Отрава
Шрифт:
– Доктор Элсворт?
– Детектив Карелла? Проходите, пожалуйста.
Карелла прошел за ним в гостиную, где самым неожиданным образом сочетались модерн и старина. Резной английской работы буфет стоял напротив секционных кожаных диванов. Над диванами висела абстрактная картина в ярко-красных тонах. На противоположной стороне находилось полотно, сделанное в манере Рембрандта. Два современных кожаных черных кресла соседствовали с викторианским стулом с прямой спинкой, обитым шикарной зеленой парчой.
– Сожалею, что вам пришлось ловить меня по всему городу; – извинился Элсворт. – Среда мой выходной день.
Карелла подумал, что не дай Бог, если зуб заболит в среду. Почему-то почти все стоматологи этого города предпочитали по средам не работать.
– Ничего страшного, – сказал он. – Ваш домашний телефон был указан прямо под номером кабинета.
– Ну все же, – Элсворт виновато улыбнулся. – Не хотите ли кофе?
– Нет, спасибо, – отказался Карелла.
– Итак, – начал Элсворт. – Вы пришли из-за Джерри МакКеннона?
– Да.
– И что вы хотите узнать?
– Судя по записям в его еженедельнике, он был у вас восьмого марта...
– Да?..
–...в семь.
– Угу.
–...а потом еще раз пятнадцатого, в то же время...
– Угу.
–...и должен был прийти к вам в прошлую субботу двадцать девятого... но, разумеется, так и не пришел.
Элсворт тяжело вздохнул и печально покачал головой.
– Он приходил восьмого и пятнадцатого марта?
– Да, по-моему. У меня нет при себе книги регистрации, но...
– Он обычно всегда приходил, если записывался на прием?
– Да, всегда.
– МакКеннон давно у вас лечился?
– С января.
– Что он был за человек?
– Я знал его лишь с одной стороны.
– Понимаю.
– Но он всегда казался очень приятным и общительным человеком. Вы понимаете, что многие из тех, кто приходит к зубному врачу, ожидают всяких гадостей. Боюсь, что стоматологи не пользуются всенародной любовью. А когда шел «Марафонец» – вы смотрели этот фильм?
– Нет, – ответил Карелла.
– Так вот там Лоренс Оливье, играющий бывшего нациста, ужас что проделывает над зубами Дастина Хофмана. Я решил, что ко мне уже не заманишь ни одного пациента. А совсем недавно... вы не смотрели «Компрометирующие ситуации»? А может быть, читали книгу?
– Нет, к сожалению.
– Это об одном распутнике-стоматологе, которого потом убивают. Вы даже не представляете, сколько насмешек я после этого наслушался! Даже от своей собственной жены! «Ах, ты опять мчишься на работу, лапочка?» Намекает, что если у женщины раскрыт рот... то... – он огорченно покачал головой. – В любом случае, мало кто считает зубных врачей... ну, скажем, приятными людьми. Вам нравится ваш зубной врач?
– Ну...
– Нет, конечно. Мы все – негодяи, – Элсворт снова покачал головой. – Хотя все, что мы пытаемся сделать... да ладно, хватит об этом. Я вовсе не собираюсь читать проповедь на тему «Стоматолог – это рыцарь без страха и упрека». Я лишь пытаюсь объяснить, что Джерри МакКеннон никогда не вел себя так, как будто в моем кабинете его собираются подвергать пыткам. И вообще, он мне обычно рассказывал ужасно смешные анекдоты. И между прочим, ни одного о зубных врачах.
– И много на свете анекдотов о зубных врачах? – поинтересовался Карелла, который не мог вспомнить ничего подобного.
– Ой, только не надо об этом, – поморщился Элсворт и заговорил серьезно: – Дело в том, что до недавнего времени... да... он всегда был веселым и общительным и спокойно чувствовал себя в моем кабинете.
– Вот вы только что сказали «до недавнего времени»...
– Да, дело в том... – Элсворт покачал головой. – Может быть, это из-за лечения. Я не знаю. Некоторые при словах «чистка канала» воображают, что врач собирается ковырять в их зубе канал вроде Панамского или Суэцкого. Но это довольно обычная процедура. Мы удаляем убитый нерв, прочищаем и пломбируем канал, а затем ставим коронку.
– И последние визиты к вам были связаны именно с этим? Обычная чистка и пломбирование канала?
– Да. Какие, вы сказали, числа? Я помню, что принимал его в феврале несколько раз...
– У меня есть данные только за март, – сказал Карелла.
– Где-то в начале месяца, так?
– Да, один из визитов приходился на восьмое.
– Да, где-то в это время. В феврале я удалил нерв, прочистил канал и заделал его. А в марте...
– Заделал?
– Запломбировал. Восьмого марта, очевидно, поставил ему временную коронку. А где-нибудь примерно через неделю...
– Да, пятнадцатого...
– У вас это число? Значит, так и есть. И тогда я снял слепок с зуба... гипсовый слепок, чтобы изготовить постоянную коронку... а потом снова надел временную. Я думал, что поставлю постоянную через несколько недель.
– Это было бы двадцать девятого...
– Да, очевидно.
– И он так и не пришел.
– Да.
Элсворт снова покачал головой.
– Знаете что... у меня было предчувствие, что может произойти что-то подобное...
– Что вы хотите сказать?
– О стоматологах нечасто говорят как о врачах, однако мы изучаем такие же науки, как и терапевты. Анатомию, биохимию, бактериологию, гистологию, фармакологию, патологию... мы все это изучаем. И если жизнерадостный по натуре человек неожиданно приходит, и у него такой... убитый вид... я начинаю подозревать, что существует какая-то психологическая проблема.
– То есть он казался подавленным, так?
– Да, и даже очень.
– У него была депрессия?
– Ну, это почти то же самое.