Огненный Марс
Шрифт:
Светлана была рядом, но – словно одна.
При этом ее Защитное поле сияло ровным золотистым блеском, и ни единой прорехи в нем не замечалось. Удивительно – но Марс еще не встречал в своей жизни у людей столь крепкого и сильного Защитного поля, как у Светланы.
У всех, кого знал Марс, поле виделось либо истонченным, либо с прорехами, более или менее явными. Поэтому своей Великой задачей котенок считал – помогать людям, лечить их Защитное поле, латать прорехи и соединять с Защитными полями других людей – ведь чем больше людей собралось внутри одного поля, тем крепче оно.
Но случай со Светланой казался Марсу загадкой. Ее Защитное поле не соединялось с Защитным полем Марса, ну никак.
Правда, если вспомнить, с чем-то подобным Марс уже сталкивался. Жора! Жора, один из первых людей, с которыми свела котенка жизнь. Жора тоже не желал ни с кем объединяться – ни с Марсом, ни с Олесей, ни с Леной… Хотя у Жоры была огромная прореха в этом самом поле, сквозь которую уходили все его силы и здоровье.
Жора мучился, страдал, но отвергал всех окружающих.
Но Светлана, в отличие от Жоры, не страдала. От нее исходили волны добра и спокойствия, уверенности и оптимизма. Нет, в данный момент ее что-то беспокоило, она волновалась, но, в сущности, ничего опасного, как подсказывал Марсу его опыт. Такого не бывает, чтобы люди совсем не переживали. Так почему же Светлана отвергала Марса? Жила рядом, но не с ним, а словно в стороне?
Котенку, привыкшему находиться в центре внимания, переносить такое безразличие было невыносимо. И он решил, что, наверное, не все еще умеет в этой жизни. И надо найти подход к своей новой хозяйке – пусть не сразу. А постепенно. Они же теперь вместе, они могут стать еще счастливее!
И он решил наблюдать за Светланой. Возможно, ей удается создавать Защитные поля с другими людьми? Нет, скоро понял Марс. В дом приходила другая женщина, Люся – та самая, которая и принесла котенка сюда, вероятно, подруга Светланы, поскольку между ними никакими родственными связями и не пахло. Они сидели рядом, эти две женщины, говорили о чем-то, но их Защитные поля – не соединялись никак. Люся вроде и тянулась, и была готова соединиться. Но поле Светланы сияло ровно и ярко и отталкивало поле Люси.
Если уж на то пошло, то Марс скорее бы согласился жить у Люси. Вот Люся и возилась с ним, и гладила, и тискала, и с наслаждением слушала Волшебную песню, которую ей заводил Марс, и любовалась котенком, когда он играл перед ней…
Марс ужасно радовался, когда в дом приходила Люся!
А потом он вот что заметил, странное. Когда Светлана прикасалась к одежде (а люди без одежды не могли, это Марс тоже уже понял, шерсть-то у них, бедняг, совсем не росла!), то одежда словно искорками начинала поблескивать.
Получается, новая хозяйка Марса пыталась объединить свое Защитное поле с… одеждой? Не с другими людьми, не с живыми существами вроде Марса, а с неодушевленным предметом, вещью?
Значило ли это, что бедняжка Светлана сильно мерзла и потому полностью зависела от одежды? Но не проще ли тогда залезть в шкаф и сидеть там, в тепле, среди всех этих платьев и брюк, словно в уютной норке?
Но нет, и это не складывалось. Светлана в шкафу и не думала сидеть, доставала из его недр всего несколько тряпочек и натягивала их на себя. И, что самое обидное, Марса-то она в свои шкафы не пускала! А так приятно – спрятаться в шкафу… Марс обожал шкафы, ящики, коробки, диванные щели – словом, все эти места, куда можно было протиснуться и там затаиться.
