Чтение онлайн

— Я бы на твоем месте попудрил носик… Обрати внимание на типа в серой кепке сзади…

Что Романова и проделала с самым деловитым видом.

Спрятав зеркальце в портфель, с которым не расставалась никогда, девушка искоса глянула на Померанцева и слегка порозовела.

— Вот именно! — улыбнулся Валерий. — Я его еще когда туда ехали приметил. И к остановке он подошел незадолго до нас оба раза…

— Думаешь?..

— Не сомневаюсь. Хотелось бы знать, кого так интересуют наши перемещения в пространстве… Не расстраивайся! Ты зато Денискину машину углядела. Считай, сегодня я просто-напросто взял реванш!

Если слухи о поведении супруги Василия Ивановича Шмелева, о которых тот и понятия не имел, были преувеличены, то вряд ли намного. Своего мужа Женя не любила никогда, но еще меньше любила она бедность, с которой знакома была не понаслышке, и женское одиночество, призрак которого уже маячил на ее горизонте к моменту встречи с будущим супругом.

Свое детство, юность и раннюю молодость вспоминать она не любила. Мать Жени, Екатерина Дубинина, родившая дочь в сорок два года неизвестно от кого, была дурой. К счастью, данное качество будущей жене Василия по наследству не передалось. Так же как и незавидная внешность матери, напоминавшей благодаря крючковатому носу и выпирающему подбородку Бабу-ягу в молодости.

Катя Дубинина всю свою жизнь тихо проработала на местном химзаводе простой лаборанткой. К шестидесяти годам она была вознаграждена за свою беспорочную и низкооплачиваемую трудовую деятельность однокомнатной квартирой в затрапезной, дышащей уже тогда на ладан хрущевке и раком легких, полученным благодаря постоянному общению с вредными для здоровья химикатами, доконавшим Женину мать в считанные месяцы. Таким образом, Евгения Петровна в свои неполные восемнадцать лет осталась одна на всем белом свете: никаких родственников у них с матерью не было, а единственное, что могла предложить ей жизнь, — занять рабочее место безвременно скончавшейся Екатерины Дубининой. Что она поначалу и сделала, поскольку иного выхода у Жени не было.

Лаборатория с ее грязно-желтыми стенами и навечно въевшимся в них горьковато-тухлым запахом с первого взгляда вызвала у Жени непреодолимое отвращение. Однако других вариантов заработать хотя бы на кусок хлеба в тот момент не просматривалось. И неизвестно, как бы сложилась дальнейшая судьба девушки, если бы не пятидесятишестилетний начальник данного подразделения — он же парторг завода. Впрочем, освобожденным парторгом этот грузный мужик с не тронутой временем шевелюрой, красной физиономией и тяжелым взглядом небольших карих глаз стал через два месяца после появления Жени на заводе.

Так уж получилось, что, отродясь ни в кого не влюблявшийся, он был не только поражен неожиданной красотой дочери Дубининой, но буквально сбит с ног неведомым ему доселе чувством. О том, чтобы девушка ответила ему взаимностью, и речи быть не могло. Однако Женя, как уже упоминалось, дурой не была. И моментально сообразила, что если у нее и есть хотя бы один-единственный шанс избавиться от ужасного существования — то вот он!

Евгения Петровна, как доказала дальнейшая жизнь, на этом этапе не ошиблась: спустя полгода Женечка уже не только не имела никакой нужды в работе и навсегда рассталась со своим убогим гардеробом, но и стала студенткой местного химико-технологического вуза: учеба всегда давалась ей легко, а посему и времени своему престарелому любовнику она уделяла достаточно, и развлекаться на стороне тоже не забывала. Надо же было как-то компенсировать то, что ей приходилось не просто терпеть старика, но еще и изображать перед ним нежные чувства!..

Неизвестно, знал ли Женин любовник о ее «левых» заходах. Если и знал, то вида не подавал — благодаря чему их отношения и продлились целых шесть лет. К этому моменту как раз началась перестройка, а вслед за ней и приватизация начала девяностых… Женя не сомневалась, что ее «старик», к которому она за прошедшие годы по-своему привязалась, свой кусок отхватит запросто. Но тут-то и произошла накладка: престарелого любовника подвело здоровье… Очевидно, и для него годы в лаборатории не прошли даром: доктора обнаружили у него ту же болезнь, что и у Жениной матери.

Несмотря на то что Евгения Петровна успела обзавестись не только дипломом о высшем образовании, но и отложить кое-что на черный день, она пришла в ужас, узнав о страшном диагнозе: ведь за прошедшие шесть лет девушка так привыкла жить с ощущением надежности, не задумываясь о будущем и ни в чем себе не отказывая!..

Робкая надежда вспыхнула в ее душе, когда слабеющий на глазах любовник, проживавший теперь исключительно за городом, на еще партийной даче, познакомил Женечку со своим дальним родственником Сергеем Корсаковым, объяснив, что именно ему и предстоит вместе с его же другом и партнером по маленькой, недавно открытой фирме, стать совладельцем завода.

Конечно, прямо старик об этом не говорил, но было очевидно, что вместе с акциями он намеревался передать Сергею Александровичу и красотку любовницу. Корсаков оказался мужиком видным, чем Женю очень порадовал… Увы, вспыхнувшая было надежда так же быстро и погасла: несмотря на свою внешность, наверняка привлекавшую женщин, Сергей Александрович и не подумал клюнуть на Женю…

Привыкшая к мужскому вниманию и восхищению, она вначале даже не поверила в неожиданный прокол. Однако все ее попытки привлечь внимание Корсакова, множество тщательно организованных «случайных» встреч — все было напрасно! Более того, однажды произошла сцена и вовсе безобразная, в процессе которой Корсаков, не заботясь о Жениных чувствах, в весьма ядовитой форме выложил девушке все, что о ней думает… Естественно, ничего хорошего о Жене он не думал. Пережившая такое унижение впервые в жизни, буквально втоптанная в грязь, Женя проревела всю ночь. А наутро, глянув на себя в зеркало и едва не отшатнувшись от собственного отражения, поклялась рано или поздно отомстить обидчику.

Своего престарелого любовника она к тому моменту не видела уже недели три: возле постели умирающего воцарилась законная супруга, прекрасно знавшая о молодой любовнице мужа и яростно ее ненавидевшая. Последним ударом стало завещание старика, оглашенное после очень скоро последовавшей его смерти. Евгении он не оставил ни копейки! Словно ее и вовсе никогда не существовало в его жизни. Все свои немалые накопления бывший любовник распределил между законной женой и двумя двоюродными племянниками — за неимением собственных детей и более близких родственников. Одним из племянников вновь оказался ненавистный Корсаков…

Последующие несколько лет вспоминать Женя особенно не любила. Да и кому приятно сознавать, что ты содержанка престарелых козлов, переходившая из рук в руки?.. Свои сбережения, оставшиеся от первого любовника, она потеряла вместе со всеми гражданами, доверившими их «солидному» частному банку, когда грянул «черный август». Накануне Женя гордо расплевалась с очередным «старым козлом», не позаботившись о его преемнике. И единственное, что ей оставалось делать, — вспомнить о своем дипломе и, настроившись еще на одно унижение, попытаться устроиться на единственное платежеспособное предприятие, оставшееся в Северотуринске, — проклятый химический завод…