Чтение онлайн

— Да, пожалуй, — кивнул Гилмор. — Но когда подойдем поближе, вы поймете, что в ней чувствуется некая потаенная сила. Наверное, именно поэтому Лессек и приходит к нам только вблизи этой горы.

Саллакс, как всегда, потребовал немедленных действий:

— Ну, так давайте поскорее доберемся туда. У нас еще добрых пол-авена светлого времени — вполне можно успеть и еще один холм миновать, если поторопимся.

Версен тут же молча пришпорил своего коня и повел отряд вниз по северному склону очередного лесистого холма, осторожно выбирая путь в меркнущем свете дня.

Когда они уже почти спустились в неглубокую лощину между холмами, Версен заметил что-то вроде звериной тропы, которая огибала подножие соседнего холма, и, обернувшись в седле, крикнул Саллаксу:

— Надо бы по этой тропе поехать — она, наверное, к воде ведет.

— Не нравится мне что-то по тропам ездить! — отрезал Саллакс.

— Да тут же никаких следов не видно, ни человеческих, ни конских. Никого тут нет или давно уже не было, — не соглашался Версен. — По-моему, все обойдется.

— Ладно, поехали, — буркнул Саллакс и повернулся к Гареку: — А ты будь настороже. Может, что-нибудь подходящее на обед подстрелишь.

Когда закатные лучи добрались до верхних ветвей могучих сосен, Гареку показалось, что весь лес вспыхнул ярким огнем, и у него промелькнула мысль: хорошо все-таки, что Версен выбрал для стоянки именно эту защищенную холмами и лесом лощину. С трудом оторвав взгляд от светившихся в пламени заката крон деревьев, он дал глазам привыкнуть к полумраку, царившему внизу, и принялся осматриваться в поисках дичи: кроликов, птицы, а может, и оленя. Но пока что он слышал лишь приглушенный стук лошадиных копыт по сосновым иглам, густо устилавшим землю. Охотиться здесь, в сосновом лесу, было непросто; на земле не было шумливых осенних листьев, которые могли бы подсказать ему, в какой стороне дичь, а по подстилке из сосновых игл звери могли ступать совершенно бесшумно. Гарек внимательно прислушался.

И вскоре услышал слабый шорох. Вытянув шею в ту сторону, откуда этот шорох донесся, он услышал какие-то странные негромкие звуки — словно кто-то сапогом наступил на битое стекло. Странно, подумал Гарек, что за зверь издает такой шум? Ведь эти звуки могут привлечь к себе внимание всего леса. Однако шорохи послышались снова, точно неведомое животное как ни в чем не бывало последовало дальше, вместо того чтобы замереть на месте и проверить, не преследует ли его какой-нибудь хищник.

Догадка пришла внезапно, но было уже слишком поздно. Прежде чем Гарек успел крикнуть, целый отряд малакасийских солдат, уже успевших окружить их маленький отряд, с оглушительными воплями вынырнул из подлеска, застав и Гарека, и его друзей врасплох.

Как ни странно, оружие нападающие применять не стали, а стащили путешественников с коней на землю и вступили с ними в яростную рукопашную схватку.

В одно мгновение Гарек прицелился и выстрелил — прямо в грудь одного из нападающих. Щита у того не было, так что умер он практически мгновенно. Ни секунды не медля, Гарек вложил в лук вторую стрелу и прицелился — на этот раз в того малакасийца, который, загнав Мику под брюхо коня, кулаком дубасил его по лицу. Стрела попала воину в шею, и он рухнул прямо на Мику, заливая его своей кровью.

Приглядевшись внимательней, Гарек понял, что это какие-то необычные солдаты: крупные, темнокожие, чем-то похожие на огромных обезьян. Жаль, света маловато, подумал Гарек, выпуская третью стрелу — прямо в грудь еще одного странного воина. Стрела, несмотря на сгущавшиеся сумерки, попала в цель, и Гарек снова полез в колчан, но тут чьи-то могучие руки в кожаных перчатках обхватили его сзади и стащили с коня на землю.

Когда на них столь внезапно напали, Стивен, онемев от ужаса, смотрел, как Гарек, с молниеносной быстротой стреляя из лука, одного за другим поражает вражеских солдат, но потом из кустов выскочили еще двое огромных воинов и стащили Гарека с коня. Он пытался вслепую сопротивляться, а они буквально рвали ему лицо своими когтями. На небольшом расстоянии Стивен увидел Марка, который остервенело дрался с малакасийцами, стремясь не подпустить их к Бринн. Рядом с ним Версен и Саллакс сплеча рубили нападающих своими жуткими топорами, острыми как бритва. Один лишь Мика неподвижно лежал возле своего коня.

Вся эта сцена казалась скованному страхом Стивену совершенно сюрреалистической; у него было такое ощущение, будто время странным образом замедлило свой ход. Только он и Гилмор еще не вступили в схватку; ему казалось, что их нарочно пощадили, а может, просто не заметили, потому что они ехали самыми последними. Стивен вспомнил ощущение холодной речной воды, которой он тогда плескал себе на шею и на спину, и ту мысль, которая все вертелась у него в мозгу: «Возможно, у нас еще ничего и не получится».

Двигаясь как-то удивительно замедленно, Стивен спешился и неторопливо подобрал с земли какую-то толстую ветку, повторяя про себя: «Возможно, у нас еще ничего и не получится».

Малакасийский солдат вынырнул из зарослей справа от него, и Стивен с какой-то совершенно не свойственной ему ранее ловкостью повернулся, без малейших усилий раскрутил свою дубинку над головой и яростно обрушил ее на голову ничего не подозревавшего врага, раскроив ему череп. Его поразило, что лицо малакасийца крайне мало похоже на человеческое — оно скорее напоминало морду дикого и очень свирепого зверя.

Отвернувшись от него, Стивен устремился дальше, к Гареку, который тщетно пытался вырваться из лапищ двух воинов-великанов, рвавших его плоть когтистыми пальцами.

«Возможно, у нас еще ничего и не получится», — снова подумал Стивен и позволил кипевшему в душе гневу вырваться наружу в сокрушительном ударе, который пришелся одному из малакасийцев под подбородок и мгновенно сломал ему шею.

Отлетев в заросли у тропы, его тело еще подергивалось в предсмертных судорогах, а Стивену уже пришлось сосредоточить все свое внимание на втором воине, который попытался вырвать у него из рук окровавленную дубинку.

— Возможно, у нас еще ничего и не получится! — услышал Стивен свой собственный крик и с безумным хохотом ударил малакасийца прямо в лицо.

Солдат зашатался, и Стивен снова ударил его по внешней стороне колена, разнеся сустав вдребезги. Малакасиец пронзительно вскрикнул — вопль этот более всего напоминал некое древнее, первобытное проклятие, — бешено замахал руками и рухнул на землю.

А Стивен уже спешил на помощь Марку и Бринн, Марк бился в железных объятиях жуткого на вид малакасийца с кулаками, похожими на кувалды, и каменными локтями. Быстрая, как ртуть, Бринн тем временем, приседая и уворачиваясь от ударов страшных кулаков, мертвой хваткой вцепилась в малакасийца, сжимая в руке нож. Затем она резко крутанулась, успев все же получить скользящий удар в лицо, и с размаху всадила нож по самую рукоять в грудь воина-великана, издав диковатый, гортанный клич радости.