Чтение онлайн

Секс, похоть, власть. Все это висит в воздухе, как облако греха, заполняя легкие и мутя разум. Доказательства - вокруг меня. Один посетитель страстно целует женщину в кожаном комбинезоне, а мужчина в соответствующей кожаной маске стоит на коленях и сосет член этого посетителя. Через несколько стульев от меня в баре мужчина запустил руку под юбку женщине, пока она задыхается от выпитого, закатив глаза. Здесь нет места запретам, только фантазии, воплощенные в реальность.

Я использую зеркало за барной стойкой, чтобы следить за братьями, которые сидят в черной кожаной кабинке и курят сигары. Джеффери выглядит расслабленным, беззастенчиво разглядывая каждую женщину, проходящую мимо их столика, а Кларк держит спину прямо и, кажется, осматривает зал, как будто в состоянии боевой готовности. Когда Джеффери что-то шепчет ему, он опускается в глубокое кресло и наконец-то позволяет своим плечам расслабиться.

Проходит половина времени, прежде чем происходит что-то важное. К столику с напускной уверенностью подходит стройная блондинка. Ее подбородок неестественно высоко вздернут, и она старается незаметно вытереть ладони о свое облегающее платье цвета фуксии. Если я чему-то и научилась в этой жизни, так это тому, что настоящую уверенность нельзя подделать.

К моему удивлению, она проходит мимо них, даже не удостоив их холодным взглядом. Я не знаю, как она в этом замешана, но, несмотря на ее вопиющее пренебрежение, чутье подсказывает мне, что она должна быть в центре событий.

Сиденье рядом со мной в баре отодвигается, и высокий коренастый мужчина садится, загораживая мне вид на женщину. Его лицо мне знакомо, но только когда он заговорил, я смог определить его личность.

У него густой восточноевропейский акцент и гравийный голос, как будто он выкуривал по пачке в день на протяжении десятилетий. "Не спускай глаз с собственной женщины, а?"

Илья Якшич вместе со своими братьями и кузенами управляет сербской мафией. Наша организация не очень-то с ними взаимодействует, но мы всегда следим за глобальными игроками, к которым он, безусловно, относится. Блондинкой должна быть его новая жена, Марселла. Говорят, она нефтяная наследница, моложе его в два раза, и, по сути, была продана своим отцом за права на бурение на территории Якшича.

"Я сын Эйдена Фокса, Лохлан, - протягиваю я руку. Якшичи известны тем, что до смешного чрезмерно опекают своих женщин, и я решил, что сменить тему как можно скорее будет лучшим выходом. Ему, должно быть, около шестидесяти лет, но он все еще выглядит крепким, как гвоздь, и злым, как черт. Нос у него кривой, а уши похожи на цветную капусту, оставшуюся с юности, когда он был профессиональным бойцом.

В его глазах мелькает признание, и суровый хмурый взгляд частично смягчается. "Хороший человек, твой отец". Он подает знак бармену, который тут же наливает две рюмки водки. Илья подталкивает одну ко мне и поднимает другую. "Pocivaj u miru".

Водка гладкая и холодная, ледяное жжение, когда она скользит по моему горлу. Мужчина кивает мне на прощание, а затем встает и идет за своей женщиной. Я смотрю ему вслед, чувствуя еще большее беспокойство из-за возможной ситуации, чем раньше. Якшичи жестоки, непостоянны и абсолютно безжалостны.

Если между ними и маулдинами существует вражда, я должен выяснить это, пока весь остров не окрасился в красный цвет и это не стало нашей проблемой.

.

Пот стекает по моей спине, когда я возвращаюсь из спортзала на следующее утро. Когда я уходил от Стеллы, она была на террасе виллы и занималась работой. Хотя она сказала, что ей нужно завершить всего одно небольшое дело, я не удивляюсь, обнаружив ее через два часа во время звонка. Я сразу же узнаю голос брата на другом конце.

"Стеллы нет в офисе", - кричу я, чтобы он меня услышал.

Она поворачивает телефон так, чтобы мы могли видеть друг друга. "Ну, кто-то же должен отвечать на мои звонки, если ты не хочешь". По мешкам под глазами и нетерпению в ее тоне я понимаю, что Нив, должно быть, все еще переживает регрессию сна. Кэш проинформировал меня об этом перед нашим отъездом, и все это было сделано в PowerPoint.

Я вытираю лоб подолом футболки. "Мы здесь уже двадцать четыре часа, Кэш. Не надо натягивать трусики".

"Мои трусики в полном порядке... Боже, мне нужно поспать". Он застонал от слов, которые только что вырвались у него изо рта.

"Да, похоже, тебе пора". Я машу рукой и снимаю пропотевшую футболку, направляясь в ванную.

Я слышу, как они обмениваются словами, пока я ухожу, а потом Кэш говорит: "Прекрати трахать моего брата, Стелла".

Я улыбаюсь про себя, внутренне превозмогая себя, потому что, когда она отрицает это на октаву выше, я точно знаю, что так оно и было.1

Я захожу в душ, пока вода еще холодная. От сотрясающей температуры по моей горячей коже бегут мурашки. Но этого шока недостаточно, чтобы избавить меня от желания - отчаянной, мать ее, потребности - снова превратить наблюдение за Кэшем в реальность. Кулаки завязываются в узел, когда я стою под холодной водой, а в груди разгорается ад, грозящий сжечь меня дотла.

Мои мысли мечутся туда-сюда между вчерашней разведкой и постоянно присутствующими мыслями о Стелле.

Я хочу большего, чем просто одна обжигающая ночь. Я изо всех сил стараюсь не спешить. Если я это сделаю, она только упрется в свои пятки. Стелла никогда ничего не делает, не просчитав риск и вознаграждение и не проанализировав все возможные варианты развития событий. Именно поэтому Кэш уже много лет пытается уговорить ее перейти из "Логова". Саммерленд был не первым повышением, которое он ей предложил.

Может, я ей просто не нравлюсь... Эта мысль едкая и горькая.

Я должен верить, что она борется с теми же подавленными чувствами, что и я, потому что альтернатива ранит как сука.

Но если я прав, я не могу броситься к ней, пока она не готова нырнуть с головой. Если я это сделаю, все ставки будут сделаны. Она наступит на ногу. Я не против, чтобы она наступала на меня, но... блядь. Мой член поднимается при мысли о том, что она надо мной.

В голове возникает яркая картина: она впивается острым каблуком туфли в мою ногу, когда я сижу на изножье кровати. Ее нога тянется вверх по моему бедру, пока она не толкает меня на спину, ударяя каблуком в грудь.

Она забирается на матрас, а я ложусь на спину, заложив руки за голову. Вода нагревается, и слишком легко представить, что это жар ее тела скользит по мне, ее шелковистая кожа заставляет каждый нерв оживать. Моя голова откидывается назад, а рука обхватывает мой ствол - трахать.

Как только я начинаю, я уже не могу остановиться. Я работаю над своим членом, представляя, как она дразнит меня, скользит вверх и вниз по моему телу, прижимается губами к моей горячей коже, а ее живот едва касается моего твердого члена.