Чтение онлайн

– Но потом ты ведь… вернешься? Будешь со мной?

– Если выживу, и ты все еще захочешь меня, – улыбнулась она.

– Всегда!

Он вздохнул и одарил Лаверн таким преданным взглядом, что ей стало стыдно. Если бы был другой выход, она ни за что не стала бы играть с ним. Но люди играют людьми в их исковерканном, уродливом мире. Этот мальчик – наивный и преданный – тоже однажды научится правилам этой игры. Если повезет, и жизнь не перемелет его в муку. Такое тоже порой случается.

– Я должна идти. Не стоит оскорблять леди Бригг подобными проявлениями чувств. Все же она пока ваша нареченная и не заслужила такого отношения.

– Венчания не будет, – пообещал Ивар.

– Не хотелось бы, чтобы меня считали разлучницей, – нахмурилась Лаверн и строго посмотрела в распахнутые и полные преданности глаза. – Я и так нажила себе немало врагов, не хватало, чтобы к их числу прибавился старый Ворон. А так будет, когда Бригг узнает, что ты отверг его юную дочь ради меня.

– Не узнает.

– Мы оба в курсе, что ты не умеешь хранить тайны, – ласково пожурила она, касаясь ладонью его груди. – А твой сюзерен – из тех, кто вытаскивает даже самые сокровенные секреты. Я не могу так рисковать, особенно сейчас, когда положение Вайддела шатко, как никогда. Я нужна короне. У меня совершенно нет времени разбираться с оскорбленными отцами брошенных дочерей.

– Думаешь, я способен подвергнуть тебя опасности?! – возмутился Ивар.

– Думаю, тебе будет трудно противостоять двоим могущественным высшим лордам, которые годами оттачивали мастерство интриг, – мягко поправила она.

– Я скажу, что леди Бригг мне не подходит. Со мной провидица, и она подтвердит, если прикажу, что девица не родит мне.

– Очернишь невинную девушку перед обществом? – Лаверн удивленно вздернула бровь. – Деяние, лишенное благородства…

– Плевать, если в итоге ты будешь со мной!

Чародейка опустила взгляд и, спустя мгновение, кивнула.

– Я пришлю птицу. Жди.

Покидая смотровую площадку, Лаверн думала, что ее дела в Клыке почти закончены. Напоследок она оставила самое трудное, а именно разговор с леди Морелл, но не была уверена, что тот принесет плоды. Однако попытаться стоит.

Удача выбирает смелых.

Олинда подстерегла ее во дворе. Одетая не по погоде – лишь в шерстяное лиловое платье, отороченное кружевом, и легкий плащ – верховная смотрелась нелепо под напитанным влагой свинцовым небом, в окружении закованных в латы рыцарей. Маленькая сдобная булочка на подносе. Очень уютная и теплая женщина с улыбкой на лице и ледяными глазами.

– Мы отбываем сегодня, дитя, – ласково сказала она и взяла Лаверн под локоть. – А у нас так и не выдалось минутки поболтать. Прогуляйтесь со мной.

Лаверн не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Олинда шагала медленно и размеренно, мелкими шагами, и Лаверн приходилось подстраиваться. В нескольких футах позади них позвякивали доспехами молчаливые и бесстрастные рыцари Капитула. Кэлвин и Сэм безмолвными тенями следовали за ними. Нет, Лаверн не боялась, что верховная прикажет напасть на нее прямо здесь, в стенах Клыка. Капитул всегда выбирал более хитрые способы устранения, как тот, который они применили в двуречьенском лесу. Лаверн была почти полностью убеждена, что там на нее напали люди Атмунда. И этот разговор с Олиндой был одним из кусочков картины заговора, составленного против нее.

Каждое слово, которое Лаверн скажет, будет использовано против нее. Однако слова – не единственное, что стоит контролировать рядом с менталисткой.

– Чудесный край!

Олинда остановилась у входа во внутренний сад – перед аркой, увитой диким плющом. Все еще лишенные листвы яблони тянулись к небу, а на ветвях их набухали напитанные соком почки. Влажно блестели мощенные камнем тропинки, сквозь жирную темную землю пробивалась молодая трава. Густо цвели весноцветы, источая сладкий, пьянящий аромат.

Сад Клыка спускался с холма, стекая почти до самой внутренней крепостной стены. Он бы, наверное, спустился ниже, но был нещадно вырублен из соображений обороны. А за стеной раскинулось вечнозеленое море непроходимого леса. Верхушки сосен царапали животы низких туч. Когда Лаверн только привезли сюда, во время непродолжительных прогулок по саду, куда Фредрек выпускал ее с видом благодетеля, Лаверн казалось, что сосны Кэтленда способны продырявить небо. Порой случалось, что начинался дождь, она подставляла лицо небу, и тяжелые капли стекали по щекам, будто слезы.

Она не плакала с тех пор, как ее вытащили из повозки работорговцев и бросили под ноги будущему хозяину. Лишь взглянув в его холодные бесчувственные глаза, Лаверн обещала себе, что никогда не заплачет перед ним. И сдержала обещание. Тот случай у источника не в счет.

– Вы правы, здесь очень красиво, – ответила чародейка на восторженную реплику Олинды.

– Так жаль, что все это некому унаследовать, – притворно вздохнула верховная.

– Уверена, лорд и леди Морелл постараются исправить ситуацию. – Насколько мне известно, источник все еще полон магии и продержится много лет.

– Вполне возможно, милая, вполне возможно… Вы знали, что я бывала здесь еще девицей?

– Не слышала об этом.

– Я влюбилась в Кэтленд в тот самый момент, когда впервые очутилась здесь. Мне было пятнадцать, и я мечтала лишь о лентах, кружевах и молодых красавцах. Но ни один из них и сравниться не мог с молодым наследником Кэтленда – подающим надежды некромантом, высоким, статным молодым человеком, разбившим не одно девичье сердце. Мне в женихи прочили высшего лорда, о таком женщина из младшего дома может только мечтать.

– Вы должны были выйти за Фредрека Морелла? – удивилась Лаверн.

– Мой отец хотел этого. Я была молода, полна сил и способна к деторождению, а наш клан – достаточно крепким и многочисленным, поэтому отец Фредрека благосклонно принял предложение моего батюшки укрепить связь между нашими домами.

– Но свадьба не состоялась, – заметила Лаверн.

Олинда наигранно вздохнула, заставляя колыхаться кружева на пышной груди. Затем прикрыла рот ладонью и шепнула Лаверн на ухо:

– Я не пришлась по душе жениху. – Заметив, по-видимому, вопрос на лице чародейки, добавила: – Фредрек дал понять, что думает о предстоящем браке, взглянув на меня лишь раз. Он был из тех мужчин, знаете, которые умеют все показать без слов.