Чтение онлайн

Я моргнула, картина растаяла. Ну и глупости иногда лезут человеку в голову. Новый год в древней Руси отмечали осенью! Перенести праздник на тридцать первое декабря велел Петр Первый. А вот когда придумали обожаемый россиянами салат, я не помню [6] .

А в кухне уже звучал новый вопрос.

– Загадка. Слушай всеми ушами, отвечай умными мозгами. Не дерево, а сучковато. Что это? Думай головой, отвечай, не скучай. Тик-так.

– Кто придумал эту чушь? – взвыла няня. – Откуда она взялась?

– На коробке написано: «Наши предки во времена прошлые собирались ладком да играли рядком. Не ели, не пили, не шумели, вслух балдели», – процитировала я.

– Хм, не дерево, а сучковато… – задумчиво повторила задание Роза Леопольдовна. – Даже предположений нет.

– Олень! – сказал тоненький голосок.

Я повернула голову и увидела румяную со сна Арину в пижамке с принтами в виде собачек.

– Олень, – еще громче повторила девочка.

Из центра игры послышался звук фанфар. Мы с няней одновременно уронили голову на руки и замерли.

– Молодец, как огурец, – завыла викторина, – съешь в буфете холодец, закуси конфеткой, стань примерной деткой. Ура! Ура! Ответ правильный!

Кожаные мешочки ослабили хватку, я живо выдернула пальцы, спрятала руки за спину и с опаской посмотрела на коробку. А та заискивающе пропела:

– Поиграешь еще, мой маленький дружок? У бабушки много загадок. А как кончатся они, есть дедушкины. Готов? Давай, клади руки.

– Фиг тебе! – забыв о манерах, брякнула Краузе.

Я поманила Арину.

– Солнышко, как ты догадалась, что речь идет об олене?

Девочка быстро взобралась ко мне на колени.

– В садике была такая игра. Я все ответы знаю.

– При чем тогда сучки? – спросила успокоившаяся няня. – Где они у оленя?

Арина подняла ручонки.

– На головке торчат. На ветки похожи. У нас в группе Коля был, он тупой. Ему Нина Ефимовна отдельно объясняла: «Совсем ты, Коля, глупый, как барабан. У олешки рога, это про них загадка». Коля дурак. Вопросы легкие совсем. Идиоты на них ответить не могут, а умные детки сразу говорят.

Мы с Розой Леопольдовной уставились друг на друга.

– Похоже, я тоже «там-там», – пробормотала Краузе, – африканский ударный инструмент. Хуже Коли по всем пунктам соображаю.

– У вас хоть варианты были, – вздохнула я, – мне же в голову вообще ничего не приходило. Пожалуй, лучше поеду по рабочим делам. Давайте больше не будем викторину трогать, а то у меня комплекс неполноценности развиваться начал.

Около восьми вечера я позвонила в обшарпанную дверь с нарисованной фломастером цифрой «94» и стала ждать вопроса: «Кто там?» Но створка распахнулась сразу, и передо мной возникла худенькая, прямо-таки прозрачная женщина с крошечной девочкой на руках. Она устало произнесла:

– Вам кого?

– Позовите Юрия Приходько, – попросила я. – Добрый вечер.

– Он тут больше не живет, – ответила молодая мать.

– Приходько прописан по этому адресу, – сказала я. – Извините, я не представилась. Людмила, помощник адвоката.

Хозяйка отступила в прихожую.

– Что случилось? Я бывшая жена Приходько, гражданская, он нас с дочкой бросил. Больше тут не живет.

– Разрешите войти? – спросила я.

– Заходите, – пожала плечами женщина. – Кухня справа. Туфли снимите, я полы недавно помыла.

Я сбросила обувь, повесила плащ на крючок, втиснулась в крошечное, едва ли пятиметровое пространство и опустилась на странную табуретку с треугольным сиденьем.

Собираясь к Юрию, я понимала, что ему не стоит сразу говорить ни о смерти Раисы, ни о пропаже Валентины, ни о мерзких сообщениях, которые адресовались Ларисе, но, слава богу, не дошли до нее. Повод для беседы с Приходько я выбрала такой: у Лианы Иосифовны была троюродная сестра, живущая в Америке, дама с имуществом и деньгами. Увы, она скончалась, завещав небольшой домик и скромный счет в банке единственному родственнику – Юрию. Адвокат прислал меня к наследнику с этим сообщением, Юрию для начала нужно заполнить небольшую анкету, ответить на простые вопросы.

Я должна исхитриться и постараться пройти по всей его квартире, чтобы выяснить, не прячет ли он там Валентину. Если ее в доме нет, надо аккуратно выведать, есть ли у Приходько еще какая-то недвижимость. Ну, например, гараж, домик в деревне. Или, может, он арендует бокс на складе, ездит на рыбалку-охоту и имеет в лесу некое укрытие.

Мы с Максом почти на сто процентов были уверены: все беды семьи Весениных устроил Приходько. Он ненавидит Николая Георгиевича, а заодно и всех его родственников. Надежда Михайловна рассказала, какие гадости совершал Юрий. Похоже, у него от злости крышу снесло. Сначала он царапал машины в салоне, затем отпугивал посетителей, потом решил объявить друга покойной матери мошенником. А заодно досталось и Зотовой – мерзавец подсылал к ней в кафе своих любовниц со слезоточивым газом и слабительным.

Весенин, до сих пор испытывающий благодарность к Лиане, не хочет вызывать полицию, он просто покупает дорогую видеоаппаратуру для слежения в автосалонах, нанимает побольше охраны, которая отлавливает мерзавца на подходе к магазину. А еще Николай взял у сына Лианы образец слюны для анализа и доказал, что пакостник ему по крови чужой, потом перекрыл для него кран деньгопровода.

Представляете, как разозлился неудачливый журналист? Полагаю, он сделал целью своей жизни отнять у «папы» все самое дорогое. А что у Николая в тот момент было наиболее ценным? Жена Рая и дочки. Уж не знаю, каким образом и что Юра подсыпал Раисе, но это точно был какой-то препарат, вызвавший у нее резкую аллергию. Приходько повезло, нерадивые врачи диагностировали у нее корь, никто не обратился в полицию.

Мерзкий тип почувствовал полнейшую безнаказанность и похитил Валентину. У Юрия есть мотив, имя ему «ненависть».

Я покосилась на хозяйку, которая села на узенький диванчик. Значит, у сына Лианы есть гражданская супруга. Не она ли звонила Ларисе?

– Что вы хотите? – бесцветным голосом поинтересовалась женщина.

– Как вас зовут? – спросила я.

– Марина Королева, – представилась она.

– Не хочу пока вас сильно обнадеживать, – защебетала я, – но у Приходько есть шанс получить наследство. Не очень большое, хотя все равно приятно.