Чтение онлайн

Позади нее кашлянул мужчина.

Салли вскрикнула и резко обернулась. Словно вызванный ее мыслями, перед ней стоял мистер Пинч. Одна бровь была у него приподнята, а лысая голова тускло светилась в слабо освещенном холле.

Она почувствовала, как горячая волна заливает ее шею и лицо. Она уперлась в бедра сжатыми в кулаки руками.

— Господи! Вы хотели напугать меня? Разве вы не знаете, что так можно человека убить? Я когда-то знала одну леди, которую вот точно так убил мальчишка: он подкрался к ней сзади и крикнул: «Бу!» Сейчас я уже могла бы лежать мертвой на этом ковре. И что бы вы сказали милорду? Что пошли и убили меня на следующий день после его свадьбы? Как бы вы тогда выглядели?

Мистер Пинч снова кашлянул — словно камни посыпались в жестяное ведерко.

— Возможно, если бы вы не были так поглощены изучением этой статуэтки, мисс Сачлайк…

Салли фыркнула, что не подобало леди, но было вполне уместно в данный момент.

— Вы обвиняете меня в том, что я разглядывала эту статую, мистер Пинч?

У Пинча взлетели обе брови.

— Я просто…

— Должна вам сказать, я только смотрела, не скопилась ли на ней пыль.

— Пыль?

— Пыль. — Салли энергично кивнула. — Миледи не выносит пыль.

— Понятно, — высокомерно проговорил мистер Пинч. — Буду иметь это в виду.

— Да уж, надеюсь на это, — ответила Салли. Она расправила передник и посмотрела на дверь спальни своей хозяйки. Было уже восемь часов, для новой леди Вейл позднее время, но на следующий день после свадьбы…

Мистер Пинч по-прежнему смотрел на нее.

— Предлагаю вам постучать.

Салли возмущенно уставилась на него:

— Я прекрасно знаю, как будить мою хозяйку.

— Тогда в чем же дело?

— Может быть, она не одна. — Салли почувствовала, что снова краснеет. — Вы понимаете? Что, если он там? Какой же я буду выглядеть дурой, если войду, а они не… не… не… — она пыталась это сказать, но язык не слушался ее, — не в порядке. Я бы страшно смутилась.

— А его нет.

— Чего — нет?

—

Его нет, — уверенно заявил мистер Пинч и вошел в комнату хозяина. Салли сердито посмотрела ему вслед. Какой отвратительный человек! Она в последний раз одернула передник и тихонько постучала в дверь своей хозяйки.

Мелисанда сидела за письменным столом и переводила последнюю из волшебных сказок, когда услышала стук в дверь. Маус, лежавший у ее ног, вскочил и, зарычав, бросился к двери.

— Войдите, — сказала она, нисколько не удивленная появлением Салли.

Мелисанда посмотрела на стоявшие, на камине часы. Было чуть больше восьми, но она проснулась почти два часа назад. Она редко спала после восхода солнца. Салли знала распорядок ее дня и обычно приходила одевать ее намного раньше. Горничную, вероятно, смущало новое положение ее как молодой жены. Мелисанде стало стыдно. Скоро вся прислуга в доме узнает, что в их первую брачную ночь она спала отдельно от своего мужа. Но тут уж ничего не поделаешь. Ей придется пройти через это.

— Доброе утро, миледи. — Не спуская с терьера глаз, Салли обошла его.

— Доброе утро. Иди сюда, Маус. — Мелисанда прищелкнула пальцами.

Маус в последний раз подозрительно обнюхал горничную и, подбежав к туалетному столику, улегся у ног Мелисанды.

Мелисанда уже раздвинула на окнах занавеси над туалетом, но Салли пришла, чтобы раздвинуть и остальные.

— Прелестный день. Солнышко, на небе ни облачка и почти никакого ветра. Что бы вы желали сегодня надеть, миледи?

— Думаю, серое, — рассеянно ответила Мелисанда.

Она задумалась над переводом одного немецкого слова. Эта старинная книга волшебных сказок принадлежала ее ближайшей подруге Эмелин, была памятью ее детства.

Очевидно, Эмелин получила ее от своей прусской няни. Перед отъездом вместе со своим мужем, мистером Хартли, в Северную Америку Эмелин подарила ее Мелисанде и попросила перевести эти сказки. Она согласилась и только потом поняла: для них обеих это значило больше чем просто работа. Подарив ей дорогую сердцу книгу, Эмелин словно обещала ей, что их дружба переживет разлуку, и Мелисанда была тронута и благодарна ей за это.

Она надеялась перевести книгу, сделать несколько копий, переплести их и подарить Эмелин в ее следующий приезд в Англию. К сожалению, Мелисанда столкнулась с проблемой. Книга состояла из четырех связанных между собой историй, в каждой рассказывалось о солдате, возвращавшемся с войны. Три из них она перевела относительно легко, но четвертая… четвертая оказалась настоящей головоломкой.

— Серое, миледи? — неуверенно повторила Салли.

— Да, серое, — подтвердила Мелисанда. Трудность заключалась в диалекте. И еще в том, что она переводила письменную речь. Она научилась немецкому языку от матери, в основном это был разговорный язык, а не литературный, отсюда и ее затруднение. Мелисанда провела пальцем по хрупкой бумаге. Работа над книгой напомнила ей об Эмелин. Она жалела, что на ее свадьбе не было подруги. И сейчас она жалела об этом еще сильнее. Как приятно было бы поговорить с Эмелин о ее браке и о загадке, которую представляют собой вообще все мужчины. Почему ее муж…

— Которое серое?

— Что? — Мелисанда, наконец, взглянула на горничную и увидела, что Салли теряет терпение.

— Которое серое? — Салли широко раскрыла дверки шкафа, который, надо признаться, был набит большим количеством довольно бесцветных и унылых платьев.

— Голубовато-серое. Салли достала указанное платье, что-то бормоча себе под нос.

Мелисанда предпочла не слышать ее, она встала и налила в тазик немного теплой воды, чтобы умыться. Освежившись, она терпеливо стояла, пока Салли одевала ее.

Спустя полчаса Мелисанда отпустила горничную и направилась в нижний холл, выложенный бледно-розовым мрамором с золотой и черной отделкой. Здесь она замешкалась. Завтраки, бесспорно, подавались в комнатах нижнего этажа. Но дверей было множество, а накануне, в суете знакомства со слугами и обустройства в своих комнатах, она не догадалась спросить, где именно находится столовая.

За ее спиной кто-то деликатно кашлянул. Мелисанда повернулась и увидела дворецкого Оукса. Это был мужчина небольшого роста, с покатыми плечами науками слишком большими для его запястий. Он носил умело завитый пудреный белый парик.