Чтение онлайн

Его лучший друг Марк Дженкинс в свои двадцать восемь лет пребывал в отличной физической форме. Замечательно сложенный, как и многие афроамериканцы, он каждое утро проплывал несколько миль вместе со своими воспитанниками из школьной плавательной секции и всегда был готов к забегу на любую дистанцию и к любым, даже самым утомительным, поездкам на горном велосипеде, какие только Стивен мог для них обоих придумать. Сам Стивен тоже был в хорошей форме, но Марк, казалось, и родился уже настоящим атлетом.

— Ты что, шутишь? Ты только посмотри на себя! — сказал Стивен другу. — Ты же у нас выдающийся спортсмен. Ты выглядишь так, словно твою внешность сконструировали на компьютере девочки-подростки во время какой-то вечеринки, воплощая в жизнь всеобщую девчачью мечту. — Стивен показал язык и прибавил: — Впрочем, я с тобой согласен: нам действительно следует подумать о том, как улучшить качество своего питания.

— Начнем послезавтра. Еще один, прощальный, суперужин — когда можно жрать от пуза — мы устроим завтра. Прикончим этот ящик пива и с пятницы начнем испытательный период здорового питания. Договорились? — Марк протянул приятелю руку.

— Договорились. Значит, в пятницу мы... ну, я не знаю... Запечем в духовке рыбу, или приготовим овощи на пару, или еще что-нибудь в этом духе.

Стивен понятия не имел, что еще можно запекать в духовке или готовить на пару. Марк, по всей видимости, тоже плохо себе это представлял.

— А пароварка у нас есть? — спросил он.

— Понятия не имею. Возможно, нам удастся отыскать в Интернете какие-нибудь идиотские советы по кулинарии или даже поваренную книгу.

Марк поднял бутылку с пивом:

— Итак, за рыбу и овощи, приготовленные на пару!

Стивен не остался в долгу. Мгновение подумав, он предположил:

— А может, подобные вещи тоже купить можно? Или их где-нибудь готовят навынос?

Оба захохотали, и Марк снова отправился на кухню: если они серьезно намерены избавиться от старых привычек, то лучше, разумеется, ничего из прежних запасов не оставлять. Сложив оставшиеся куски пиццы на две тарелки, он вдруг сказал:

— А знаешь, тебе бы, наверное, следовало отдать этот ключ Хауарду.

— Я знаю. Но ничего не могу с собой поделать. Мне страшно хочется узнать, что там лежит. Я даже о работе думать не в состоянии. — Стивен выключил телевизор, где шла скучнейшая бейсбольная игра, практически в одни ворота. — Завтра Хауард уходит раньше, и банк запираю я. Когда он уйдет, я найду какой-нибудь предлог, чтобы спуститься в сейф. Я только быстренько взгляну, что там, и вернусь домой как раз к ужину — к нашему последнему настоящему ужину: да здравствуют жиры, сахар и холестерин!

Марк сунул ему тарелку с пиццей и сказал:

— На, наслаждайся пока: мы будем скучать по всему этому, когда сами себя лишим подобных вещей. Я вижу, что ты сгораешь от любопытства, и все-таки то, что там лежит — что бы это ни было, — хранится там слишком давно. И тебе, по-моему, все же стоило бы отдать ключ Хауарду. Пусть он сам решает, открывать ячейку или не открывать.

— Он скажет «нет».

— Ну да, он ведь управляющий банком. Разумеется, он скажет «нет».

— Черт бы его побрал! — Стивен рассеянно откусил кусок пиццы. — Один лишь взгляд украдкой, и я тотчас же выброшу этот ключ в Клир-Крик. И навсегда забуду о нем.

Марк покачал головой.

— Ну да, очередная дохлая кошка. У нас тут по всему городу дохлые кошки закопаны. Надеюсь, что в этой сейфовой ячейке вот уже сто тридцать пять лет хранится обыкновенный сэндвич с тунцом. И благодаря его запаху твое преступление тут же выплывет наружу. — Решив сменить тему, Марк вдруг спросил: — А когда же я наконец познакомлюсь с прелестной Ханной?

— Мы в этот уик-энд собрались в горы, чтобы напоследок поснимать осины. Погода-то меняется; возможно, это будет уже последняя возможность полюбоваться осенними видами, пока снег не выпал. Если хочешь, пошли с нами.

— Отлично. — Марк как-то рассеянно поправил запыленную и потрепанную суперобложку на большом альбоме Пикассо, лежавшем на кофейном столике, и сказал: — Ты в последнее время часто с нею встречаешься. Должно быть, действительно хорошая девушка, да?

И Стивен, вдруг просияв, ответил:

— Я просто поверить этому не могу! Она совершенно меня с ума свела. Я только о ней все время и думаю. — И тут же поправился: — Ну, если не считать того, что у меня этот проклятый сейф из головы не выходит! — Он прибавил: — Но я и в такие минуты не могу не думать о ней. Со мной никогда раньше ничего подобного не было. Но я почему-то уверен, что вскоре все это так или иначе полетит к чертям, причем по моей вине — может, я буду ехать к ней на машине и нечаянно собью ее, или подожгу ей волосы из огнемета, или еще что-нибудь ужасное сотворю...

Марк усмехнулся:

— Нет, мне просто не терпится на нее взглянуть! Только, если тебе случайно где-нибудь тут попадется огнемет, ты запомни: сами по себе огнеметы людей не убивают. Это только люди умеют.

Несколько часов спустя Стивен, которому никак не удавалось уснуть, понял, что ему отчаянно хочется поговорить с Ханной. Его, правда, беспокоило, что он может ее разбудить, но он все же решился.

— Нет, я еще не спала, — сказала она. — Глупо, но все последние двадцать часов я только и делала, что скучала по тебе. У меня такое ощущение, словно я опять стала школьницей.

— А я совсем и не против. — И, набравшись смелости, Стивен прибавил: — Я так давно не испытывал ничего подобного... Не знаю... может, и вообще никогда.

Голос Ханны стал еще тише:

— И я тоже... Мне бы так хотелось увидеть тебя хоть на минуту, хотя бы просто сказать тебе «спокойной ночи»...

— Я приеду через сорок минут, — сказал Стивен.

— Мы могли бы встретиться на полпути, скажем, у закусочной в Голдене, — тут же предложила она, не зная даже, серьезно ли он это сказал.