Когда Марс пытался в очередной раз лапой открыть шкаф, то Светлана хлестнула его полотенцем. Не больно, но обидно. Вообще она частенько себе это позволяла…
Может, стоило ей написать письмо? Но Марс все еще помнил историю с Жорой. Оказывается, кошачьи послания не всем нравятся! Да и к тому же Светлана и обувь свою прятала по коробкам и шкафчикам – просто так письмо ей и не напишешь. Не на чем.
Однажды Светлана прибежала домой, буквально светясь от счастья. И достала из сумки очередную одежку. Новую. Ну тряпка тряпкой, висела до того не пойми где, и пахла эта тряпка не пойми чем – принюхался издалека Марс. Чужая, еще не ставшая родной вещь. Честно говоря, котенок не понял эйфории, в которой находилась Светлана.
Защитное поле вокруг хозяйки переливалось искрами, втягивая в свое пространство новое платье.
И Марса это очень обидело. Получается, Светлане какая-то тряпка дороже всего? Дороже его, такого необыкновенного и милого рыжего котенка? И из-за этого платья она не обращала на него внимания?! А ведь он, именно он должен быть главным в доме, центром всеобщей любви!
Марс ходил, дулся, тряс недовольно хвостом. Он ревновал…
А Светлана все прыгала перед зеркалом в новом платье. Марс отправился на кухню, нехотя принялся лакать воду из подтекающего крана.
Потом услышал, как хлопнула входная дверь. Опять ушла…
Расстроенный и недовольный, Марс поплелся в комнату.
Вошел и опешил. Платье – вот оно, лежало на самом видном месте, на диване. Вероятно, Светлана забыла спрятать его в шкаф.
Марса всего так и передернуло. Он издал боевой клич и с разбегу запрыгнул на диван. Жадно обнюхал платье.
Запахи раскрывались один за другим, от последнего к первому – поэтому историю передвижения платья можно было легко проследить. Пахло бумажным пакетом и улицей. Потом каким-то большим закрытым помещением, в котором к платью прикасалось множество людей, в основном женщины – их судьбы и истории читались крошечными яркими вкраплениями. Затем запахло подвалом – очень знакомый запах, точно так же пахло в том месте, где Марс жил с Петровичем. Отпечатки рук какой-то женщины – она теребила ткань в руках, выворачивала ее, соединяла детали при помощи стрекочущей железной машинки (а, ну понятно, давно-давно Марс видел подобную машинку у Лены, одной из первых хозяек). Именно так люди создавали себе одежду. Шили. Кстати, та женщина, что шила платье Светлане, сильно болела. Что-то с желудком – вот он, едва различимый, тонкий-тонкий оттенок запаха, связанный с печенью, с резким спиртовым запахом… А, это тоже понятно – люди любят есть и пить всякую дрянь, которую не в состоянии их организм переварить! Какие-то самоубийцы, честное слово.
Марс фыркнул. Потрогал платье лапой. Что в нем особенного, почему Светлана так любит эту вещь, что за тайна такая? Он пожевал ткань. Потом перекувырнулся на платье, поелозил. Принялся тянуть ткань коготками – а вдруг там, изнутри, спрятан еще один, новый запах, который и станет отгадкой?
Словом, Марс исследовал платье Светланы по полной программе.
Но ничего особенного не нашел. Это чрезвычайно расстроило котенка. Он отправился в коридор и занялся тем, что всегда его успокаивало и отвлекало.
Там, в коридоре, были очень интересные стены, вернее – обои на них, по которым легко карабкаться вверх. Марс вообще очень любил поверхности, позволяющие лазить вверх. Это каждый раз – испытание, азарт. Доберешься до потолка или нет? А там, на высоте, и страшно и приятно смотреть вниз и гордиться собой, таким ловким и бесстрашным…
В салоне работала Ирочка, одна из лучших мастериц. Пока она приводила волосы клиентки в порядок, Светлана болтала. Рассказала парикмахерше о Жане, о свидании, которое состоится как раз завтра, о поисках нужного образа…