Чтение онлайн

Я мчусь за ней, и мы становимся то светом, то ветром, то солнцем, то кометным жемчугом рассыпаемся по космосу. Мы везде. Во всех формах и для нас нет преград. Ведь сейчас мы боги. Мрррр!

Опять сижу за компом и смотрю, как ползает колонка загрузки нашего секретного чата. Скорей бы, а! В руке у меня бутерброд, а ноги слегка воняют, ведь я так и не успел помыть их. Но все равно. Мы продолжаем наш полет с того места где утро в реальном мире остановило его. Ищу ее в космосе. Жажду ее.

«Ты здесь»?

«Я здесь».

«Что ты делаешь»?

«Я слушаю плач утренней звезды».

«Можно с тобой»?

«Можно».

Мы опять сидим на краю звезды в образе язычков пламени и смотрим в далекую бездну.

«Давай все-таки еще раз попробуем посмотреть что там. За пределом». Задумчиво шепчет пламень.

«Да. Мы должны. Это важно».

Мы летим, смеемся и налетаем как некие космические мотыльки на эту темную преграду, как на стекло, мы бьемся об него, пытаемся найти щель. Но ее нет. Жгем нашим общим сердцем стекло, оно начинает сегодня поддаваться сильней. Шипит и течет. Но оно такое толстое, такое холодное и влажное. Так много сил нужно для этого.

«Лень, а Лень? А че это со стеклом. Что-то оно светится»? Испуганно кричит молодая женщина в комнате общаги, до этого занятая чисткой картошки. «Да ерунда Мыш». Отмахивается ее муж, похожий на большую зеленую муху, потому, что его лицо совсем зеленое от частого употребления водки «Старый Кенигсберг Партийный». Он смотрит футбол. «Локомотив-Балтика»..2-1.. «Го-аааа-л». Вопит муж, радостно наблюдая очередной проигрыш «Балтики», и случайно упирается взглядом в темное стекло окна, за которым вьются, мечутся какие-то огоньки. Света. Но - он решает, что, ему показалось.

Мы бьемся, напираем на стекло, оно не поддается. Но вот в нем появляется какой-то проем и нас затягивает внутрь сквозняком.

«Что это», испуганно кричим мы, попадая из космоса в такое знакомое пространство..Общаги...В котором..Мы обыкновенные ночные мотыльки! Мотыльки, так жаждущие нового света. «А, да прибей их, футбол мешают смотреть», на секунду остановив на нас свое внимание, говорит муж-мух, лениво втыкая меж почерневших зубов две сигареты Беломорканала. Одной он не накуривается. Однако!!! Мышка гоняется за нами с мокрой тряпкой и пытается зацепить, а Мы летаем вокруг лампы и в нашем сознании полный сумбур. Такого не может бытть… 

Веддь…Мы боги! А не мотыльки. Но реальность мокрой тряпки тоже не внушает сомнений. Изворачиваемся. Напрягаем наши крылья, и шкеримся по стенам, покрытым желтыми обоями. И вот, мы вылетаем обратно в форточку, она с грохотом захлопывается и мы снова Боги, язычки пламени.

«Что это было»? Потрясенно спрашивает Душа рядом.

«Я не знаю». Так же потрясенно отвечаю я.

«Так кто мы - боги или мотыльки»?

«Знаешь, мне кажется э-э. Все равны, нет ни богов, ни мотыльков. Ничего нет». Простонала Душа.

«А что есть», тихо прошептал я.

«Не знаю. Но МЫ есть. Тут прикол в том, что не МЫ есть, а в том, КТО мы есть все. Мы все за каким-то стеклом или нет? Может мы атом в теле смутного Иван Иваныча. А Иван Иваныч атом в теле Помидора Сидорыча»? Загруженные этими мыслями, мы забыли о создании своей планеты и забыли о необходимой для опознавания пустоте в уме. Наше пламя стало меркнуть, и мы разлетелись каждый по своим делам, обдумывать все случившееся. Соединение тоже разорвали. А нас самих разрывает какая-то мысль. Что делать?

И вот я сижу на стуле перед компом и ошарашено смотрю на страницу, которую только что написал. Да, явно в сознании убралась какая-то рамка. Мешающая истинному творчеству. Прикольно, так свободен, от всего! И что мы сейчас делаем дальше? Что? Откидываюсь на этом стуле, в сердце уже больно от экстаза, что вызван песней Муми-Тролля. Он поет об огне и страсти, о жизни и любви. О простых вещах, о том, что мы не видим обыкновенно. Да, это страсть во мне. А вот он поет о том, что потолки перестанут быть экраном с остановившимся видом. Я думаю над этим.

«В губах дымится Честер…Подруги знают место»…Это уже из песни группы «Звери». Сегодня пятница, выходной. И я пойду с Олей на «Вагонку». Там будет «Мир Огня», наша калининградская группа и еще кто-то из Питера. Ну, мы там оторвемся, е-е-е, чуть не сваливаюсь со стула. Хм! На все плевать. Я уже никого не боюсь, ничего не боюсь, меня сейчас прет от желания поделиться своим состоянием с ней. С моим Ангелом. С моим миром. С вселенной. Нет, неправильно, я уже делюсь с ней. Сердце посылает всем невидимый сигнал. «Проснитесь и пойте»! Наверно на «Вагонке» будет неплохо, хочу облить ее виски или ликером «Бейлиз», а потом слизать с тела, с которого я предварительно сорву всю одежду. Иллюзии удовольствия, как вы сладко прекрасны!

Надо бы привести себя в порядок, что-то я себя запустил, совсем на бомжа стал похож с этой работой. Подхожу к зеркалу в ванной и смотрю на себя.
– Заросшая щетиной немытая физиономия, спутанные длинные волосы с маленькими кусочками пенопласта и горящие безумные глаза. Мдда? То есть МД-МА!!! Кра-са-вец! Но сейчас мы изменимся: помоемся, побреемся, подкрасимся, оденемся во что-нибудь этакое. И вперед с приветливой улыбочкой. «Я хочу статттть волною...Еее..Радиоволною»..(Эх, комп завис, песня смазалась. Ну - ладно.)\

Начнем. Что-то ум опять стал чем-то париться, наверно он не может радоваться вечно? Ох уж этот ум. В нем появляется легкое напряжение, беспокойство, он чуть торопится снова и осознание каждого момента тускнеет. Приехали! Как всегда. Как я это не люблю! Но ничего, сейчас исправим. Мне вот надо, кстати, убраться в квартире, давно потонувшей в тоннах пыли. Унылым взором обвожу усеянную, чем попало, постель. Скомканные как бумага простыни, фантики, песок, (Откуда?), обрывки бумажек. Журналы с коллекциями модной в этом сезоне одежды. Книга Сергея Лукьяненко: «Лабиринт отражений». Надо бы дочитать, скоро отдавать. Кровать, (я сплю на полу, поэтому использую ее в качестве склада), засеяна грязной одеждой, кофты и джинсы валяются вперемешку с рукописями книг. Их давно собираюсь напечатать, да вот руки не доходят. Под кроватью: какие-то тарелки, пакеты из-под кукурузных хлопьев, полусгнившие чипсы....