Чтение онлайн

А что он вообще хотел-то? Скорее всего, волнуется за Нико, ли проверяет, насколько мы близки.

Как только дверь снова изолировала меня от всех, все мысли о Рэе тут же испарились, улетучиваясь по ту сторону герметичной перегородки. Осталась лишь одна идиотская идея:

«Нужно навестить Нико».

====== Язык мой – враг мой ======

С этой идеей я направился в лазарет, где, собственно, и лежал Нико.

Для того, чтобы добраться до лежбища раненых котиков, мне нужно было пройти длинный светлый коридор и спустится на первый этаж.

Слева от меня тянулись бесконечные одинаковые металлические двери с небольшими вставками цветных металлов, неплохо декорированных, а справа так же тянулись бесконечные французские окна. Они были зарешечены деревянными рамами, разрезая стекло по ячейкам. Сквозь него пробивался свет, но тепло не проникало. Мы максимально отгораживались от всего того, что находилось снаружи.

Лучи, встречая на пути преграду в виде плотного дерева, резко обрывались. Из-за этого на полу разместилось множество теней, от которых слегка рябило в глазах. Холодный каменный пол, покрытый голубо-металлической краской, переливался. Но создавалась безумно отчужденная и не особо приветливая атмосфера. Как будто все пропитано жесткой дисциплиной. Если бы не небесно-лазурные занавески, подвязанные толстыми сиреневыми канатами, эта обстановка вызывала бы только раздраженность. А так хоть какой-то намек на уют.

Я бесшумно шагал в самый конец коридора, который, казалось, никогда не наступит. Эта однообразность, безумно высокие и широкие окна лишь усугубляли настроение. Я не настаиваю на плюшевых игрушках, но обустроить же как-то могли.

В самом конце этого светлого туннеля показалась широкая лестница. Как в замке, ей богу. Не хватает только огроменных люстр со свечами, лакеев через каждые десять метров, классической музыки и среди всего этого великолепия величественно шествующих Теней в рюшечках, воротничках, плащах, шляпах с метровым пером и лосинах по грудь. А на ногах туфли на каблучках.

Красная ковровая дорожка нежно прикрывала мраморный пол от шагов. Резаные перила с завитыми концами из темного дерева. Хотя сомневаюсь, что это дерево. Скорее всего, заменитель.

Обстановка тут же сменилась, как только я спустился на первый этаж.

Мрачно. Огромная входная дверь, а по бокам все те же окна. Под лестницей с разных сторон находилось две двери. Я пошел в одну из них.

Здесь снова менялась обстановка. В нос ударил запах лекарств и вместе с ним теплый ветер, исходивший из лаборатории. Сразу ощутил, как я замерз. На первом этаже всегда было холодно. Еще и камень повсюду.

Пройдя по небольшому проходу, тихо прошмыгнул за привычную дверь.

Джанет сидела за микроскопом и что-то записывала, все время крутясь на стуле. Ножки на высоких каблучках все время ерзали, затекая.

– Привет, Кира, – надо же, услышала, хотя я тихо вошел.

– Привет, – улыбнулся слегка виновато – Как Нико?

– А ты сам пойди и посмотри, – однотонно произнесла она, не отрываясь от микроскопа.

Как я любил эту девушку за манеру говорить! Сколько эмоций! Серьезно, без сарказма говорю. Сразу уловил, что она очень волновалась за меня, радовалась. Всегда приятно осознавать, что кому-то ты все еще нужен. Но она так скупа на слова. Только к вечеру обычно удается разговорить нашу тетю доктора. Или если дело касалось непосредственно ее работы, то всегда, пожалуйста! Кстати, знания о медицине у меня именно от нее.

Я пошел в специальную комнату. Она была единственной, так что заблудиться просто не представлялось возможным. Проявив максимально много вежливости, постучал в дверь. Не дожидаясь ответа, вошел.

Комната была довольно просторной. Рассчитана на двадцать человек. По кроватям вычислил. Легкий запах все тех же успокаивающих цветов. Сразу напряжение пропадает. Кровати большие с мягкими гибкими матрасами. Кружевные толстые покрывала мирно лежали на ложах. Шкафы с книгами, столы, кресла, тумбочки. Жить можно! Тем более в компании с таким великолепным человеком, как Джанет.

Нико лежал на одной из многочисленных кроватях. Веки слегка опущены, чуть дергались. Реснички мило обрамляли глаза, кидая небольшие тени на щечки, смягчая и без того мягкие черты его мордашки. Спокойное тихое дыхание. Грудь поднималась и опускалась, поднималась и опускалась. Руки сложены вдоль тела. Вернее, рука. Вторая согнута в локте и перевязана.

Все датчики и измерительные приборы доктор уже убрала. Казалось, что он просто спал, если бы не бинты и помятый вид. Теплое пуховое одеяло грело тело.

Пройдясь по комнате, сел на кресло. Поставил руки на колени, скрестив пальцы, и спрятал в них губы.

– Я не думал, что ты придешь сегодня, – еле слышно сказал он. Чуть севший голос после серьезной борьбы за жизнь.

– Только проснулся? – я убрал руки и откинулся на спинку. Что-то внутри сломалось, и мне стало спокойнее и просто легче.

– Нет. Я уже давно не сплю, – он повернул голову, и маленькие щелочки устало посмотрели на меня.

– Как себя чувствуешь?

– Я в порядке.

– Оно и видно, – саркастически согласился я – Хотя еще суток не прошло. Ты неплохо выглядишь для своего состояния, – тут же успокоил, глядя на недоуменное лицо.

– Спасибо, – доброжелательно фыркнул он. Улыбнулся всего одним уголком губ, так что, в принципе, сложно назвать ЭТО улыбкой.

– Когда тебе станет легче, перетащу тебя к тебе в комнату.

– Я не мешок картошки, чтоб меня куда-то перетаскивать. Сам прекрасно дойду без твоих соплей.

– Прошу прощения. Конечно же ты не мешок! Я возьму тебя под белы рученьки и провожу до твоих покоев. Не спорь. Это не из-за тебя. Просто Джанет с меня с живого не слезет, если не помогу.

– Все так же продолжаешь издеваться? И откуда ж силы у тебя берутся?

– А мне для этого сил не надо, – состроил я ангельское выражение лица.

– Сам доберусь, – кривясь от моего неестественного вида, отбрехнулся больной.

– Ты, кстати, такой легкий. Я думал, что нести тебя будет куда тяжелее, – вспомнил я тело на вес пушинки.

– Это комплимент? – недоверчиво спросил он, щурясь.

– Нет.

– Больно надо.

Сколько благодарности за пару часов моего бодрствования! Эдем все же существует!