своей квартиры. Приятель погремел замком, толкнул дверь…

– Спокойной ночи, – пожелала я.

– И тебе того же, – откликнулся Володя, потягиваясь. – Только знаешь, чтобы спать спокойно, мне нужна одна маленькая вещица.

– Какая?

– Ты сейчас же дашь честное благородное слово, что перестанешь заниматься поиском убийцы Малышевой.

От неожиданности я моментально выпалила:

– Честное благородное.

– Вот и славно, – заявил приятель и исчез в квартире.

Я захлопнула дверь и страшно злая побежала в спальню. Нет, все-таки мент – всегда мент. Только подумайте, весь вечер молчал, изображал, что ничего не случилось, а под конец выпустил ядовитое жало. Ну а я, хороша дура, думала, он забыл про бумаги. Нет, Володя никогда ничего не упускает. Ну какого черта я дала ему честное да еще благородное слово? Хотя, если подумать, ничего страшного не случилось, в конце концов, я хозяйка своему слову – хочу даю, хочу забираю назад.

– Ира, поди сюда.

Она вошла в спальню. Я хотела задать ей вопрос о ключах от Аниной квартиры, но язык прилип к гортани. На Ириной голове творилось нечто невероятное. Одна сторона была лягушачье-изумрудная, другая кроваво – красная, а посередине шла широкая белая полоса.

– Что это?!!

– Нравится? – спросила подбежавшая Лиза.

Я глянула на нее и почувствовала, что лишаюсь чувств. Волосы Лизаветы представляли собой мелко-мелко вьющиеся кудряшки ядовито-розового цвета. Но это было еще не все. Из губы торчало колечко, а на нежной детской шее, чуть повыше трогательной ямочки у ключиц, красовалась татуировка – «восточный» орнамент из квадратиков и треугольников.

– Разве на этом месте можно делать тату? – в ужасе спросила я. – Иголками по шее! Кошмар.

Девочки радостно засмеялись, потом Лиза сообщила:

– Это переводная картинка.

– Не понимаю…

– Темная ты, Лампа, – припечатала меня Ирина, – о такой феньке – и не слышать. Сейчас покажем.

Она с грохотом побежала в ванную.

– А кольцо в губе! – продолжала возмущаться я. – Небось больно было втыкать!

Лизавета вновь засмеялась:

– Ох, Лампуша, это клипса.

Легким движением она отстегнула серебряное колечко и продемонстрировала абсолютно целые губы.

– Здорово, – восхитилась я, – раньше такие в уши крепили.

– Теперь и для носа, и для языка, и для пупка есть, – верещала Лиза.

– Для языка с пупком зачем? Никто же не увидит!

Лиза с жалостью глянула на меня.

– Ты и правда темная, Лампуша, кто надо – увидит, и это вовсе даже не больно, попробуй.

Я взяла протянутое колечко и защелкнула на нижней губе – действительно, никаких неприятных ощущений.