Чтение онлайн

– Объясни, что случилось? – он почувствовал, что начинает злиться.

– Ты сейчас опять назвал меня Мариной, – всхлипнув, она отвела взгляд в сторону.

– Но я же объяснял тебе – привычка! Под одной крышей столько прожить! – обняв за талию, он увлек ее назад к машине: – Поехали.

Внешне Антон выглядел спокойно. Что-что, а врать он умел, тем более когда это было необходимо для пользы дела. Регине сейчас ни в коем случае нельзя волноваться. Несколько раз она просила его рассказать правду о прожитых без нее днях, обещая сразу же забыть ее, какой бы страшной она ни оказалась. Но он не поддавался ни на какие провокации и твердо стоял на своем. Конечно, приступы истерики и разного рода психических расстройств во время беременности обычное явление, но у нее все это усугублялось обстоятельствами их жизни.

– Извини, – Регина положила ему руку на плечо и постаралась улыбнуться. – Не знаю, что со мной происходит. Кажется, ты мне просто снишься и скоро я опять проснусь одна в своей кровати.

– Сплюнь через левое плечо, – безрадостно усмехнулся Антон.

Адская машинка, спрятанная в кейсе Найдина, в буквальном смысле довела Тахтамирова до маниакального желания своими руками свести счеты с Филипповым.

Уже вечером того злополучного дня он велел Дарьину разработать план мести. Главным условием этого мероприятия должна была стать наглядность.

– Чтобы другим неповадно было меня кидать, – напутствовал он выходившего из машины начальника службы безопасности на прощание, определив ему недельный срок. – А главное, нужно разобраться, что за компромат, о котором он говорил, и где он находится. Найдин был серьезным конкурентом и основательно готовился «съесть» меня.

Палыч справился быстро. Уже через три дня предложил Валерию Александровичу немного проветриться, а заодно и обсудить ряд текущих вопросов. Догадавшись, что у того готов план действий в отношении Филиппова, Валерий без обиняков согласился. Выйдя из уже приведенного в порядок кабинета, он быстро обошел все помещения, где ликвидировались последствия пожара, и направился к автостоянке.

Местом для разговора они выбрали небольшой скверик неподалеку от офиса.

Оставив охрану у машин, Валерий в сопровождении Дарьина не спеша направился по асфальтированной дорожке к ближайшей скамейке.

– Твое желание разделаться с ним лично существенно осложняет задачу, – заговорил Палыч, когда они уселись.

– Если ты решил меня отговорить, – поморщился Валерий Александрович, – то напрасно. Это не каприз. Не исключено, в руках у Филиппова действительно серьезный материал, поэтому банальное убийство может привести к катастрофе. Наверняка о существовании этих документов уже знает кто-то из его близких или знакомых. Пусть не о содержании, но об их существовании – точно. Он не такой дурак, чтобы оставить их у себя. Это его козырь, и этот козырь у надежного человека.

– Нет, отговаривать я тебя не собираюсь, – вздохнул Дарьин, покосившись в сторону машин, рядом с которыми, о чем-то переговариваясь, курили охранники. – Просто хочу сказать, что если бы нужно было просто шлепнуть его там, то это было бы уже сделано в ближайшие дни, а так… – он задумался, собираясь с мыслями.

– Что «так»? – нетерпеливо поерзал Валерий.

– Есть у меня на примете два неразлучных друга, которые с недавних пор у нас работают, Сметанин и Колосков…

– А, – протянул Тахтамиров, – это те, что по твоей протекции устроились. Помню.

– Именно так, – обрадовался Федор Павлович тому, что Тахтамиров уже знаком с новичками. – В прошлом они были оперативниками в ФСБ…

– У нас почти вся служба оттуда, – усмехнулся Валерий.

– Я подготовил для них документы действующих сотрудников ФСБ. В Самаре им придется разыграть комедию, и если розыгрыш удастся, в чем я уверен, то Филиппов сам придет сюда.

С момента отъезда из Москвы прошло почти два месяца. Стояли по-летнему теплые дни бабьего лета.

Антон знал о результатах взрывов и не переставал упрекать себя за опрометчивость. Дарьин остался жив, а он надеялся, что и Тахтамиров разделит участь своего начальника службы безопасности. И это значит, что теперь его, Антона, жизнь под постоянной угрозой.

За размышлениями он не заметил, как оказался перед дверями своей квартиры.

– Филиппов Антон Владимирович? – позади него, словно из-под земли, выросли двое мужчин средних лет. – Нам необходимо с вами поговорить.

«Расслабился», – с досадой подумал Антон.

Оба незнакомца были одного с ним роста. Короткие аккуратные прически, строгие лица. Один стоял на расстоянии вытянутой руки, второй значительно дальше и правее. Пиджаки предусмотрительно расстегнуты.

«Скорее всего, менты», – решил он, а вслух спросил:

– Чем обязан?

Стоящий ближе к нему раскрыл удостоверение. ФСБ!

– Оперуполномоченный Колосков. Это мой коллега Сметанин Юрий Владиславович. Вы не уделите нам полчасика?

Антону не хотелось волновать Регину.

– Может, спустимся вниз?

Это прозвучало как-то жалостливо, с мольбой, от чего ему стало противно от самого себя.

Видимо, почувствовав это, человек, представившийся Колосковым, улыбнулся:

– Ничего особенного и неприятного в нашем разговоре не будет…

Дождавшись, когда Регина расставит чашки с кофе и скроется на кухне, Колосков перешел к делу:

– Видите ли, Антон Владимирович, нам стало известно, что в Москве вы общались с гражданином Тахтамировым и его начальником службы безопасности Дарьиным…

Антон никак не отреагировал на сказанное, сделав вид, что пытается вникнуть в суть происходящего.

– Так вот, – вздохнул Колосков, – гражданин Тахтамиров арестован и в отношении него возбуждено уголовное дело.

Антона охватила тоска и апатия. Колосков продолжал еще что-то говорить, но он уже перестал его слушать.

«Ну вот и все. Убийство Вахи и Найдина, и гибель еще двух человек… Видимо, придется провести остаток жизни в камере. Нет, надо бежать! Терять уже нечего. Только бежать без крови и жертв».