Чтение онлайн

– Брал…

– Ну и я… только добыча у нас с тобой разная. Ты - доспех, оружие, коня, одежду дорогую, если не сильно измарана. Однако ж и пальцы рубить приходилось, ради перстней. Что, не так?

– Так!

– Ну а мы - попроще. Вот одежонка теплая для детишек, значит, овечек резать не придется, и они нам ягняток принесут.

Разговор не завязывался. Илья поерзал, покосился на мешки, но потрошить их при пассажирах, видимо, постеснялся.

"Мерзко. Все понимаю: семью содержать надо, здоровьем Бог обидел, судьба предопределена и из колеи не вывернешься, но… мерзко. И мужик-то, Илья, вроде бы неплохой, не дурак и дело свое знает, но… на определенное место в иерархической структуре впаян намертво и вариантов, что-то принципиально изменить, не имеет. Может, от того и пьет? Сколько рукастых и неглупых мужиков вот так спились от безысходности и бесперспективности за тысячу с лишним лет существования Руси? Все войны, вместе взятые, наверно, таких потерь нам не нанесли.

А закинул бы меня Максим Леонидович вот в такую семью? Что бы делал? Вслед за отцом под начало урода Бурея пошел бы? Мародерствовал бы, тихо спивался, рожал бы таких же слабых и больных детей. Неужели не нашел бы выхода? Это даже интересно… поставим мысленный эксперимент. Допустим…".

– Михайла, слышь?

– А? Чего, Илья?

– Волокушу с сеном позади нас видишь? Ты ее запомни, а как приедешь в Ратное, под сено загляни, или попроси кого-нибудь. Там пес твой лежит, ты, наверно, похоронить захочешь…

– Илья!… Илья, спасибо тебе!

– Не на чем. Это, вон, ратники такими вещами пренебрегают, а мы - люди простые, обозники.

– Но, но! Мы убитых товарищей не бросаем!
– Возмутился Афоня.

– Своих - да. А чужих? Пес вас всех спас, сам говорил, а так и бросили бы на дороге! Не крути носом, бросили бы! А Илья, что ж? Илья и покойника обберет и собачку на волокушу пристроит. Ты увидел бы, так решил бы, что шкуру на шапку взять хочу, обозник же!

– Ничего бы я…

– Да, ладно!

– Илья, я совет тебе дать хотел, да отвлеклись… - Вспомнил Мишка.

– Ага! На покойников.

– Будет тебе, Илья. Отвлеклись и все. Ты послушай: когда в Кунье городище вернетесь, ты по домам не шарься, а иди прямо в жилище волхва.

– Да там уже смотрели!

– И много чего ценного нашли?

– Нет, я бы слыхал…

– Вот и я о том же. Простучи каждое бревно в стенах, можно еще и стропила, ищи по звуку пустоту. Волхву все время подношения делают, должно что-то быть. Потом потыкай чем-нибудь острым пол, особенно у стен и в углах. Но и середину не забудь, по всякому бывает. Если найдешь тайник, сразу руками не хватайся, палочкой зацепи или…

– Это я знаю!
– Перебил Мишку Илья.
– Если бы я все подряд руками хватал, меня бы и в живых уже не было!

– Тем лучше…

– Что лучше?

– Не бери в голову, присказка такая. Потом иди на капище, и потыкай землю возле идолов…

– Не, не пойду - боязно.

– Ты же христианин?

– Христианин, но, все равно… как-то… того… - Илья поежился, хотя было совсем не холодно, мартовское солнышко пригревало вполне ощутимо.

– Понятно.
– Кивнул Мишка.
– Есть надежное средство: выпростай крест из-под одежды, чтобы снаружи висел, и читай молитвы не переставая. Как молитва кончится, трижды осеняешь себя крестным знамением и начинаешь новую молитву. Ни одна нечисть и близко не подойдет, а идолы тебя вообще не заметят. Средство проверенное, помнишь летом я колдунье попался?

– Болтали что-то…

– Вот, только тем и спасся, отец Михаил научил.

– Верно, Илья.
– Подтвердил Афоня.
– Я тоже слышал: крестом и молитвой любую нечисто отогнать можно!

"Наивные вы, ребята, как избиратели на думских выборах, даже неудобно, как-то. А что делать? Должен же я тебя хоть как-то за Чифа отблагодарить? Чиф, мальчик мой… Господи, если бы его оживить можно было! Никогда больше его на привязи не оставил бы, куда б не собрался. Каждый день с ним разговаривал бы, он это любит…".

– Гм… Михайла, а креста-то у меня и нет.
– Признался вдруг Илья.
– Веревочка сопрела, оборвалась, а новую завести… все никак руки не доходили…

– Возьми мой. Он - сильный, кипарисовый, с горы Афон, что в Святой Земле. Бери, бери, у меня дома другой есть, который во время крещения одели.

Афоня схватил Мишку за руку.

– Михайла! Ты что делаешь? Он же твоим крестным братом станет! Ты - внук сотника, а он…

– Пошел ты на хер, Афоня, Илья тело моего товарища с поля боя вынес…

Илья смущенно поддержал Афоню:

– Михайла, ты и правда, того…

– Слово сказано - Мишка надел цепочку на шею Илье.
– И дело сделано. Я - Лисовин!

"Что-то я часто это повторять начал, не доиграться бы".

– Спаси тебя Христос, Михайла Фролыч, чем и отдариваться-то…

– Ничем, ты уже все сделал.

– Только я… это…

– Что?

– Я ни одной молитвы до конца не знаю.
– Илья смущенно потупился.
– Я вообще к наукам не способный, даже грамоте… Отец, покойник, порол, порол, а потом и говорит: "А на кой обознику грамота?" - и отступился.

– Ну, это просто!
– Ободряюще заявил Мишка.
– Повторяй за мной: Отче наш, сущий на небесах, да святится имя Твое, да придет царствие Твое, да будет воля Твоя…

Проезжающие мимо всадники с удивлением таращились на троицу, ни с того, ни с сего, затеявшую молебен посреди дороги. С девятого или с десятого раза, Илья смог почти без запинки повторить несложный текст, и Мишка решил сделать перерыв.

– Все, пускай теперь в голове уляжется, а потом еще повторим и будет от зубов отскакивать. Когда молишься, думать не нужно, молитва не от ума, а от души идти должна! Я устал, чего-то, полежу.

– Полежи, полежи. Давай-ка, я тебя поудобнее устрою. Афоня! Да подвинься ты, расселся тут, жопа шире саней! Лежи, парень, отдыхай.

"А правда, перевели бы Писание в стихотворной форме, насколько легче запоминалось бы. О чем-то я таком важном думал… Хорошие мужики спиваются. Нет, не то. Ага! Клан. Дед создает многочисленную группу, повязанную родственными связями. Каждому человеку в ней есть свое место и люди, имеющие хоть какие-то таланты или способности, получают возможность их развивать. Этому способствует весь клан, потому, что успех одного члена клана - успех всех. В то же время, почти исключено предательство, дурные наклонности пресекаются, а любая внешняя опасность встречает дружный и организованный отпор. Если кто-то из членов клана попадает в беду, он всегда может рассчитывать на помощь всех остальных.