Обманутая
Шрифт:
меня. Вытираю о бедра свои потные руки. То, что я планировал, было рискованно и
может иметь для меня негативные последствия, но я все еще собираюсь это сделать.
Награда оправдывает риск.
Восемьдесят секунд ...
Сейчас или никогда. Я медленно маневрирую, пока не оказываюсь позади нее,
когда большие экраны в задней части комнаты, используемой для воспроизведения
музыкальных видео, начинают обратный отсчет последней минуты года. Большие
цифры мигают на экранах и увлеченно удерживают внимание каждого. Лана – не
исключение. Я смотрю на ее профиль в зеркале за барной стойкой. Думает ли она о том,
что принесет ей новый год? Я уже знаю, что предстоит моему драгоценному ангелу. У
нее будет год, меняющий жизнь.
Двигаюсь вперед, пока моя грудь практически не касается ее спины, я
наклоняюсь вниз, мои губы возле ее уха.
– Я рад, что нашел тебя драгоценная девочка, – она испуганно реагирует. Моя
рука тянется к ее бедру и успокаивающе его поглаживает. – Закрой глаза и не открывай
их, – я быстро направляю свой взгляд на зеркало и вижу, что она все выполнила. Хорошая
девочка.
Сорок секунд ...
– Ты думала обо мне? – я прикасаюсь губами к нижней части ее уха. – Ты
представляла, что кончаешь от моих пальцев, когда ты трогала свою киску? – она
кивает головой.
Я притягиваю ее спину к своей груди.
– Используй слова, драгоценная. Я хочу их услышать.
– Да, – ее голос хриплый.
Тридцать секунд ...
– «Да»– ты будешь использовать слова, или «да» – ты думала обо мне, когда
трогала свою киску? – я прикусываю ее мочку, и она стонет. Не могу дождаться, когда
услышу эти стоны, когда буду погружен внутри нее.
– Да, я думала о тебе, когда прикасалась к себе, – моя рука скользит по ее бедру и
проскальзывает под платье, чтобы обхватить внутреннюю часть бедра. Я прогуливаюсь
своими пальцами вверх по ее теплой коже, пока не обхватываю ее киску своей рукой. Ее
шелковые трусики влажные. Я улыбаюсь. Она уже мокрая для меня, а я едва к ней
прикоснулся.
Двадцать секунд ...
– Где ты себя трогала, драгоценная? Я хочу услышать, как ты это говоришь, –
скольжу пальцами по ее щели, до клитора и потираю. – Скажи мне, что ты трогала
свою киску, драгоценная, – ее дыхание дрожит от моего прикосновения.
– Я думаю о тебе, когда я прикасаюсь к своей киске, – я вознаграждаю ее,
просовывая пальцы под трусики и распределяя ее влажность по клитору. Мои пальцы
набирают скорость, кружась все быстрее и быстрее.
Десять секунд ...
– Ты кончишь для меня ровно в полночь, драгоценная, и не секундой раньше. Эта
киска подчиняется мне, – она выгибает спину, поднимая руку, чтобы зацепиться за мою
шею. Мои зубы прикусывают ее шею, и она задыхается. – Будь готова расслабиться.
Четыре, три, два, один ...
– Сейчас, – рычу я ей в ухо сквозь крики «С Новым годом!». Она дрожит в моих
руках, когда я удлиняю ее оргазм. Дыхание ее покидает, заменяясь резкими пыхтящими
звуками. Я улыбаюсь. Ее тело уже реагирует на каждую мою команду. Она уже
принадлежит мне; она просто пока об этом не знает. Я быстро разворачиваюсь и
направляюсь к заднему выходу, дочиста вылизывая свои пальцы от ее вкуса, пока иду.
Проклятье. Она восхитительная.
Скоро между нами не будет секретов.
Я прилетел домой в тот же день, чуть раньше Ланы. У меня было достаточно
времени, чтобы забежать к себе и оставить там сумку, прежде чем отправиться обратно в
аэропорт, чтобы подобрать Лану.
После того как мы доехали, мы неловко попрощались у ее двери. Она была
грустной, когда я ее разбудил, а затем смутилась, когда поняла, что сказала его имя.
Кристофер. Я его уже ненавижу, даже не зная, что он ей сделал. Должно быть, это было
что-то ужасное, раз она до сих пор потрясена, хотя прошло уже более года.
Я бы солгал, если бы сказал, что это не нарушило мои планы. Я и не думал, что