Чтение онлайн

– Если точно размеры и балансировку соблюсти, то - нет, за огонь рукой не схватимся.

– Представь себе: мои ребята закрывают ставни и двери, в амбаре становится темно и тут вы начинаете играть с факелами. Делаете все то же самое, что и с кинжалами, но выглядит это в темноте совсем иначе. Времени займете вдвое больше. Дай-ка один кинжал вон тому парню, он факелы сделает как надо. Митюха, слыхал, что я сказал?

– Давай, сделаю, - отозвался один из членов экипажа - только масла где взять?

– Вот, хозяин, первая забота тебе: масло для факелов.

– Будет масло.
– Встрепенулся Никифор.
– Сенька, запоминай: чего надо или записывай для верности. Сегодня же чтоб было!

– Слушаю, Никифор Палыч!
– Тут же отозвался старший Никифоров приказчик, тоже слушавший разговор разинув рот.

– Еще одно: ножи вы метали здорово, но в неподвижную мишень, а в летящий кругляш попадете?

– Попадем… наверно… Попробовать надо.

– Прямо сейчас и попробуем. Митяй, отпили-ка вон от того бревна кругляш пальца в два! Иди за конем, Михайла, давай, давай, не тяни - дел много!

Мишка оторвал Рыжуху от увлекательного процесса поглощения овса, снова взнуздал, оседлал и привел в амбар. Пока он возился Митяй отпили не один, а целых три кругляша, а Ходок уже вовсю объяснял Никифору, как сделать ступенчатый помост для лавок, чтобы задние ряды были выше передних.

– Давай-ка, Михайла, я вот здесь встану и буду их вверх подкидывать, а ты попробуй попасть. Сначала с места, потом на скаку попробуешь. Так - не далеко будет, докинешь?

Мишка попробовал, оказалось - ничего особо сложного. На скаку - тоже. Ходок заставил попробовать Кузьму с Демьяном - получилось не хуже. Недаром Немой заставлял ребят метать кинжалы в нарисованный на стене сарая кружок, размером с ладонь - уроки пошли на пользу.

– Слушай, Ходок! У нас же еще самострелы есть!
– Вспомнил Мишка.
– Давай попробуем в кругляши из них стрелять. Только тогда каждый раз новые делать придется, болты их раскалывать будут.

– А так еще и лучше, - обрадовался кормщик - зрители любят, когда что-то ломается, раскалывается. А свечи гасить из самострелов сможете?

– На скаку не сможем - не прицелиться.

– А с земли?

– Сможем, вернее, я смогу, а Кузька с Демкой - не знаю. Они недавно учиться начали.

– Значит, будешь один. Как с факелами отыграете, так мы ставни отворим, а вы за самострелы возьметесь. Сначала втроем по кругляшам постреляете, потом тебе свечи вынесут. Штуки три или пять? Нет, пять долго: пока заряжать будешь, зрители за пять раз заскучают.

– Погоди, Ходок… Слушай, а как тебя на самом деле зовут?

– Зови Ходоком, так чего ты хотел сказать?

– А нельзя ли какой-нибудь столик сделать, чтобы он крутился? Поставим на него свечи и, если не очень быстро крутить, то я попаду, а крутящийся огонь завораживает, скучно не будет. Понимаешь, первые два выстрела - еще не скучно, а потом на столике остается три горящих свечи, две, потом одна и все на нее смотрят и ждут, а она крутится. Можно еще время потянуть, крикнуть чтобы столик подкрутили.

– О! Молодец, в самую точку! А нельзя, чтобы ты из разных самострелов стрелял, пока из двух выстрелишь, тебе третий зарядят.

– Не знаю, мы каждый к своему самострелу приспособились, опять же, попробовать надо.

– Пробуй, столик, все равно, до завтра не сделать.

Никифор словно обрадовавшись, что тоже может поучаствовать в приготовлениях к представлению, опять окликнул приказчика:

– Сенька, насчет столика понял? Сегодня же чтоб был!

– Слушаю, Никифор Палыч! Только не успеть сегодня.

–Тогда пускай ночью работают, но чтобы к утру…

Мишка не стал слушать, чем закончится разговор Никифора с приказчиком, потому, что его посетила еще одна идея.

– Ходок, а я еще и на звук стрелять могу.

– Да ты что? И молчит! Да мы такую показуху устроим! Вот это уже настоящий циркус будет. А ты точно можешь или только думаешь, что можешь?

– Может, может!
– Кузька, наконец-то, нашел повод встрять в разговор.
– Может, мы все видели, только бубенчик маленький надо - мы свои в Ратном оставили.

– Бубенчик найдется, но пока сам не увижу - не поверю, где у вас самострелы?

– Дома оставили.

– В Ратном?

– Да нет, у дядьки Никифора!

Ходок обернулся к Никифору.

– Хозяин, послать бы кого…

– Ха! За дурня меня держишь? Послано уже! Сейчас принесут.

– Да ладно тебе, хозяин, я вот тоже кое-кого кое-зачем послал.

– Это за чем же?

– А за музыкой!
– Ходок хитро подмигнул.
– Когда все это под музыку будет, еще лучше получится, а в самых жутких местах музыка замолкнет и от этого еще страшнее выйдет. Вот увидишь!

– Так музыкантам платить надо будет.
– Недовольно пробурчал Никифор.
– Сколько еще запросят…

– Не скупись, хозяин - окупится. Я прикинул: если лавки расставить так, как мы обговорили, то человек шестьдесят поместится. Это же больше гривны выходит. Да еще об заклад биться будем, как сегодня. Договоримся с ребятами: когда надо падать, когда - нет, всегда в выигрыше останемся!

"Ну и жук! Да он на всех этих пари возьмет в десять раз больше входной платы! Наверняка не сам об заклад биться будет, а подставных людей найдет, чтобы рожу не запомнили. Мошенничество чистой воды, но… в рамках его философии: "зритель сам приходит, чтобы его обманули". Шоу-бизнес, туды его. Вообще-то, помнится, в цирке мороженым торговали и прочими вкусностями…".

– Дядя Никифор, а можно еще перед началом и в перерывах торговлю устраивать. Орешками, квасом, сбитнем, может еще чем-то.

– Ха! Найдем чем! Сенька!

– Найдем, хозяин!

Ходок снова скорчил хитрую рожу и гаркнул:

– Р-роська!
– И обернувшись к Никифору с Мишкой, пообещал: - А теперь я вам кое-что покажу.

Из-за груды канатов, парусов и другого судового имущества выскочил худенький паренек лет двенадцати.

– Тута я!

– Тащи шест!

Да, это был настоящий цирк, пацан работал на шесте не хуже тех артистов, которых Мишка видел еще в ТОЙ жизни. Видимо Ходок сам в прошлом выступал именно с этим номером и обучил ему Роську. Зачем? Кто знает? Может быть, со скуки, может быть думал, что когда-то снова придется вернуться к циркачеству.