Чтение онлайн

Мои глаза расширились. Toд был Жнецом. Тем не менее, он помогал другим руководить душой Софи.

Глаза Мардж затмила темная ярость, и она повернулась к Софи, явно намеренная забрать ее, прежде чем потеряет свой шанс.

И вот тогда мой голос умер.

— Нет!— Прохрипела я , но не вышло ни звука .

Но не успел мой крик раствориться в воздухе, как настоящие звуки стремительно вернулись ко мне, как будто мои ушиоткупорились с изменением давления. И первым делом, что я услышала, была самая красивая музыка, которую я когда-либо слышала в своей жизни.

Мама Нэша пела для Софи.

Четверо мужчин тащили душу моей кузины, поддерживаемые песней Гармони. Но Мардж тянулаее на себя. Душа Софии начала снова подниматься, и на этот раз Жнец распространила руки , притягивая ее.

— Мардж, пожалуйста!— кричала тетя Вэл.— Возьми меня. Моя душа может не молодая, но сильная, ты не можешь забрать Софи !

— Вы не сможете спасти ее...— за пела Мардж, и, оглядываясь вокруг, я увидела, что она права. С четырьмя душами в резерве, она была слишком сильна даже для четырех мужских Баньши. Иронично, учитывая, какой маленькой и хрупкой она казалась...

Подождите. Она была хрупкой. Мой папа сказал,что Ж нец принимает физическую форму, чтобы взаимодействовать с окружающей средой. Это означало, чтоу Мардж были те же физические недостатки. Мойотец ударил Жнеца...

Моя голова кружилась, горло пульсировало,но я побежала на кухню. Я взглянула на стойку для ножей, затем покачала головой. Я не знала смогу ли остановить ее одним ударом.

Но я смогу выбить из нее дерьмо.

Я распахнула шкаф под духовкой и вырыла старую чугунную сковороду дяди Брендона , которуюон использовал для зернового хлеба, а затем побежала через столовую. Я проскочила мимо Нэша, Гармони и Тода, и ужеприготовила сковороду для удара, когда я приблизилась к отцу.

Мардж, наверное, слышала, что я приближаюсь, или увидела это в лице моей тети, потому что в последнюю минуту она повернулась.Сковорода ударила ее в плечо, а непо голове, так что вместо того, чтобы отключить ее, я просто сбила с ног.

Но она тяжело упала. Ее бедра хлопнулись на пол с глухим стуком, качнув столик, стоящий в двух шагах.

Я не смогла сдержать улыбку триумфа, даже когда больот удара охватила руку, выбив сковороду .

На мгновение Жнец ошеломленно лежала, глянцевые черные волны струились вокруг головы, руки растопырены по бокам. Краем взгляда я видела как душа Софи плавно опускаетсяв ее тело. Потом тетя Вэл выпустила крик ярости и бросилась на пол. Я никогда не видела ее менее изящной— и я никогда еще не восхищалась ее больше чем сейчас.

Она приземлилась на стройные бедра Мардж, руки обхватили плечи Жнеца. Ее глаза были дикими, волосы торчали дыбом. Она была охвачена сумасшествием, и я не сомневалась, что если она еще не сошла с ума, то в ближайшее время это произойдет.

— Ты не заберешь мою дочь! — Закричала она, в нескольких дюймах от лица Жнеца. — Ты либо берешь меня, или возвращаешься одна!

Мардж губы скривились в ярости, а я медленно двигалась вперед, все еще удерживая сковороду обеими руками. Она взглянула на душу Софи, и ее темные глаза сверкнули в ярости, обнаружив, что она ушла, что Софи дышит, хотя все еще без сознания.

Мардж уставилась на мою тетю, ужас промелькнул на ее лице .Кто бы ни был этотБельфегор, Мардж явно не хотела разочаровывать его.Жнец думала менее секунды, потом кивнула.

— Ваша душа не выполняет сделку, которую Вызаключили, но она за платит за высокомерие и тщеславие.— И тетя Вэл упала на Жнеца, ее глаза были пусты.

Тело тети Вэл ударилось об ковер, потому что Мардж исчезла.

Я моргнула, в шокеглядя на тетю, и осторожно опустилась на пол, чтобы не упасть.

— Кейли, ты в порядке? — Пальцы Нэша схватили мою левую руку, напомнив мне, что я все еще сжимаю чугунную сковородку правой рукой. Пораженная тем,когда все было кончено, что я сделала, я бросила сковороду на расстоянии вытянутой руки, и она с глухим стукому пала на ковер.

— Я в порядке, — прохрипела я. — Принимая во внимание что произошло.

Дядя Брендонпро топал мимо меняи встал на коленирядом с Софи. Он прощупал ее пульс и выдохнул с облегчением, затем проверил рану на голове, где она ударилась обугол стола . Потом поднял ее на руки и положил на кушетку, не обращая внимания на кровь , размазавшуюся по белому шелку.

У тети Вэл случился бы припадокиз-за беспорядка. Но тетя Вэл была мертва.

Уверенный , что Софи в безопасности, ее отец упал на пол рядом с женой и повторил те же шаги. Но на этот раз, не было вздоха облегчения. Вместо этого, мой дядя стремглавбросился обратно в сторону кушетки, его волосы укрыли руку Софи. Затем он оперся локтямив колени и прижал руки к голове.В се его тело тряслосьот тихих слез.

— Брендон? — сказал мой отец, положив теплую руку мне на спину.

— Как она могла это сделать?— потребовал брат, глядя на нас покрасневшими глазами.— О чем она думала?

— Я не знаю. — Мой папа отпустил меня , чтобыопуститься на коленирядом со своим братом.

— Это моя вина. Жизньв нами слишком сложна для людей. Я должен был знать лучше.— Дядя Брендон рыдал, проводя рукавомпо лицу.— Она не хотела стареть без меня.

— Это не твоя вина,— настаивал папа, сжимая плечо брата. — Это не то, чтобы она не хотела стареть без тебя, Брен. Она не хотела стареть вовсе.

Моя тетя Валери заключил сделку с демоном, и это стоило четырем невинным девушкам жизни. Она лгалавс ем нам, и чуть было не убила собственную дочь. И она взорваладыру размером с ядерный кратер в ядре нашей семьи.

Но когда пришло время, она отдала свою жизнь в обмен нажизнь дочери, не задумываясь, как настоящая мать. Разве этоне прощает ее грехи?

Я хотела сказать да— самоотверженная жертва матери была достаточно хорошим поступком, чтобы стереть ее прошлые грехи. Но на самом деле все не так просто.

Смерть моей тети не вернет Хайди, или Элисон, или Мередит, или Джулию. Это не восстановит причиненный Софи психологический ущерб. Это не вернет дяде Брендону его жену.

Правда в том, что жертвы тети Вэл было слишком мало, слишком поздно, и она оставила тех, кого любила больше всего , расхлебывать последствия.

— Вот , Кейли. Это поможет твоему горлу.— Гармони Хадсон поставила небольшую чашку чая с медом на столе передо мной, и я наклонилась над ней, вдыхая ароматный пар. Она начала возвращаться на кухню, откуда исходил запах домашних пирожных— ее любимая форма терапии— но я положила одну руку на ее руку.