Чтение онлайн

Он пробирался через толпу, Сандра следовала за ним. Около входа № 7 он показал охраннику удостоверение, и тот пропустил их. В конце длинного перехода, в котором было приятно тихо после шума снаружи, располагалась ложа для работников радио и телевидения. Они занимались установкой камер и микрофонов.

– Самое удобное место для наблюдения за игрой, – объяснил полицейский. – Ложа президента – прямо над нами. Жаль, вы не можете здесь оставаться: блок, предназначенный для знакомых шотландской команды, находится на следующем участке.

Сандра молчала. Она смотрела на одного из мужчин, который как раз подключал электрический кабель. На левой щеке у него был шрам, плохо прикрытый пудрой. Его живые серые глаза встретились с ее взглядом.

– Что-то произошло? – спросил полицейский.

– Нет, – покачала она головой, – мне показалось знакомым это лицо, но я ошиблась.

– Если ваш друг в Саламба, он определенно будет здесь, – улыбнулся полицейский. – Я не понимаю, зачем игру показывать по телевидению: ведь сегодня здесь все! Наверное, для заграницы.

Через узкую боковую дверь полицейский провел Сандру на место. Большой стадион был уже почти заполнен, но все больше людей устремлялось сюда. Реяли флаги национальных цветов Саламба, и среди них – несколько шотландских. На стадионе стоял оглушительный шум. На поле появился духовой оркестр, и толпа начала горланить под музыку. По дорожке маршировал полк девушек, одетых в форму тамбурмажоров. Они пританцовывали, виляя бедрами, к огромной радости мужчин. Толпа прыгала и кричала в приподнятом настроении.

Вдруг Сандру оглушил рев, словно стадион услышал команду. Даниэль Ломо появился в ложе, украшенной тропическими цветами и флагами. Мориба шествовал вслед за президентом, затем удалился.

После прибытия президента духовой оркестр и девушки-танцовщицы покинули поле. На него выбежали игроки, которых бурно встречали болельщики. У шотландцев «группа поддержки» – из тех, кто сопровождал команду в долгом путешествии, – была незначительной, в основном болели за хозяев.

Во главе шотландской сборной шли трое волынщиков, наигрывавших народную мелодию. Толпе понравились волынщики в клетчатых юбках. Раздались дружные аплодисменты.

Едва саламбийский центрфорвард ударил по мячу, стадион забушевал. Африканцы были быстрыми, но пасовались не очень точно. Им не хватало выдержки шотландцев. Саламбийцы начинали атаку, которая заставляла толпу вскочить с мест, но ее отбивали – и это вызывало злую реакцию в толпе. Судья яростно свистел и подавал знаки нападающим, но хорошо нацеленная бутылка закончила его заступничество, игра была прервана, пока ему оказывали врачебную помощь. Было еще много диких сцен, и всегда вооруженные полицейские восстанавливали порядок, нанося удары дубинками по разбушевавшимся фанатам. Наконец воцарялось что-то похожее на порядок – и игра возобновлялась.

Дональд одним из своих элегантных финтов обошел юрких игроков противника, но его удар прошел мимо ворот. Выпад против одного из игроков шотландской команды побудил судью назначить свободный удар. Это вызвало новое возмущение публики. И снова несчастный судья должен был искать укрытие от пустых пивных банок и камней.

Незадолго до окончания первого тайма шотландцы забили гол. Толпа неодобрительно забушевала, требуя, чтобы их команда отквиталась немедленно.

Сандра сконцентрировала внимание на Дональде. Игра у него не клеилась. Может быть, ему удастся во втором тайме изменить ход матча и закрепить успех шотландцев?..

Под свист и выкрики команды покинули поле. Сандра вытянула шею, чтобы рассмотреть президента Саламба. Когда она посмотрела вверх, всю ложу скрыло огромное желтое пламя. Как в кино. Сцена производила особое впечатление тем, что ложа телевизионщиков, которая как раз находилась под ложей президента, выглядела кратером созданного человеческой рукой вулкана. Громовой взрыв звучал как далекий гнев богов из преисподней.

Высоко поднимались черные нити дыма. Между ними летали осколки и куски обгорелого дерева. Сандра не знала, был ли изувеченный мертвый, которого она видела, президентом или кем-то из его охраны.

Кругом царило смятение. Люди бежали сломя голову, в панике кричали. Сандра видела, как женщина прижимала ребенка к груди, боясь дальнейших взрывов.

На противоположной стороне поля, боязливо сбившись в кучу, стояла группа шотландских болельщиков. Сандра окаменела. Из туннеля, в который минуту назад ушли команды, появилась полиция. Были перекрыты все входы и выходы. Завывали сирены. Санитарные машины съехались к полю.

Два человека, которые находились в ложе для телевидения, чудом остались в живых, их окровавленные тела были отправлены на носилках в машины «скорой помощи». Мориба отдавал солдатам и полицейским приказания. Огромный, властный, он подчинял людей своей воле и благодаря своему авторитету предотвратил нарастающий хаос. Через громкоговоритель зрителям сообщили (сначала на африканских диалектах, потом на английском), что, к сожалению, игра должна быть прекращена. Все спокойно могут покинуть стадион. Каждый, кто перед взрывом видел что-нибудь подозрительное, должен обратиться в полицию.

Сандра влилась в толпу и торопливо покинула стадион. Когда она выбралась на улицу, мимо проехал автобус, который вез шотландских футболистов.

Может быть, она должна была сообщить сержанту полиции, что незадолго до игры видела человека, похожего на знаменитого террориста, в ложе для телевидения? Но ей хотелось скорее бежать отсюда.

Вдруг совсем неподалеку она увидела Ази Морибу. Он смотрел прямо на нее. Его взгляд был твердым и враждебным. Потом он обратился к капитану, стоявшему рядом. Вскоре к Сандре подошли трое вооруженных полицейских. Они молча схватили ее за руки и толкнули в стоящую рядом машину. Мгновение спустя они мчались как бешеные по улицам Ибари с воющей сиреной и включенной синей мигалкой.

Сандра переступила порог главной резиденции шефа полиции в Саламба, полная недоумения, во второй раз.

Сообщение о гибели президента Ломо передавалось по радио и телевидению. Халефи и Чак сидели в гостиной и смотрели по телевизору программу новостей.

– Что это? – спросил Халефи. – Начинается время всеобщего террора, убийств, восстания и хаоса?

Чак пожал плечами.

– Кто знает. Боюсь, мы должны ждать и надеяться, что не все это произойдет одновременно.