Чтение онлайн

— Вот та же лиса. Она где летом тропик проложит, там и зимой будет ходить. Хорошо их по чернотропу выслеживать. Ранехонько утром поднимешься и крой по горячим следам.

— Лиса от того места, где она охотничала ночью, отойдет километра два или три и устроится на лежку у полыни или у кустиков. Спит себе и сладкие сны видит.

— К таким местам подходи наизготовке. Метров на тридцать, а то и меньше. Если будешь итти на ветер, подойдешь к зверю. Выскочит лиса, а убежать от дроби некуда.

— Научись по-заячьи кричать. Лиса зайца за первый сорт кушает, он ей как самому зайцу морковка. Как услышит заячий крик, летит, сломя голову, а ты замаскированный лежи в халате на снегу.

— А вот в бураны по норам их добывать надо. Зверь тогда отдыхает.

Февраль сыпал метелями, гнал поземки, закруживал буранами. Наметал высокие сугробы у костров, по полынным межам, возле колков.

После буранной ночи, тихим утром, Николай шел по полям в сторону Волчихи.

Ветер дул с юга, навстречу ему. Впереди перед осиновым колком стояли занесенные снегом копны сена.

Завидев их, он сразу вспомнил совет отца и шел, приглядываясь ко всему, что было перед ним.

Вдруг перед сугробом у копен мелькнуло гибкое рыжее тело. Он остановился. Лиса подпрыгнула еще раз и стала, изогнувшись, перед сугробом. Николай присел на корточки и стал наблюдать. Что заинтересовало ее?

Та нырнула головой в снег и скрылась в нем. Николай вскочил на ноги и помчался бегом к колку. В пятнадцати метрах он лег на снег возле охотящейся за кем-то лисы.

Вот снова из сугроба показался пышный рыжий наряд. Лиса выбиралась обратно, крутя в восторге хвостом. Вот она вышла наружу, и охотник увидел, что «кумушка» волокла в зубах зайца. В норе она успела задушить его.

Лиса бросила зайку на снег, отряхнулась, обошла вокруг, подскочила, куснула в охотничьем азарте безжизненное тело, крутнула еще раз хвостом и… свалилась, убитая наповал.

Та зима для Николая была добычливой. Он поймал и застрелил 14 лис, 10 горностаев, 38 зайцев, 7 хорьков. Сдал пушнины на 1902 рубля и выполнил шесть норм юного охотника или три нормы взрослого промысловика! По добыче он догнал отца.

Ульяна сдала пушнины на 600 рублей. У нее было выполнено четыре годовых плана.

Летом Бабиным пришло сразу два письма.

«Дорогой Николай, — писали из жюри конкурса, — закончился конкурс на лучшего юного охотника… Жюри конкурса подвело итога и постановило выдать тебе за отличную добычу и сдачу первоклассной пушнины первую премию: охотничье ружье с комплектом охотобоезапасов…»

Уля получила такое же письмо и третью премию — библиотечку.

Вечером отец сказал Николаю:

— Вчера решетовские колхозники приезжали, рассказывали, что в их стороне волков и лис развелось много, а охотников нет. Завтра воскресенье, в школу тебе не итти, собирайся, со мной поедешь. Посмотрим места и промышлять будем.

Зимнее утро с легким морозцем, кусты, одетые куржаком, и широкие увалы — все радовало Николая.

Конь бежал бодрой рысцой. Вдалеке скрылись Кочки. Вдруг конь всхрапнул и остановился на краю кустарника.

Он многое видел этот конек, перевозил с хозяином убитых зверей и не имел привычки особенно пугаться чего-либо. А сейчас стоял и тревожно шевелил острыми ушами.

— Т-ш-ш! — предупредил отец. Он взглянул влево и дернул сына за рукав. — Смотри.

По увалу, точно врезаясь в серое небо, метрах в двухстах от них цепочкой бежали двенадцать волков.

Впереди шла волчица, за ней тянулись старые и молодые волки, позади всех ковылял хромоногий карликового роста волк. Вдруг звери, словно по команде, стали, как вкопанные.

Через несколько мгновений два волка отделились от стаи и крупным наметом пошли влево, другая пара стала огибать полукруг вправо.

— Они за кем-то охотятся, — шепнул отец. — Смотри, смотри, — подтолкнул он Николая.

Посреди снежного поля, возле небольшого кустика, занималась охотой лиса. Гибкое тело ее поднималось в пружинистых прыжках и опускалось на снег. Она ловила мышей.

Но вот лиса, подпрыгнув, увидела бегущих слева по кругу волков. Она мгновенно присела и развернулась вправо, сразу забыв про добычу и потеряв интерес к охоте. Но и справа надвигались волки.

Лиса метнулась прямо, назад — всюду были враги. Тогда краснушка, жалобно тявкнув, опустилась на зад и замерла в ужасе.

Как только лиса заметалась из стороны в сторону, стая ожидавших волков двинулась на нее.

Кольцо замкнулось, вперед вырвался могучий самец. Он налетел на лису. Та извернулась раз, но на втором повороте разинутая пасть сомкнулась, и в волчьих клыках хрустнул лисий хребет.

Тут подоспела вся волчья свора и через несколько секунд лисы не стало.

Позже всех подковылял на пиршество хромой волк.

Стая уж расходилась, облизываясь и урча друг на друга. Хромоногий жалобно взвизгнул, отыскав на снегу только обрывки лисьего хвоста и шкуры.

Волчица снова пошла вперед. Стая двинулась гуськом за ней.

Николай смотрел на волчью охоту, словно оцепенев. Такое количество живых волков он видел впервые. Чувство удивления звериной сметка и некоторая доля страха смешались в нем.

— Что, брат, примолк? — шутливо спросил его отец. — С непривычки поди страшновато?

— По правде сказать, да, — сознался он.

— А оружие-то у нас на что? — засмеялся Федор Андреевич. — Вот, смотри да учись зверя понимать. Знай, на какие штуки он способен.