Чтение онлайн

Спустившись, поймал глаза Таши и позвал. Напоследок фыркнув в лицо все же упавшего знаменосца, она подошла и подставила свою голову, с другой стороны притиснулся Быстрый.

– Я слушаю тебя, Жрица.

С трудом преодолев страх, она подошла и, замешкавшись, все же поклонилась, вызвав тихий вой со стороны моих пленных и, не поднимая головы, заговорила.

– Мой господин прислал меня сказать тебе, - она помедлила и, с ужасом косясь на варгов, продолжила, - ложный Тач-Варга, тебя зовут в гости, на Большую еду. Мой господин сказал, что прощает тебя за все, что ты сделал и хочет наградить тебя и наделить тем, что ты заслужил. Твой ответ.

Жрица выдохнула и поникла, опустив голову. Я молча наблюдал за ней, почесывая мохнатое ухо млеущего Быстрого под ревнивое сопение Таши. По лагерю прошла волна тихого бряцанья, орки деловито перехватывали оружие и, многозначительно скалясь понемногу со всех сторон, стягивались к послам.

– Ты гость, - жрица удивленно вскинула голову, по лагерю замерли воины, недоуменно округлив глаза, - ты, я не знаю, как тебя зовут, и те, кто с тобой. Не очень мы вам рады, но вы гости. Проводите наших гостей и накормите их. Я позже дам ответ. Идите.

Проводив глазами ушедших, махнул рукой своим Старшим и, опираясь на варгов, ушел в свой дом. Там меня подхватила Тзя и потащила по ступеням, принюхавшаяся ко входу Таша недоуменно покосилась на меня и послала образ.

– Мы здесь, у норы побудем.

Войдя в дом, с наслаждением забрался в ворох шкур и одеял и со стоном вытянул ноги. В очаге уже горел огонь, у него на скамеечке сидела Шаманка и что-то варила в стоящих и булькающих котелках. Покосившись на меня, горестно вздохнула и повернулась к стоящему рядом Ру с подносом, наполненным множеством горшочков, кульков и связок ингредиентов.

– Встретил Ульриха??

– Да. Потом кто нибудь расскажет, как все было. Что у вас??

– У нас набег. Бооргуз пришел. Их привел Скара-жрец, - усмехнувшись на мою поднятую бровь, рассказала.- Это хитрая Тварь, но он еще и умный. Он еще не сдох, нахватав жертв. Смог провести ритуал призыва самому себе. По правилам. Он очень хочет стать демоном.

– Сможет??

Шаманка помотала головой.

– Я не знаю, легенды слишком старые. По крайней мере в легендах о Темном о таком не говориться. Демоны Темного, плоть и воля Темного. Они служили ему верно и предано. Хотя Вайруна предал его. А Скара-демон служит только себе. Они всегда гибли раньше, чем могли совершить ритуал. Скара не может сохранить знания и умения Жреца. Наш враг уникален, - Шаманка усмехнулась на мою бровь, - ты знаешь, что это значит. Он силен, умен и хочет жить. Демоном. Как не хватает знаний...
– Шаманка сокрушенно поводила головой и рыкнула на Ру, - держи ровнее. Рассыпешь, заставлю съесть. Посмотрим, что из тебя получится. С тобой-то что?

– Пустяки, встретил варгов, пока побил, потом мирились, устал так, что еле хожу.

Шаманка,подойдя ко мне, внимательно меня осмотрела и, поводив руками, вздохнула.

– Два раза трансформация незаконченная. Ты хоть понимаешь, что по краю прошел. Жертва??
– я покачал головой, она еще немного поводила руками, рождая во мне волны бегающих иголок, и принюхалась.

– Настои Тзя, только кривыми руками сделанные, и варги тебя держат.

– Что скажешь о Скаре, как его победить??

– Сейчас, не знаю. Ты едва живой, варги у тебя слабые, молодые. Так что нас двое. Ты и я. Я тебя сейчас поправлю, будет больно.

– Подожди. Только мы двое??

– Да, и варги. Орков он своей силой задавит. На нас его сил не хватит. Этого мало. Он силен. Он зацепился сейчас на краю, жертвами держит себя и набирает силу.

– Он зовет в гости.

– Конечно, зовет. И ты, и я ему, как гора рационов с Черным туманом. Еда и сила. Да и охотники на привязи, он их чувствует. Я бы их и зарезала, но держу для призыва Темного.

– Зачем?

– Для него этот Скара, как мешок передержанной браги. И пьянит, и травит. Но он-то с голода, что мы видели, не откажется и от такого. И как эта дрянь на него подействует, я не знаю. Может прожует, а может и подавится. А хуже, если с него слепок снимет и еще страшнее станет. И за нас примется. Я говорила, не надо было Темного звать.

– Поздно теперь. Что сделали, то и сделали. Давай свои настои. Позже поговорим.

– Это не все, - я поднял глаза на нее, - он поставил вокруг алтари Вайруны, принес людей в жертву. Пока он жив, пока он силен и, не отвлекаясь, держит связь со своими алтарями, мы не сможем призвать Темного. И самое плохое, если Скара перехватит призыв, а мы не сможем пробить четыре алтаря, мы будем в его воле. Нужен полный ритуал призыва Темного.

– Мы пойдем на встречу с ним?!? Ты же понимаешь, что это ловушка??

Мы стояли на помосте, провожая уходящих послов в сторону леса полного врагов.

– Конечно, ловушка. Только у нас нет выбора. Или мы его убьем, или он убьет нас всех.

– Он стал сильнее. И Темный не слышит нас. Ты все еще против полного ритуала призыва?!

– Да, против. Ты же знаешь, что нас ждет, когда он придет. Будем ходить туда, куда он скажет и делать, что он скажет.

– И умирать от счастья, - Шаманка передернула плечами.
– Тогда что у тебя за замысел?

Ходок потянулся и, толкнув в бок, сидящую рядом Ташу, широко ей улыбнулся и произнес.

– Не знаю я. Придумаем что-нибудь. Справимся. Я в тебя верю. Ты в меня засунула столько лекарств и настоев, что если их вылить в Болото, все лягушки попередохнут. Иной раз я и сам думаю, что лучше бы и я сдох. Ты его охрану придержи, хорошо??

– Хорошо, я уже начинаю скучать по тихой жизни у Уруков.

– Забудь. Все здесь?
– я оглянулся на стоящих за спиною орков свиты.
– Вперед!

Ворота со скипом открылись, и мы неспешно направились в гости. Это я на Таше, Шаманка на Быстром. Таша сразу отказалась везти Шаманку, уговоры не помогли, и её нес на спине как всегда спокойный и молчаливый Быстрый.

За нами шли десяток Верхних с настоявшим на походе с нами Лау. Со стен нас провожали сотни глаз, в воротах стояли стеною мои Старшие.

В лесу тем временем нарастала суета и тревога, перекликались сотники и десятники. Орки сбегались со всего леса и сбивались в пока еще бесформенные кучи толкающихся и огрызающихся воинов. К моменту нашего приближения нас встретили все еще гнущиеся и рвущиеся построения воинов, с удивлением и почтением разглядывающие нашу процессию. Когда мы подошли ближе, в стоящей в стороне нестройной толпе кое-как вооруженных рабочих Бооргуза, раздался задушенный выкрик. Уже хорошо побитый работой орк, судя по висевшему на поясе барабане не меньше полусотника, затыкая себе рот рукою, подпрыгивая на месте, тыкал в нас своей колотушкой и вдруг повалился на колени, тыкаясь головой в прошлогодние листья.