Чтение онлайн

— Станем, радость моя! — пообещал я, почувствовав, что это требование было озвучено отнюдь не просто так, но девушка завелась не на шутку и продолжила в том же стиле:

— Я готова тренироваться хоть круглые сутки…

Пришлось успокаивать:

— Оль, мы развиваемся в оптимальном темпе. Да, можно ускориться еще немного, но ничем хорошим это не закончится.

— Как скажешь! — нехотя выдохнула она, а через несколько мгновений злобно добавила: — Хочу крови. Той твари, которая собиралась тебя подмять! Да, разумом понимаю, что ее каким-то образом накажет Дмитрий Львович, но сердце все равно требует крови!

— Ты моя защитница! — улыбнулся я, получил кулаком в живот и… очень удивился следующей фразе своей женщины:

— Ладно, пошли-ка в дом: мне надо добить проблему с «Когортой», чтобы мы смогли закрыть еще одну из последних уязвимостей…

Пошли. А после того, как поднялись большую в гостиную, Кольцова снова оккупировала диван

и вцепилась в мобильный терминал, а я подошел к окну, выглянул наружу и обнаружил, что на пляже собрались практически все наши новоявленные соседи. Память быстренько напомнила о том, что вечером Чирков с Лемешевым уедут в Новомосковск, а оттуда — к месту службы, и я решил пообщаться с парнями еще немного. Поэтому предупредил Ольгу, что ухожу к морю, активировал жар и вышел из гостиной.

Мне обрадовались. Вроде как, без дураков: Лиза, одолжившая пульт управления катером Алле Костровой и ревниво наблюдавшая за маневрами своей игрушки, не поленилась отвлечься от столь серьезного дела, метнулась к столику, за которым сидели парни, отрезала кусок тортика и спросила, что я буду пить; ее брат прервал беседу с друзьями, заулыбался и радостно сообщил, что через час-полтора в поселок доставят еще десять «Акванавтов»; Лариса, девушка Антона, спросила, где я потерял свою невесту, а Егор пододвинул в мою сторону свободное кресло и поделился «разведданными»:

— Игнат Данилович, говорят, что вы с Ольгой Ивановной каждое утро устраиваете дальние заплывы?

— Есть такое дело.

— Значит, у вас с нею неплохо раскачан жар?

Я пожал плечами:

— В Пятне без него никуда. Особенно зимой.

— С этим не поспоришь. А в котором часу вы вошли в море сегодня?

— Где-то в восемь двадцать, то есть, сразу после первой тренировки.

— «Первой»? — хором переспросили оба ИСБ-шника, тоже «повернутые» на личном развитии.

Я подтвердил:

— Да: до завтрака у нас по расписанию боевка, между завтраком и обедом — развитие магических навыков и так далее.

— Интересненько… А как вы относитесь к дружеским спаррингам?

Гнили в этой парочке не чувствовалось, поэтому я сказал правду:

— Когда-то любил. А сейчас мучаюсь без спарринг-партнера моего веса, так что уродую андроидов…

— О-о-о!!! — заулыбались парни и спросили, по каким правилам я привык рубиться.

— Как ни странно, в моей памяти больше всего фрагментов чистой рубки. То есть, без использования магии и с легкими накладками на кулаках. Но я так соскучился по хорошему мордобою, что соглашусь на любые правила. Само собой, за исключением бесконтактщины…

— Наш человек! — довольно хохотнул Егор и предложил перебраться в его спортивный зал.

Я возражать и не подумал — забыл и о торте, и о соке, встал с кресла и пошел следом за потомственными вояками. Как и следовало ожидать, весь остальной народ тут же забыл обо всем на свете и рванул вдогонку. Хотя нет, не весь: Максакова-младшая отжала у Костровой пульт управления, вернула катер к берегу, достала из воды и перетащила на лежак. Впрочем, до коттеджа Лемешева допрыгала самой первой из дам, ворвалась в фойе первого этажа и догнала нас, как раз заканчивавших обсуждать правила первого поединка.

С подготовкой особо не задурялись — мы с Антоном Чирковым сняли верх, обувь и носки, как следует размялись, дополнительно разогрели тушки жаром, затем скинули все «баффы», но подняли защиты. Чтобы работать в полную силу и не бояться последствий.

Весил этот друг Павла Демьяновича килограммов на двенадцать больше меня, но большая часть этого веса приходилась на жирок.

Мне приходилось рубиться с противниками и потяжелее, так что я вцепился в парня взглядом, дождался команды Максакова, взявшего на себя обязанности судьи, и плавно качнулся вперед.

Первые секунд тридцать бросал одиночные прямые левой, «двоечки» и изредка бил ногами по бедрам. Когда оценил скоростные качества противника, здорово расстроился — у нас, в АПД, с ним справилось бы процентов девяносто первокурсников. Тем не менее, решил проверить свои выводы и взорвался довольно простенькой атакой: показал двойку руками, прошел в ноги, уронил и задушил. Точнее, взял соответствующий захват, но продавливать защиту и не подумал.

Реакция Чиркова расстроила еще сильнее: он не понял, как я его уронил, и сообразил, что проиграл, только секунды через три-четыре после того, как оказался в безвыходном положении! Впрочем, обижаться или изображать, что этот проигрыш был случайным, даже не подумал — восторженно выдохнул, что моя атака была безумно быстрой, и заявил, что не хотел бы попасть под нее же, но под всеми усилениями.

— Как я понимаю, бросковую технику и защиту от нее вам ставили по остаточному принципу, верно? — спросил я, разомкнув захват и выкатившись из-под Антона.

Он подтверждающе кивнул, а Егор Лемешев расстроенно добавил:

— Нас заточили на предельно жесткое задержание Одаренных — дали соответствующий арсенал умений, научили им пользоваться и заставили вбить в подсознание всего несколько боевых связок. Так что в борьбе и чистой рубке мы тебе, пожалуй, не соперники.

— Тогда предлагаю порубиться по тем правилам, к которым привыкли вы.

Тут подал голос Павел Демьянович:

— Ксения Святославовна вас, конечно, реанимирует. Но… на развалинах коттеджа. А этого я не допущу. Поэтому пока деритесь по этим же. И ждите возможности поработать в зале с нормальной защитой…

6 января 2513 по ЕГК.

…Откровенно говоря, заканчивая утреннюю тренировку, я был уверен, что на берегу нас уже ждет приличная толпа. Поэтому убедил себя не злиться на любительниц поболтать, настроился на неминуемую потерю времени и… ошибся — в тот момент, когда мы выбежали из коттеджа, на пляже не было ни души. Настроение мгновенно рвануло вверх, поэтому к лежаку я подлетел довольным до невозможности, скинул халат и шлепки, в темпе спустился к линии прибоя, разогнался, прыгнул в воду и пронырнул метров двадцать. А когда всплыл на поверхность, подождал подплывающую Ольгу и довольно ухмыльнулся: