Омут его глаз
Шрифт:
– Этим вечером лесной хозяин придет на пироги.
Готовя праздничный стол, я невольно перебирала в памяти, как янтарные бусы, воспоминания, которые у меня появились за дни, что я провела в зачарованном лесу.
Когда нашла избушку, я едва не расплакалась. Она держалась из последних сил: стропила, на которых стояла, атаковали древоточцы, кровля прохудилась, труба начала обваливаться. Если затопить печь, значит, гарантированно угореть ночью. Хорошо, что сейчас тепло, лето уже вступает в свои права…
О слое пыли и лохмотьях паутины и говорить не стоит – в домике никто не жил десятилетиями.
Припомнив несколько бытовых заклинаний, я изгнала из бревен жуков, выдула пыль и паутину из домика. Отыскав явно древнее ведро из вербы, очистила его заклинанием и отправилась на реку, разделяющую лес на две неровные части. Местами это был очень бурный поток с каменными порогами, но имелись и тихие глубокие заводи. В одной из них я и наплавалась вдоволь. Чтобы набрать воды, решила пройти по течению выше – там могли быть и родники, питающие реку, да и следовало потихоньку знакомиться с местом своего временного обитания.
Не зря отправилась на разведку – небольшой отрезок пути оказался с ловушками: четырьмя быстрыми омутами, которые сколачивали воду, затягивая внутрь веточки, кору и целые бревна. Опасная река, недаром протекала через зачарованный лес.
Чем выше поднималась, тем спокойнее, на первый взгляд, становился поток, но коварное течение оставалось быстрым. Я уже присматривала пологий бережок, чтобы набрать воды, как за зарослями лозняка моим глазам предстала новая уютная заводь, притом занятая.
Сидя на плоском камне, один енот-полоскун быстро-быстро перебирал лапками, стирая белую рубашку, второй – зеленые портки.
Поразившись увиденному, я не сразу заметила того, кому принадлежала одежда. К счастью, он не почувствовал мой приход.
Дуб в человеческом облике – первая ассоциация, которая возникла у меня при виде мужчины. Широкоплечий, с мощной грудью и узкой талией, он казался выточенным из камня. Канаты мускулов перекатывались под смуглой кожей. Мужчина плавал, широкими гребками рассекая воду. Разноцветные волосы – черные, красные и белые пряди – намокли, облепили крепкую шею и лицо с резкими чертами.
Каким я представляла себе лесного хозяина? Высшую нечисть, которой подчинялись силы природы и слушались все звери и птицы? В первую очередь он виделся мне полупрозрачным духом, во вторую – замшелым пеньком с корявыми ручками-ножками…
Мужчина же в реке был из плоти и крови и уж точно не напоминал ожившую деревяшку. И если бы не шевелюра, я в жизни бы не подумала, что это тот, ради которого я проникла в лес. Но трехцветные волосы и еноты в роли прачек помогли поверить в невероятное – передо мной беззаботно плескался лесной хозяин или, как его называют люди, леший.
Испугавшись, я попятилась. Не самое лучшее время для знакомства, когда мужчина без штанов.
Увы, судьба решила иначе: я поскользнулась на мокрой глине.
– Боги!.. – вскрикнув, я упала на зад и съехала в темную реку.
Холодная, дико холодная вода!.. Я окунулась в нее с головой и от неожиданности щедро отхлебнула. За кашлем и испугом не совладала с паникой и начала тонуть – у самого берега оказался обрыв. Течение дернуло, потянуло вниз… там же омуты!
Новый крик – и я начала захлебываться. Как ни барахталась, нащупать ногами дно не могла.
Неужели это конец? Я столько сделала, чтобы попасть сюда, тем самым приблизила свою смерть?
Мысли, полные обреченности и паники, пронеслись в голове. А потом меня дернули за плечи, вытаскивая из воды.
Я невольно мешала своему спасителю: кашляла, фыркала, отплевывалась, размахивая руками. Но он, будто не замечая моих трепыханий, вынес на берег.
Опустив в высокую траву, сурово спросил:
– Ты кто? Почему тут топишься?
– Я не… не топилась, – прохрипела я, хотя говорить совсем не хотелось. Ужасно хотелось плакать.
Пришлось через силу объяснять, кто я, что здесь делала, как оказалась в реке.
Хозяин Изумрудного леса, как утверждали слухи, скор на принятие решений: с тем, кто кажется ему подозрительным, опасным для леса, он расправлялся быстро и просто – вышвыривал тайной тропой в ближайшее человеческое поселение. Я плохо переношу порталы, даже боюсь их, а что уж говорить о загадочных тропах мертвых богов и здравствующей ныне нечисти?
– В Изумрудном лесу нет ведьмы, которую вы могли бы обучить на свою помощницу. Меня прислали из ковена.
Ни слова лжи. Но я заикалась, как какая-то малолетняя знахарка, которую несколько недель назад забрали из родного села на обучение в столицу, где находился главный ковен королевства. В общем, вела себя, как пять лет назад, когда меня нашел наставник…
– Я не просил ученицу, – сухо возразил хозяин леса. – Покажи знак.
Дрожащими руками я вытащила из-за ворота платья амулет – простой серебряный кругляш с желтым камнем в центре, вокруг которого выплясывали дикий танец руны, не известные мне, хотя я и любила древние языки. Не представляю, как добыл наставник символ ковена. Возможно, молва не врет, и он, действительно, когда-то был любовником верховной ведьмы? А что, видный мужчина, магически одарен сверх меры, да и внешне привлекателен – недаром девицы ходят за ним косяками и заглядывают в рот. Даже самая сильная ведьма повелась бы на обаятельного, умного красавца.
– Что ж, в самом деле, знак ковена, – мрачно произнес мужчина, нависая надо мной угрожающей громадой. – Я должен ведьмам, и лес тебя пропустил. Но мне не нужна помощница, передавать кому-либо знание я не собираюсь.
Его слова в очередной раз подтвердили впечатление, которое сложилось о нем. Сейчас выгонит меня – плакало мое задание…
Стараясь скрыть отчаяние, я посмотрела на трехцветную шевелюру грубияна – нет, не смогу… Слишком далеко, и он настороже, нельзя рисковать впустую.