Чтение онлайн

Стука сердца, одичавшего в пути.

Кто зовёт рассвет, тот не опишет,

Сколько будет ночи впереди…

Затаив дыхание, я слушала бархатный голос владыки, звучащий совсем рядом. Звёзды и такой необычный в этот вечер Леонелль восхищали и настораживали одновременно. Но я всё равно слушала, не перебивая. Слишком мало я его таким знала. Да что там мало — таким я его видела впервые!

— …Сколько ещё, в пламени сгорая,

Можно пережить сияний дня?

Сколько ещё, бездну презирая,

Можно жаждать яркого огня?

Свет звезды и ранит, и печалит.

Сколько б она яркой ни была,

Снова скроется в заоблачном тумане…

И для бездны вновь настанет мгла.

Он умолк. А моё сердце наполнилось щемящим чувством тоски и одиночества. Мне показалось, что эти слова шли откуда-то из глубины его души, с надрывом… Кто бы ни был тот, кто написал эти стихи, они были искренние. А ещё я вдруг поняла, что мне хочется разделить с ним его тоску. Ну не знаю, что на меня нашло! В его словах была откровенность, он поделился со мной болью, в конце концов!

— Это очень красиво, Леонелль… И очень… печально. Не знаю, вроде стихотворение про звезду и бездну, и всё понятно, но… Почему-то тоскливо стало.

Я повернулась к нему. Он стоял совсем близко и, по-моему, не дышал. Да уж, действительно устал…

— Прости. Не думал, что ты сможешь прочувствовать их столь тонко, — он натянуто улыбнулся. — Просто звёздами навеяло…

Вино неожиданно кончилось. Голова слегка кружилась, но это было приятно. Мне казалось, что я парю в воздухе, и хотелось сделать что-то такое… Он забрал мой опустевший бокал и вместе со своим поставил на белый столик с резными ножками. Я поддалась сиюминутному порыву и сделала то, на что час назад не согласилась бы и под пытками. Просто шагнула к Нэлу и крепко обняла его, прижавшись виском к щеке. Не знаю, о чём там бормотало пьяное подсознание, но чувство тоски начало потихоньку убывать. Пусть потом ледяные искры мечет глазами и шарами кидается. Мне всё равно...

Повисев у владыки на шее в своё удовольствие, я решила, что совесть у меня всё-таки есть. Да и голова прояснялась. Но стоило опустить руки, как на мою талию осторожно легли его тёплые ладони. И вот тут уже окончательно стало неловко…

В ухо с жаром прошептали моё имя, но на языке драккери:

— Drack–Hassi…

Он называл меня истинным именем только во сне, или чтобы позвать. Но сейчас от этих звуков по спине побежали мурашки!

— Не надо меня так называть, — я мягко высвободилась из его рук.

— Но это твоё имя… — Он недоуменно посмотрел на меня, скрестив руки на груди.

— Ты произносишь его как-то слишком… интимно. Либо применяешь магию.

— Кати, ты меня боишься?

Боюсь ли я? Сложно сказать. Нэл стал мне наставником, и я привыкла к нему такому. Он всегда строго следил, чтобы я занималась, проверял задания, отчитывал, если плохо старалась, тренировал, учил применять знания на практике. За несколько месяцев регулярного общения я привязалась к нему, доверяя абсолютно во всём. Знала, что он поворчит, отругает или поиронизирует. Но всегда поддержит и поможет. А сейчас что-то менялось, рушилось. И не только с его стороны. И вот это пугало.

— Ты сейчас совсем другой.

— Почему ты обняла меня?

Я закусила губу и пытливо заглянула в его глаза:

— Разве ты сам не понимаешь? Мне раньше не приходилось тебе объяснять, что происходит в моей голове!

— А я хочу услышать это от тебя. Так почему?

Ощущение неловкости возрастало с каждой минутой.

— Мне показалось, тебе это нужно. Я захотела… Прости, не знаю, что на меня нашло. Прости…

Я стояла и рассматривала красивые узоры на полу, мысленно ругая себя за несдержанность.

Один шаг... и я попала в кольцо объятий. Он прижал меня к себе и слегка раскачивал из стороны в сторону, словно баюкал. Я почувствовала, как он целует мои волосы, и как они каскадом падают на мои плечи — кажется, он вытащил гребень.

— Эрл Теор Коин… Мне пора!

— Побудь со мной…

— Мне лучше уйти, правда…

— Почему? Тебе это неприятно? — На мою щёку ласково легла его ладонь.

Наши лица были так близко, мы разговариваем шёпотом, словно кто–то услышит. Но так получается. Я стараюсь держать дистанцию, но его руки лишь крепче обосновались на спине, медленно сокращая с таким трудом отвоёванное мной расстояние между нами.

— Это неправильно, Нэл… Я жду Жа…

Он не даёт мне договорить, кого я жду. Словно боится услышать. И его рука со щеки быстро скользит на затылок, зарываясь пальцами в волосы и не давая отстраниться, а губы запечатывает оглушающий, властный поцелуй. От неожиданности я даже не успела воспротивиться его стремительному проникновению в мой рот, а сделал он это более чем умело. Несколько мгновений я находилась в каком-то оцепенении. Просто не могла пошевелиться. Постепенно его поцелуй стал менее напористым и более нежным.

О, Родан, да он отлично целуется! В его касаниях была буря страсти и нежности, и кто бы мог подумать, что холодный и грозный владыка может выделывать такие вещи языком и губами? Он ласково дразнил, заманивал, не давая опомниться… Я говорила, что протрезвела? Это была несусветная ложь! Боги, да я откровенно растаяла, к своему стыду! Вот только… Образ темноволосого красавца с серо-голубыми глазами неожиданно всплыл в памяти, словно укор.

И сказка разом кончилась. Мне стало стыдно. Я сжала губы и упёрлась руками в грудь правителя, пытаясь оттолкнуть, отвернуться! Если каких-то пару минут назад в моей голове носились запредельные мысли о том, что владыка бывает очень красив, нежен и невероятно обольстителен, то сейчас мне хотелось провалиться сквозь землю! Я же ясно дала понять, что не хочу от него ничего, и что вообще жду другого мужчину, — его друга, между прочим! Меня заколотило от злости, что с моими чувствами не желают считаться.

Словно кошка, я вывернулась из сладкого плена владыки Актариона. Он тут же попытался вернуть меня, горя затуманенным взглядом и дыша через рот, но…

Звонкий шлепок нарушил ночную тишину. Я была в ужасе от того, что сейчас сделала… Его глаза загорелись светло–голубым — частичная боевая ипостась или просто гнев.

Ну всё, я труп! Если только…

Ноги сами понесли меня к двери. Голова кружилась, тело плохо слушалось, но недостаточно, чтобы что-то уронить по пути. Только бы без фокусов, ему же дверь запечатать — раз плюнуть! Но задерживать меня никто не собирался. Трапезная была пуста, тарелки убраны. В коридоре мне никто не встретился, кроме стражников. Я старалась идти спокойно, но чувство страха и паники жгло пятки. Я побежала.