Огненный Марс
Шрифт:
…Женщина прибежала домой, велела дочери собираться. Пока складывали все самое необходимое в сумки-чемоданы, Лена терзалась – не губит ли она тем самым судьбу дочери и свою, не совершает ли страшную ошибку?
Всю ночь, до рассвета, мать с дочерью провели на вокзале – чтобы не встречаться с Жорой.
Утром сели на семичасовую электричку.
В одиннадцатом часу вышли на станции, рейсовым автобусом еще долго добирались до нужного поселка.
Вышли на остановке, напротив припорошенного снегом поля. С другой стороны дороги – одноэтажные домики. Холодно, как зимой уже, непривычно тихо. И солнце – яркое, слепящее… Лена с Олесей, измученные бессонной ночью, некоторое время с изумлением разглядывали окружающий их пейзаж, пока Лимонка в переноске не мяукнула.
– Хочешь, вернемся домой? К папе… – дрожащим голосом произнесла Лена.
– Нет, – сказала Олеся. – Давай посмотрим, что дальше будет?
Мама с дочкой пошли вдоль длинных заборов, искать начальство. Нашли наконец.
Хозяин фермы оказался очень вежливым, веселым мужчиной лет шестидесяти.
Он обрадовался гостям, рассказал о жизни здесь, о том, что на ферме работает уже довольно много людей, у всех дети и даже внуки («вот у меня уже своих трое!»), поэтому не хватает учителей… Лена с Олесей могут снять внаем дом, за небольшую совсем плату.
– Там старушка одна жила, наследников у нее не осталось… Ремонт, конечно, нужен серьезный. Но тепло, в доме есть газовая колонка. Туалет, правда, во дворе, но тут все так живут, привыкли!
Лена согласилась на все условия.
…Домишко и вправду оказался очень неказистым, неухоженным. Первые дни Лена с Олесей только тем и занимались, что убирались, чистили, мыли, чинили…
Жена хозяина фермы прислала новоселам занавески, сосед справа отремонтировал подтекающий кран, у соседей слева нашлась лишняя кастрюля…
Потом начались занятия в школе. Там тоже оказалось полно дел, и Олесе снова пришлось помогать матери.
Больше всего Лена с Олесей боялись диких деревенских жителей, алкашей и уголовников. Но, как оказалось, в этом поселке таковых почти не проживало. Обычные, нормальные люди. Пожалуй, ничем не хуже, а даже лучше городских. На ферме лентяев и пьяниц не держали… Верно, все зависело от хозяев фермы.
Одноклассники (а их оказалось у Олеси пять человек) новенькую и не думали обижать. Многие страхи оказались пустыми, а сложности прятались совсем не там, где предполагали приезжие мать с дочерью. Впрочем, и сложности, если сказать честно, оказались не столь уж кошмарными и непереносимыми. Например, в кране могла замерзнуть вода. А еще очень досаждали мыши, поселившиеся в подполе…
Но зато Лена теперь решала все сама.
Это было странно и непривычно – чувствовать себя хозяйкой собственной судьбы. Самой, не надеясь ни на кого, делать все. Договариваться с людьми. Спорить, доказывать. Общаться с родителями тех детей, что ходили к ней в класс. Придумывать. Ошибаться. Плакать от огорчения. Радоваться, когда все удавалось.
Эта жизнь была не лучше и не хуже той, прошлой. Но она оказалась совершенно другой.
Лимонка поначалу с изумлением и брезгливостью изучала новый дом, все никак не могла привыкнуть, что ей, изнеженной городской кошке, придется теперь жить в подобных, спартанских почти, условиях. Но потом освоилась, и однажды утром Лена с Олесей обнаружили в сенях несколько задушенных мышей. Неподалеку с гордым видом сидела Лимонка. На мордочке у нее было словно написано: «Ну вот, видите, от меня в хозяйстве тоже очень много пользы!»
А Лена часто вспоминала Марсика. В самом деле, если бы не этот рыжий хулиган, то их с дочерью жизнь не изменилась бы, наверное. Она так и носила бы на плечах невидимые, неподъемные мешки, которые пригибали ее к самой земле.
«Что ж, будем надеяться, что в тот день, когда Жора решил выбросить котенка, Марсик не сгинул, не пропал, не погиб, а попал в хорошие руки!»
Кстати, о Жоре.
Он потом один раз звонил и требовал, чтобы ему вернули его любимый электрический чайник, который Лена не имела никаких прав забирать с собой.
По идее, Жора должен был изучить послание, которое составил для него Марс, и осознать, что: во-первых, у мужчины серьезные проблемы с Защитным полем, во-вторых, со своими домашними надо быть добрее и, в-третьих, котят тоже обижать нельзя!!!
Марс вложил в это послание весь свой гнев, возмущение, мольбы, увещевания, объяснения и пояснения. Словом, всю важную информацию, а также эмоции, переполнявшие в тот момент котенка.
Марс надеялся на то, что Жора понюхает свой ботинок (кстати, вещь, на которой составляется подобная петиция, должна принадлежать именно тому, кто вел себя недостойно) и сразу все поймет.
Но Жора повел себя очень странно, совсем не так, как ожидал Марс. И это было главной ошибкой котенка – ведь он не знал еще, что люди настолько глупы и бестолковы и не способны порой к восприятию важных сведений.
…Рано утром Жора схватил сонного, разнеженного Марса и понес его куда-то. Понес за пределы родного жилища!
Последнее, что заметил Марс, – тень пожилой женщины в коридоре, которая стоит, прижав руки к груди, и укоризненно, с сожалением качает головой. Но Жора Тени не заметил, проскользнул сквозь нее и выскочил из квартиры.
Когда хлопнула входная дверь за спиной Жоры и они оказались на лестничной площадке, Марс запаниковал и принялся отчаянно вырываться. Сколько раз, бывало, котенок сидел у входной двери и ловил носом запахи, доносящиеся снаружи сквозь щелочку, – чужие, странные и порой страшные. Лена и Олеся, когда приходили после долгого отсутствия, тоже пахли чем-то чужим и незнакомым. Словом, Марс догадывался, что там, снаружи, есть какой-то другой мир. И этот незнакомый мир его пугал. Добровольно Марс ни за что бы не решился покинуть свой родной и любимый дом.
Но тут котенка вырвали из него и потащили в неизвестность!
Пронесли по подъезду, пахнущему чужими людьми и чужими квартирами, а потом… А потом началось самое страшное.
Марс оказался в огромном мире, конца и края которому не было. Незнакомые звуки и запахи неслись со всех сторон. Марс инстинктивно замер, сжался. Вдруг Жора, который нес его в ладонях, образумится и повернет обратно?
Но Жора шел быстро, почти бежал. И чем дальше, тем быстрее таял запах родного дома…
А потом Жора кинул Марса на землю. Марс приземлился на все четыре лапы и почувствовал под собой странную поверхность, буквально всю пропитанную незнакомыми запахами. И все, все вокруг было чужим и незнакомым!