Чтение онлайн

Лёгкий станок с ножным приводом. И точильный камень — толстый диск. Торцом этого диска и точит. Быстро, качественно…

Где взять? Где взять круглый(!) диск? Надо или выточить из куска чего-то подходящего, или слепить из… из чего-нибудь.

«Слепить из дерьма конфетку» — наше национальное искусство. Лепим.

Нужны абразив, связующее и добавки.

Хорошо бы сыскать природный корунд или наждак. Но до Советской Власти таких полезных вещей в России нет — сплошной импорт.

Самое большое и самое древнее (разрабатывается cо времён Гомера) месторождение наждака в мире — на острове Наксос. «Национальное достояние» эллинов со времён Древней Эллады. В 90-х годах 19 века добыча наждака и корунда была практически полностью монополизирована Османской империей. Потом, естественно, блокада, «наш ответ Чемберлену»…

Всякие блокады и санкции очень способствуют георазведке: у нас, если покопаться — что угодно можно найти. На Урале — всегда. Я не про ракеты и танки — из 4 тысяч минералов, существующих на планете — тысяча там. Но пока, в 12 веке, «там» — одни охотники-собиратели с угро-финским акцентом.

Можно без конца пальцы гнуть и от просриатизма пыжиться, но, честно говоря, здешняя «Святая Русь» — нищая страна. В сельскохозяйственном смысле — ничего толком не растёт. В минералогическом — просто нету. Какие-то особо ценные пряности, кофе-какао, сандаловое дерево… просто кедры — ничего! Алмазы, рубины, золото-серебро… По рудам — полный ноль!

Совершенно для меня странная ситуация. То Россия сырьевой придаток всего мира — только копай. А то — тоже сырьевой придаток. Но за ним — бегай: рабы, шкурки, ещё мёд с воском. Сплошные охота с собирательством по поверхности. А в самой «святорусской земле» — ничего полезного нет.

Это они так думают. А у меня… «нашего национального искусства» — на восемь с половиной веков больше.

Берём чистенький беленький кварцевый песок. Речечки его сами вымывают. Только видеть надо. Промываем-просееваем для увеличения зернистости. Берём отходы моего смоляного производства. Из чего я «конфетку» делать собирался? — Вот именно. Добавляем кучу ореховой скорлупы — Аким её много нашелушил. Перетираем, просеиваем, смешиваем… Заливаем в форму и — в печку. На 36 часов при 200–400 градусах.

Почему точильный круг на смоляной основе, а не на керамической? — А для керамики нужно от 1250 градусов и выше — мои печки прогорят.

По памяти о бродячем точильщике выбрал габариты: 300 мм диаметр, 42 мм — толщина, в середине — квадратное отверстие 40х40 мм. Где-то как-то… — насчёт метра в Париже… я уже делился.

У меня было 2 формы. Я менял составы смеси и режимы прогрева. Всё-таки, надо сначала при 100 градусах выдерживать — вода испаряется. С четвёртой загрузки получилось что-то… похожее.

Станок, из прялки сделанный, у меня уже был, насадил на шпиндель, стал хвастаться.

— Вот, мужи добрые, приспособа полезная. Вы теперь на камень поплёвывать не будете, туда-сюда шаркать не станете, пальцы в кровь сбивать да время своё попусту переводить — нужды нет.

Мужики посмотрели как искры летят, послушали как жужжит, языками поцокали над точенный топором и… пошли своими брусочками елозить.

Это как это?! А кто здесь главный?! Навык-то горлом брать у меня уже выработался.

— Звяга! Твою мать! Отставить шаркать! Бери инструмент, иди сюда. Становись к станку.

Ему непривычно, по росту низко, неудобно. Там ещё ножкой перекладину качать надо. Ну, он и опёрся. А мужик-то здоровый, а весу-то в нём…, а силы-то немерено… Только и разнеслось: дыр, хыр, ой, мать…

Ё-моё! Точильный круг разорвало прямо у Звяги под руками! Ещё и осколками правую скулу посекло. Хорошо — глаза целые. Защитные очки… «Святая Русь» — об чём разговор?

Баба его по двору бежит, криком кричит, у мужика по лицу кровь течёт.

Хотен в полный голос даёт свидетельские показания. Всё в лицах: вот так — Звяга стоял, вот так — точило крутилось.

— Тут Звяга и говорит… а точило-то подумало да и отвечает ему человеческим голосом…

Может, мне какой запрет на журналистов придумать? А, чего там — сам дурак! Ведь ясно же — новый инструмент требует новых навыков.

Кривошип изобрели китайцы в 1 век до РХ. В Европе он появляется в самом конце Античности. Т. е. масса древнегреческой керамики далалась хот и на гончарных кругах, но с ручным приводом — сидел мальчик-раб и ручками крутил. В 14 веке кривошип начали использовать в арбалетах, в 15 во Фландрии додумались до плотницкого коловорота. Круглое точило c кривошипом нарисовано в «Утрехтской Псалтыре» 830 года. Есть оно и на «Святой Руси». Археологи находят точильные круги, но обычно считают их жерновами мельниц. Есть и выточенные из песчаника, и «печёные» из «кирпичной массы». Точильные мастерские стационарно привязаны к центрам металлургии и всегда находятся вместе с обрабатываемыми изделиями — десятки ножей, ножницы, серпы, сабля… Но у меня здесь нет ни одного «эксперта по точению на круглом»!

Факеншит! Кто-нибудь из попаданцев думал о том, что появление новых инструментов требует переучивания аборигенов? Именно — переучивания. «Забудьте всё, чему вас учили в школе…». Легче научить заново.

Всю ночь ворочался, утром собрал во дворе свою босоногую команду отроков, недорослей и младшего школьного возраста, ткнул пальцем в Жердяича:

— Будешь мастером точильного дела!

Мальчишка глазками похлопал, от гордости надулся — дело-то важное, опасное. Вон, взрослых мужиков чуть живых, в крови, до дому едва довели.

И пошли мы с ним навыки нарабатывать. Паренёк, которого я прошлым летом выпросил у Жердяя в довесок к хлебу, младший брат моего кузнечного дебила, оказался достаточно нормальным: сообразительным, не сильно вредным, грамоту уже освоил.

Теперь мы с ним на пару взялись осваивать точильный агрегат. Как и во всяком деле — есть куча мелочей:

За два дня переточили всё, что от нас убрать не успели. Сделали доброе дело…

«Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным» — международная юридическая мудрость.

Домна с мокрым полотенцем прибежала:

— Уж я вас, паскудники! Кто у меня все ножики на кухне наточил?! Все бабы порезавши, руки у всех по-замотаны! Кухарить — некому, посуду мыть — нет никого!