Ожерелье Атона
Шрифт:
– Какой красивый у вас мальчик.
Мама с гордостью улыбается, глаза окружающих останавливаются на его лице, и от этого как-то неуютно. Чужие взгляды выпивают, разрывают на клочки, изучают, запоминают, уносят…
Сколько себя помнил, Игорь Полуянов постоянно находился в центре внимания. И всегда получал то, что хотел. Машинку и велосипед соседского мальчишки, тетрадку с домашним заданием одноклассницы. Учителя, как сговорившись, ставили оценки намного выше реальных знаний.
Почему? Наверное, все из-за них, неправильных, вычурных черт лица.
Голубые глаза под тенью длинных ресниц, нос с горбинкой, пухлые большие губы, бледная матовая кожа. Длинное, худое, нескладное тело. Все то, что есть у многих, сложилось в нем сокрушительной притягательностью, причин которой он не понимал совершенно. И не желал понимать. Да и некогда было об этом думать. Все время прятался от локаторов обожающих взглядов.
– Молодой человек, не хотите ли посотрудничать с нашим модельным агентством?
Часто задаваемый вопрос. Игорь отнекивался. Ну что это за занятие для парня? Скорее прочь от рекрутов, в университетские аудитории или на работу, в пропахшую сыром шумную пиццерию.
Президент модельного агентства «Stars» Наталья Макеева взяла его измором. Рыжая, гибкая, стремительная женщина, она была везде и всюду. Поджидала возле университета, распивала чай с родителями Игоря. Даже сидела в недорогой пиццерии, где подрабатывал Полуянов, как орхидея среди поля колхозной свеклы. И убеждала, доказывала, объясняла…
«Сейчас достанет блокнот и запишет телефон, – расслабленно думал Игорь, наблюдая за грациозными движениями кошечки, с которой он познакомился на танцполе. Девушка с радостью согласилась покинуть дискотеку для более приятного времяпровождения. – Они всегда оставляют телефоны, по которым я никогда не звоню…»
В ее руках появилась визитка распроклятого агентства Натальи.
– Подумай над ее предложением, – сказала кошечка, втискивая худенькие бедра в короткую юбку. – Подумай обязательно.
Тогда Игорь понял: надо срочно что-то делать. Еще немного – и он будет бояться зайти в туалет, опасаясь встретить там рыжую наглую стерву, вещающую с унитаза хрипловатым голосом: «Приходи к нам на кастинг…»
Драные джинсы, кеды, щетина, слипшиеся пряди немытых волос. Да, а еще несвежая рубашка. Он готовился к экзекуции как мог. Специально опоздал на полчаса, по подиуму уже бродила стая крепеньких, как боровички, ребят, и Игорь впервые порадовался тому, что никогда в жизни ему не приходила странная мысль таскать гантели.
Наблюдавшая сие действо Наталья о чем-то лопотала с похожими на манекены женщинами. К их губам намертво прикипели фальшивые улыбки. До Игоря донеслась английская речь, потом женщины обернулись, перекинулись парой фраз и…
– Спасибо, кастинг окончен, – торжествующе отчеканила рыжая фурия. – В рекламе будет сниматься вот этот молодой человек.
Боровички посыпались с подиума к рядам стульев, разочарованно загалдели, стали одеваться.
Игорь в отчаянии замотал головой:
– Наталья, какая реклама? Не хочу. Ну что это такое, а?.. Я не буду. Не согласен!
Она что-то написала на листке бумаги и протянула его Игорю.
– Это сумма твоего гонорара. Только твоего, я специально отказываюсь от своих процентов, рассчитывая на дальнейшее сотрудничество. Видишь, сколько можно получить всего за два дня работы.
Количество нулей впечатлило.
Хлеб модели горек. Женская красота – тяжелый труд, тюремный режим, никаких радостей, одни ограничения.
Но если от тебя ничего не требуется. Если даже небритую физиономию готовы снимать на фоне флакона туалетной воды и платить за это хорошие деньги. Если тебя все равно разглядывают везде, где бы ни появился. То почему бы этим, в конце концов, не воспользоваться?! Тем более когда так достают, все что угодно сделаешь, лишь бы отвязались…
За дипломом об окончании университета сбегала сестра. Игорь в это время был на Неделе высокой моды в Милане.
Картина дальнейшей жизни в общих чертах вырисовывалась ясной и безоблачной. Еще пару лет съемок для ненавистного «глянца». А потом в числе многочисленных предложений от киношников наконец попадется нечто более любопытное, чем роль пожирателя женских сердец. В реальной жизни они так малоинтересны, сгорающие в огне его красоты женщины. И все до банальности похожи. Знают, наслышаны: Игорь Полуянов подружек меняет как перчатки, рядом с ним можно провести максимум неделю. И каждая думает: «Ну, это он так с другими, со мной все будет иначе». А иначе никогда не происходит. Неинтересно. Когда ты можешь сделать с девушкой все – ничего делать с ней не хочется, совершенно. Появляться на экране в амплуа героя-любовника – аналогично, тоже радости мало.
Если бы только предоставлялась возможность вернуться назад и все исправить. Не сеять вокруг себя боль. Жить просто, светло, не раня окружающих высокомерным холодом.
Но так не бывает. В прошлое не вернуться.
А настоящее со свистом изрезает бумеранг совершенных ошибок. С окровавленных обломков не видно будущего…
Трясина боли, сомкнувшаяся над головой Игоря Полуянова, казалась невыносимой.
Она… Живое воплощение безукоризненной красоты, совершенства линий, красок, грации.
Контракт на столе, ворчащая Наталья, ее кабинет – все куда-то исчезло. Только Она в дверном проеме. Светящаяся, чистая, непостижимая, желанная!
– Наша новая манекенщица, – прокомментировала появление девушки президент агентства. – Присаживайся, дорогая, мы с Игорем уже заканчиваем.
Кажется, он подписал бумаги. Что-то выпил в приемной, чай скорее всего. Может, даже проглотил таблетку по настоянию сердобольной Натальиной секретарши.
Бешеный стук сердца и одна мысль: увидеть Ее.
Как было страшно начинать с Ней разговор. Как странно, что Она быстро кивнула и добавила:
– Конечно, пойдемте выпьем кофе. Я недавно получила эту работу, мне есть о чем вас расспросить.
Ее лицо – наивысшее наслаждение. Слова утрачивают малейший смысл. Тает, расплывается в огне вожделения столик кофейни. Стакан с апельсиновым соком у Ее губ кажется грубым, ненужным, лишним.
Пауза затягивается, на божественном личике отражается скука, надо что-нибудь спросить.
– Вы перешли к нам из другого агентства? Откуда?