Чтение онлайн

– Как ты смеешь! – вскипела Марго.

Но он осадил ее грозным взглядом.

– Смею, миледи. Очень даже смею, поверьте. Или вы думаете, мужчины сделаны из камня? Мои люди шагу не сделают без приказа, но есть предел и их верности. А вы достаточно красивы, чтобы соблазнить любого мужчину из плоти и крови и сделать так, чтобы он забыл обо всем, даже о тех, кому был предан до гроба.

– Да, любого, но т-только не вас! – бросила она. – Д-даже если бы вы и в-возжелали меня хоть н-на минуту, д-достаточно мне только открыть рот, и вы б-бежали бы прочь!

– Неправда! – Он снова схватил ее за плечи, словно собираясь встряхнуть, но вместо этого прижал к себе.

Марго яростно ткнула его кулаком в грудь.

– М-не в-все равно! – закричала она. – И я н-не ж-елаю с-слышать т-твои п-п-п…

– Призывы? – подсказал Эрик.

Она яростно затрясла головой:

– Нет, т-твои п-п-п…

Совсем сбитый с толку, Эрик попробовал еще раз:

– Просьбы?

– Нет же! – Марго, чуть не рыдая от собственного бессилия, взмахнула кулаком. – О-о! – в отчаянии застонала она. Наконец, сделав над собой усилие, она немного успокоилась и глубоко вздохнула, потом раздельно произнесла: – Твои протесты, вот что! Я не желаю тебя слушать! Честно г-говоря, я в-вообще н-не хочу с тобой р-разговаривать! И в т-твой шатер я п-пришла т-только лишь д-для того, ч-чтобы с-спросить тебя об отце!

Пораженный, он отпрянул.

– О твоем отце?

Она не сводила с него глаз, и в этом взгляде Эрик прочел несгибаемое упорство.

– М-мне н-нужна п-правда, Эрик, п-после в-всего т-того, что с-случилось. Я имею на это п-право. М-мой отец в оп-пасности?

Эрик неловко поежился и постарался придать лицу самое сердитое выражение. «Ах, вот бы снова рассердиться, – тоскливо подумал он, – и сразу все стало бы проще!» Что же делать? Ведь он поклялся ее отцу, что не скажет Марго ни слова ни о том, какая опасность угрожает ей самой, ни о тяжелом положении сэра Уолтера. Но врать ей в глаза он тоже не хотел, тем более что, побывав в лапах Черного Донала, она сумеет быстро раскусить его.

– Да, Марго, – признался Эрик, – твоему отцу и в самом деле угрожает опасность, но еще больше она грозит тебе самой. – В двух словах он рассказал ей о планах Равинета и о том, как этот негодяй замыслил распорядиться ее собственной судьбой и судьбой ее отца.

С каждым словом, которое слетало с его губ, Марго все больше бледнела.

Наконец она не выдержала и, закрыв трясущимися руками лицо, простонала:

– О Боже милостивый! Мой отец!

Эрик снова попытался обнять ее, но Марго строптиво оттолкнула его прочь.

– Т-ты же с-сказал, ч-что не любишь м-меня! – буркнула она, как будто это было самое разумное объяснение.

С лицом, искаженным мукой, Эрик сделал еще одну попытку урезонить взбешенную фурию.

– Марго, пока ты в безопасности, твоему отцу ничто не угрожает, поверь мне, – держась от нее подальше, сказал он как можно более убедительно, при этом, однако, не отказывая себе в удовольствии полюбоваться просвечивающими под рубашкой восхитительными формами. – Если Теренту не удастся захватить тебя, а потом обвенчаться, то ему нет никакой нужды причинять вред сэру Уолтеру. Неужели ты не понимаешь, что именно поэтому нужно как можно быстрее доставить тебя в Белхэйвен в целости и сохранности?

– В самом деле! – с жаром подхватила Марго. – Т-тогда ч-чего же мы ждем? П-почему бы не отправиться в п-путь немедленно?

Эрик молча кивнул, не в силах отвести взгляд от ее розовых сосков, которые дерзко натягивали тонкое полотно полупрозрачной сорочки. У него мучительно чесались руки от желания коснуться их.

– Да, вы правы, миледи, мы скоро отправимся в путь. По правде говоря, вам надо собраться, и быстро, потому что мы с вами поедем вдвоем, и будет это на исходе этого часа. Наш путь лежит в Уикем.

Чувствуя на себе его жадный взгляд, Марго одернула сорочку, целомудренно прикрыв руками грудь.

– Н-но как же т-так, сэр? – холодно спросила она. – К-как же вы с-сможете и д-дальше терпеть мою н-невыносимую речь? Может б-быть, сэр Ж-жофре или же этот наглый охотник, к-который имел д-дерзость напасть н-на меня в лесу моего отца, с-сможет избавить вас от этого т-труда?

– Этот человек, который, по вашим словам, напал на вас, не кто иной, как сэр Аллин де Арж, один из славнейших рыцарей нашего короля! По просьбе вашего отца он согласился незаметно следовать за нами, чтобы позаботиться о вашей безопасности, Марго! Что же до остального, – сказал Эрик, стиснув зубы и до боли сжав кулаки, – то вы поедете со мной, миледи, поскольку я не доверю вашу жизнь никому другому!

– Упрямый осел! В-ваше п-проклятое т-тщеславие погубит нас обоих!

«С меня довольно», – подумал Эрик, и это была последняя мысль, которая мелькнула у него в голове. После этого разум уже не повиновался ему. Марго слабо вскрикнула, оказавшись в железном кольце его рук, а он, забыв обо всем, впился жадным поцелуем в ее губы. На этот раз он и не думал ласкать ее или бережно посвящать в искусство любви. Нет, его язык жадно и грубо проник в ее рот, настойчиво заявляя свои права на то, что принадлежало ему, и Бог с ним, чьей женой ей суждено стать! Он долго и страстно целовал ее, не в силах оторваться, все надеясь, что Марго, как прежде, растает в огне его страсти.

Невероятно, но Марго вдруг забилась в его руках, стараясь вырваться, и это еще сильнее ранило его гордость.

Он отпустил ее, и Марго, тяжело дыша, отскочила в сторону. Она смерила его испепеляющим взглядом, подняла руку и трясущимся пальцем указала на дверь:

– В-вон отсюда!

Он вытер губы ладонью и кивнул, направляясь к выходу.

– Собирайтесь, леди Марго. Я приду за вами через полчаса.

На пороге его остановил твердый голос Марго.

– И еще, сэр Эрик С-стэйвлот! – гневно сказала она. – Если вы и впрямь решили избавиться от м-меня с п-помощью ваших ж-жалких оскорблений, т-то вы еще глупее, чем я думала!

Он круто обернулся и посмотрел на нее, такую прекрасную в своем гневе.

– Я в-все равно люблю вас и б-буду любить! – громко заявила она, точно таким же жестом вытерла губы и добавила: – И д-да п-простит мне Бог! И я с-стану вашей женой, что бы ни случилось! П-постарайтесь п-привыкнуть к этой мысли, глупец, п-потому что это т-так же верно, как то, что завтра взойдет солнце!

И тут Эрик понял, что, проживи он хоть тысячу лет, до конца своих дней не забудет этого зрелища: полуодетая Марго, выпрямившаяся во весь рост, с лицом, искаженным гневом, с разметавшимися по плечам золотыми волосами, которые укрывали ее словно волшебным плащом.