Чтение онлайн

Здесь следует отметить, что нередко, когда говорят о труде и рынках труда, то ли по малограмотности, то ли умышленно, замазывают выделенные мною принципиальные различия между разными типами и формациями труда. Абстрактные рассуждения о трудоустройстве, занятости, процентах безработицы словно специально производятся для того, чтобы не допустить кардинальное противопоставление и разведение разных трудов.

Так, никто не сумеет опровергнуть тот очевидный для любого здорового человека факт, что труд высококвалифицированного рабочего и специалиста в системе передовых индустрий (аэрокосмической, ядерной, энергетике и ЖКХ, индустрии жизнеобеспечения и пр.) на несколько порядков, а скорее даже неизмеримо сложнее, чем труд банковского или конторского клерка, торгового работника и “малого предпринимателя”, ремесленника.

Другое дело, что сегодня содержание и характер труда существенно усложняется. Возникают новые индустрии и типы труда, существенно возрастает роль коммуникационной и гуманитарной культуры. Но всё равно - и неоиндустриальный труд в многоуровневой системе с сотнями связей с разноотраслевыми системами на порядки сложнее ремесленных или низовых трудов. Тем более, что любые по внешней видимости постиндустриальные труды в конечном итоге опираются на индустриальный труд, на систематические разумные трудовые усилия, наращиваемые как общественная система деятельности на протяжении всей жизни. Отдельный ремесленник может быть высокоодаренным человеком и художником в своем деле - но это будет одаренный Богом и природой работник, а не “выделанный” в высококвалифицированного специалиста в результате качественного профессионального образования специалист, личность-профессионал.

Важно подчеркнуть, что ключевым показателем любой национальной промышленной системы - ее мировой уровень и характер. Мировой уровень - это не только конкурентоспособность, но способность работать без потерь для национального достояния (в частности, без кадровых потерь) в условиях максимальной открытости и прозрачности, в условиях интенсивного международного сотрудничества и многоязычия. Вне выделения и удержания мирового уровня качества труда невозможно вообще ничего говорить о труде, кадровом обеспечении и занятости, поскольку нет реперных точек, систем отсчета.

(Более подробно проблему промышленной полиитки и кадровой индустрии см. в моих статьях: “Система среднего профессионального образования как организатор промышленного развития России”, “Проблема учебника как символа состоятельности российского образования и России в начале 21 века”).

Вот, к примеру, малое предпринимательство - очень лукавое понятие, поскольку его идеологами часто не понимается необходимость инфраструрной “объемлющей” индустрии, которая и связывает системно так называемые “малые предприятия”. Этот тип “мягких” индустрий или мета-индустрий крайне необходим и ничего без него не будет. У нас не существует многовековой сложившейся традиции мелкой работы и для реального обеспечения малых предприятий нужны сквозные инфраструктуры и индустрии. Только их надо видеть не как привычные цеха и заводы “из кирпичей и труб”, а как национальные и международные системы деятельностей и стандартов, определяющих саму возможность эффективного труда в данном месте. Такие реальные механизмы инфраструктурного обеспечения местного труда называют в современной практике организации промышленности “простыми технологиями”, т.е. технологическими модулями, которые позволяют за счет своей наукоемкости и отработанности семье или небольшому предприятию быть производственно и экономически успешным. Но проектирование таких “простых технологий”, их распространение, испытание и модернизацию, обучение работников на местах, создание и поддержание инфраструктур обеспечения и снабжения данных технологических модулей - это всё забота национальных промышленных систем. Именно поэтому итальянские мини-пекарни или уличные пирожковые центры производит национальная итальянская промышленная система и научно-инженерная мысль, а дураками, которые покупают втридорога чужие простые машины да еще и разглагольствуют о приоритетности малого бизнеса оказываемся, к великому сожалению, мы с вами.

Итак, любое малое предпринимательство возможно только в условиях существования развитых и разнообразных укладов и формаций труда, определяющих базовые инфраструктурные условия самой возможности своей успешной деятельности.

Вне двух верхних этажей экономики делать ставку на мелких предпринимателей, на малый бизнес - не только неправильно, но и опасно. Не будет развиваться малое предпринимательство вне и помимо серьезного инфраструктурно захватывающего всю страну предпринимательства крупного и наличия реальной национальной промышленной системы.

Более того, вдруг даже возникшая активность в слое мелкого предпринимательства будет тут же отэксплуатирована “предпринимательством” криминальным - подвальный этажом прорисовываемой нами экономической структуры (казино, проституция, порнография, наркотики и пр.).

Советую нашему Президенту изучить жизнь итальянской провинции к примеру, хотя бы посмотреть прекрасный фильм молодого итальянского режиссера “Живая кровь” (La sangue viva).

Там художественно достоверно показано, что людям с их мелким предпринимательством в условиях отсутствия развитой промышленной системы (мирового уровня) приходится жить реально, как минимум, на контрабанде сигарет, и, к сожалению, на распространении наркотиков.

Трехэтажная структура позволяет легко примирить ныне антагонистические и выдающие себя за монопольные идеологии. Так, нижний базовый этаж должен быть организован по либеральным законам. Средний воспроизводственный этаж - по социалистическим. И третий, верхний этаж, по новороссийским, т.е. требующими посткоммунистические и постлиберальные схемы опережающего программирования и стратегического инвестирования.

Промышленная политика в целом, помимо исходной организации по трём этажам должна строиться на выделении государством для приоритетных инвестиций не более трёх ключевых отраслей, которые должны стать несущим каркасом восстановления и развития национальной промышленной системы.

С моей точки зрения, такими тремя промышленными приоритетами, в которых Россия должна за пятнадцать - двадцать лет стать лучшей в мире, являются:

1. Инструментальные системы (“чипово-лазерное” станкостроение)

2. Ядерная сфера (включая новые типы энергии)

3. Авиация (воспроизводство авиационного суверенитета)

Да, национальная промышленная система, как мировое качество жизни невозможны вне понимания этих целей как общих для всей страны и для каждого жителя страны. Уже дети и подростки в правильно организованной политике сегодня должны гордиться промышленными целями страны и страстно хотеть поучаствовать в создании лучшего в мире “умного” станкостроения, лучшей в мире энергетики и лучшей в мире авиации.

Отсюда, это должно стать общим делом и, одновременно, исключительно личным делом каждого, кому дорога Россия. Никакого противоречия здесь нет. Общее и личное не только не противостоит друг другу, но и, наоборот, не существует порознь. Другое дело, что у нас всё еще путают личность и индивида, призвание личности и индивидуальный интерес.

Но Россия такая неправильная и “ненормальная” страна, что люди спросят - качество жизни? Мирового уровня национальная промышленная система? Это очень важно, это здорово, это правильно - а, всё-таки, по-честному, для чего?

А для того, чтобы четко обозначать и воспроизводить принцип личности: человек - не материал, который можно трансформировать в произвольном направлении, и не капитал, который можно пускать в рост, а носитель личности.

Причем, каждый без исключения человек.

Каждый человек - носитель личности как “кусочка Бога”. Это миропонимание более подробно изложено в моей работе “Практика персонального образования”. Я здесь стараюсь придерживаться православной традиции, в которой личность рассматривается буквально и прямо как непосредственное божественное в человеке, как даже “кусочек Бога” (см. Приложение 2), который был создан непосредственно еще до сотворения мира. То есть в рамках данной традиции мир исходно считается “спроектированным” как личностный.