Одиссея Северцева
Шрифт:
– Пошли посмотрим, что там светится.
Они двинулись вслед за Эвтанаем, прислушиваясь к шорохам ветра в скалах. Где-то далеко закричала не то чайка, не то сова. Откуда-то прилетел странный звук, похожий на рычание мотора. Стих. Дмитрий и Инира переглянулись. У обоих мелькнула одна и та же мысль: вездеход! Однако звук больше не повторился, и Дмитрий зашагал дальше, выдвинув из седельной сумки на всякий случай приклад охотничьего карабина «Сайгак».
Тропинка, по которой они двигались в сторону свечения, вскоре превратилась в расщелину, а затем и в самое настоящее ущелье, прорезавшее скалы и горные склоны. Оно было почти прямое и узкое – двоим не разойтись, но все же достаточной ширины, чтобы по нему могли двигаться люди и даже олень с поклажей.
Преодолев несколько километров в сгущающихся сумерках, они вышли на край долины и остановились, не веря глазам. Перед ними на дне чашеобразной впадины стоял светящийся призрачный замок, чем-то напоминающий древние русские крепости – кремли: московский, нижегородский, смоленский и другие. Рамль! Его стены и башни зыбились, переливались волнами света, словно сотканные из световых вуалей, испускали серебристое лунное сияние, подрагивали, сказочно красивые и гармоничные. Но стоило путешественникам сделать еще один шаг, как сияние вдруг погасло, башни и стены Рамля исчезли, и перед глазами ошеломленных путников предстали… развалины!
– Ой! – испуганно остановилась Инира.
Дмитрий замер, глядя на зубцы и неровные линии кладки и остатков стен. Затем попятился и вздрогнул, снова увидев сияющие стены и башни крепости.
– Дьявольщина!
– Что? – оглянулась девушка.
– Подойди ко мне.
Инира послушно вернулась к нему и не удержалась от изумленного вскрика:
– Кана иктлынкут! – Виновато посмотрела на Дмитрия. – Извини, я от неожиданности…
Он понял, что девушка выругалась на своем языке. Сделал несколько шагов вперед и уже спокойнее воспринял происшедшую метаморфозу сверкающего древнего кремля в развалины. Проделав ту же процедуру еще раз, Дмитрий определил границы таинственного превращения крепости в руины и понял, почему Эвтанай говорил о «кольце духов», отводящих путников от древнего сооружения: увидеть Рамль таким, каким он был когда-то, можно было только в пределах этого самого «кольца».
Окончательно стемнело. Олень вдруг заупрямился и наотрез отказался следовать дальше за хозяином. Пришлось оставить его у внешней границы магического «кольца», привязав за ногу к камню. Дмитрий взял карабин и направился к величественным даже в нынешнем состоянии стенам гиперборейского форпоста, сложенным из гранитных блоков и базальтовых плит. Сбитая с толку, зачарованная Инира вцепилась в рукав его куртки, пытаясь не отстать.
В свете фонаря показались уложенные в шахматном порядке шестиугольные плиты – темные и светлые. Очевидно, это были остатки дороги, ведущей в крепость. Приблизились гигантские, внушающие трепет каменные врата с покосившейся, готовой свалиться балкой, на выпуклых ромбических пластинах которых были вырезаны какие-то письмена и геометрические фигуры. Некоторые буквы письмен походили на старославянские «г», «р» и «а». Однако прочитать, что начертано на вратах, Дмитрий не сумел.
– Надо пройти туда, посмотреть… – прошептала Инира, вздрагивая в нервном ознобе.
Дмитрий осветил груды каменных блоков, за которыми начинались остатки стен. Некоторые были достаточно низкими, чтобы через них можно было попытаться перелезть, цепляясь за неровности, выбоины и выступы. «Интересно, как пробрался в крепость Эвтанай? – пришла мысль. И почему он так спешил, бросив спутников? Что надеялся найти здесь? И вообще, кто он такой на самом деле, двулицый? Почему иногда действительно кажется, что на затылке Эвтаная есть еще два глаза?..»
– Ну что, полезли? – Инира нетерпеливо дернула Дмитрия за рукав, не понимая, почему он медлит. – Здесь, по-моему, можно подняться.
– Давай обойдем развалины, попробуем найти более удобный проход. Знать бы, где прошел наш угрюмый спутник…
– Лучше не надо, – быстро сказала Инира и нервно засмеялась. – Он странный… чужой… и недобрый! Я его боюсь!
Дмитрий двинулся влево, выбирая дорогу между камнями. Луч фонаря то и дело выхватывал из темноты вставшие торчком плиты, погруженные в каменно-песчаные осыпи блоки и камни, рваные земляные валы и языки щебня. Взобраться по ним на мощную стену Рамля было проблематично. Повинуясь голосу интуиции, Дмитрий вернулся к воротам в крепость.
Правая сторона древнего сооружения сохранилась лучше, хотя ни одна из башен не уцелела. Зато вторая от ворот башня оказалась расколотой снизу доверху, и в эту щель можно было пролезть, взобравшись на груду рухнувших сверху блоков. Возможно, через эту брешь на территорию древней крепости проник и Эвтанай.
– Странно… – пробормотала Инира.
– Что? – не понял Дмитрий, прикидывая, как легче пробраться в башню.
– Почему развалины не светятся?.. Издали светятся, а вблизи…
– Возможно, срабатывает какой-то эффект.
– Колдовство?
Дмитрий улыбнулся:
– Кто знает? Может быть, и колдовство. Существует гипотеза, что древние гиперборейцы, населявшие десятки тысяч лет назад северный континент, где теперь льды, были магами. Волшебниками.
– А если они здесь прячутся?! – испугалась Инира.
– Этой крепости не менее двадцати тысяч лет. Так долго не живут даже волшебники.
Взобравшись на вал из обломков стен и башни, они через щель, оказавшуюся достаточно широкой, проникли внутрь. Обломков и камней и здесь хватало, однако между ними все же оставались проходы, по которым путешественники и двинулись в обход помещения, форму которого понять было трудно из-за нагромождения рухнувших стен и свалившихся с потолка глыб. А затем в толстом слое пыли, покрывавшем пол помещения, Дмитрий увидел следы.
– Мы не ошиблись, – сказал он негромко, разглядывая нечеткие – человек бежал – следы. – Двулицый тоже выбрал этот путь.
– Эвтанай?
– Больше некому. Да и следы свежие.
Дмитрий направился по следам, пересекающим низкое помещение в основании башни почти точно по прямой. Складывалось впечатление, что Эвтанай знал, куда идет. «Возможно, он уже бывал здесь», – пришла неожиданная и неприятная мысль.
Следы привели к внутренней стене башни, и в свете фонаря показались ступени лестницы, винтом уходящие вниз. Пыли на них почему-то не было, словно ее собрали пылесосом, и они отсвечивали полупрозрачным черным стеклом и такой полировкой, будто были только что уложены. Дмитрий посветил в проем, но лестница закручивалась по спирали, и увидеть, что там находится внизу, не удалось.
– Мне… страшно! – поежилась Инира. – Разве обязательно туда лезть, за двулицым?
Дмитрий осветил пол, потолок помещения, поддерживаемый плитами и балками из все того же похожего на черное стекло материала, перевел луч на стену и увидел невдалеке аркообразную нишу. Это был выход из башни во двор, точнее, на территорию крепости. Когда-то он закрывался деревянной дверью, но время не пощадило дерево, и от двери осталось всего несколько толстых поперечных перекладин, висящих на почерневших металлических петлях.