Отрок (Части 1-6)
Шрифт:
– Деда, пойду я.
– Ступай, внучок, незачем тебе на это непотребство глядеть. Иди, погуляй, может еще кого в переулочке зарежешь…
– Вспомнил!!!– возопил вдруг Никифор.
– Кхе! Эк, тебя разбирает! Чего вспомнил-то?
– Возьми моего Петьку в воинское учение!
– Чего?
– Челом бью и в ноги…
– Молчать!
– Сирых и убогих, батюшка…
– Молчать, я сказал! Михайла, понял, чего он хочет?
– Петьку к нам в воинское учение отдать.
– А зачем?
– Не сказал.
– А сам, как думаешь?
– Так третий же день квасит, он сейчас еще и не такое расскажет!
– Верно! Что у трезвого - на уме, то у пьяного - на языке. На третий день даже он правду сказать может.
– Ох и мудр ты, Корней Агеич, - встрял заплетающимся языком Никифор - а внук у тебя… Ты кого ему зарезать велел? Если вам все равно, кого, то я подсказать могу, есть тут один, ну такая сволочь! Или тебе обязательно по трое надо? Тогда еще и соседа его, который справа… или слева? А-а, давай обоих, как раз трое и получится!
– Может тебе весь Туров вырезать?– Кровожадно осведомился дед.
– Не, - Никифор протестующе замахал обеими руками - весь не надо. Особенно… это… Тут недалеко такая вдовушка живет… Вот ее - ни в коем разе… Ха! Корней Агеич!– Никифор, что-то вспомнив, шлепнул себя ладонью по лубу.– А чего это мы все дома сидим? Пойдем, я тебя в такое место сведу, век не забудешь! Вот только выпьем, Петьку в Ратное отправим, и пойдем!
– Так! Андрюха, если дело до вдовушек дошло… Андрюха! Слышишь меня? Андрюха! Спит, ядрена Матрена… Ну что за времена настали, за чаркой посидеть не с кем. Куда все катится?
Дед горестно вздохнул и, подперев щеку кулаком, устремил полный скорби взгляд куда-то в пространство.
– Деда, пойду я.
– Иди, внучок, чего тебе здесь сидеть? Расспроси там, чего Никифор про Петьку толковал? Может Петруха сам знает? И это… Чего ж я хотел-то? А! Смотри и правда не зарежь кого-нибудь, третий день ведь пьем.
У дверей горницы маялся Петр.
– Ну, что? Согласились?
– Ты о чем?
– А что, отец так ничего и не сказал?
– Да сказал-то он много чего, только они же уже третий день гуляют. Сам понимаешь…
Петька помрачнел и повернулся уходить.
– Петруха, погоди. Там в разговоре мелькнуло: вроде бы, отец тебя в Ратное отправить. Ты про это спрашивал?
– Так чего ж ты дураком прикидываешься?
– Да не прикидываюсь я! Что ты сразу… Я ж говорю: только мелькнуло, а потом разговор в сторону ушел. Ты давай-ка мне все обскажи, а я к деду подкачусь. Он сейчас добрый.
– А чего обсказывать-то? Отец хочет, чтобы я у деда Корнея воинское обучение прошел. Вот и все.
– А сам?
– Чего - сам?
– Сам-то хочешь?
– Еще как!
– Смотри, это дело долгое и не простое.– Мишке даже самому стало противно от собственного ханжески-наставнического тона, но Петька не обратил на это ни малейшего внимания.
– Ты же сказал, что я достоин!
– Верно, и от слов своих не отказываюсь. Только ты пойми: любое серьезное дело надо начинать с того, чтобы ясно понимать: зачем ты его делаешь, какой результат хочешь получить? Если ты только скакать, да стрелять, как мы…
– Де нет же! Отец и правда все всерьез… ну и я - тоже. Понимаешь, по дорогам опасно стало ездить. То есть, и раньше опасно было, а сейчас и совсем. Приходится охрану нанимать, а она дорого стоит и ненадежно это все. Тут слух недавно прошел, что одного купца своя же охрана ограбила и убила. На ладьях у нас Ходок командует, он с отцом в доле, ему предавать нас невыгодно, но и по суше ходить ведь тоже надо. Вот отец и хочет, чтобы Пашка торговыми делами занимался, а я воинскими. Свой-то человек - всегда надежнее нанятого.
– Теперь понятно, значит, отец твой это не по пьянке решил, а давно обдумывает?
– Не знаю. Но обещал, если дед Корней согласится меня в "Младшую стражу" взять, мне всю воинскую справу, как у вас, сделать.
"Пятый стрелок… Это, конечно, неплохо, только он, ведь, приедет и уедет… Но мы же под это дело настоящий учебный центр организовать сможем! С таким-то спонсором…Надо только деду эту идею продать, как-то поаккуратнее".
– Я сейчас прямо с дедом переговорю.– Мишка развернулся к дверям трапезной.– Жди здесь!
В "банкетном зале" веселье было в разгаре: Немой дрых, привалившись к стене, дед сидел, задумчиво подперев щеку кулаком, а Никифор, в залитой вином рубахе, что-то эмоционально, но совершенно неразборчиво рассказывал, правда, обращаясь не к деду, а к стоящему посреди стола кувшину.
– А-а, Михайла!– Приветствовал внука дед.– Что, угорское понравилось!
– Я, деда, Петруху расспросил, как ты велел.
– Ну, и как она?
– Кто - она?
– Вдовушка.
– Да я не про вдовушку, а про Петьку! Дядька Никифор хочет его тебе в обучение отдать, чтобы он потом мог охраной командовать.
– Кто?– Не понял дед.
– Петька!
– А вдовушка?
– А вдовушка нам будет платочком махать, когда домой поедем. Согласен?
– А как же? Только нам еще на торг надо - купить кое-что…
– А если на торг, то с ясной головой идти нужно, значит спать ложись - ночь на дворе!
– Уже?– Дед удивленно оглянулся на окошко.– А почему светло?
– Деда, ты глянь: Андрей уже спит.
– Никеша!– Дед потряс зятя за плечо.– Давай - еще по одной и спать.