Чтение онлайн

— Тогда благослови вас Опонны, — произнес Грантл, отворачиваясь.

— Я полагаю, — сказал за спиной Бочелен, — что ваш хозяин будет настаивать, чтобы вы нас сопровождали.

— Он может настаивать на чем ему угодно, — ответил капитан. — Я не подряжался нырять в лужу грязи.

— Мы не собираемся мараться в грязи.

Грантл искоса поглядел на собеседника, скорчил кривую улыбку: — Это лишь образ, Бочелен. Извиняюсь, если дал повод неправильно меня понять. — Он снова повернулся и пошел по своим следам, потом остановился: — Вы хотели бы увидеть Отродье Луны, господа? — Он ткнул пальцем.

Слово нависшая черная туча, базальтовая крепость стояла точно на юге, заслоняя горизонт.

Сапоги зашуршали по рассыпанному гравию, и Грантл обнаружил, что окружен двумя людьми, внимательно изучающими далекую летающую гору.

— Трудно определить размер, — пробормотал Бочелен. — Как далеко она расположена?

— Думаю, около лиги, господа. Поверьте мне, это слишком близко, на мой вкус. Я ходил в ее тени в Даруджистане — хотя и недолго — и, верьте мне, это не очень приятное чувство.

— Воображаю. Что она здесь делает?

Грантл пожал плечами. — Будто бы движется на юго — восток…

— Отсюда и крен.

— Нет. Ее повредили над Крепью — магия Малазанской Империи.

— Впечатляющая сила, эти маги.

— Они умерли при этом. Во всяком случае, большинство. Так я слышал. Кроме того, хотя они старались повредить Отродье, его хозяин остался невредим. Если хотите попросить провертеть вам дырку в могильнике и потом быть уничтоженными хозяином этого 'впечатляющего' дома — вперед.

Корбал Броч наконец заговорил, тонким и высоким голосом: — Он чует нас, Бочелен?

Его компаньон наморщил лоб, не сводя взора с Отродья Луны, потом отрицательно качнул головой: — Я не определяю такой активности, направленной на нас, мой друг. Однако эта дискуссия может быть отложена на более удобный момент.

— Хорошо. Так ты не хочешь, чтобы я убил этого караванного охранника?

Грантл поспешно отступил назад, наполовину вытащив сабли: — Попробуй — пожалеешь! — прорычал он.

— Спокойно, капитан, — улыбнулся Бочелен. — Мой партнер человек простоватый…

— Простой как гадюка, вы имели в виду.

— Может быть. Тем не менее, уверяю вас, что вы в полной безопасности.

Сердитый Грантл направился вниз по склону. — Господин Керули, — прошептал он, — если вы видели произошедшее — а я думаю, видели — надеюсь, моя прибавка будет соответствующей ситуации. И, если мои советы для вас что-то значат, нам следует удалиться от этих двоих скорым шагом.

За мгновение до того, как кратер скрылся из поля зрения, Грантл увидел, что Бочелен и Корбал Броч повернулись спиной к нему — и Отродью Луны. Они заглянули в дыру и вскоре также начали спускаться с холма.

Вздохнув, он начал отыскивать обратный путь к лагерю, пошевелив плечами, чтобы сбросить охватившее тело напряжение.

Когда он достиг дороги, то снова поднял взгляд к Отродью Луны, сейчас почти неразличимому из-за расстояния. Эй ты там, лорд. Я надеюсь, ты уже уловил запах Бочелена и Броча, так что сделай с ними то же, что ты сотворил с Тираном — Джагутом… если считать, что ты к этому причастен. Превентивная медицина, так это называют коновалы. Молюсь, чтобы все мы однажды не пожалели об отсутствии у тебя интереса к ним…

Проходя по дороге, он бросил взгляд на фургон и увидел Эмансипора Риза, сидящего на крыше и гладящего рукой заботливо укрытую полой плаща кошку. Чесотка? Грантл подумал. Может и нет.

Громадный волк обошел вокруг тела, склонив и повернув голову, чтобы не упускать лежащего без сознания смертного из поля зрения единственного глаза.

Садок Хаоса редко принимал посетителей. Среди этих немногих наиболее редки были смертные. Волк провел среди здешних неистовых пейзажей неисчислимое, по его мерке, количество лет. Так давно одинок и заброшен… Его разум принял новые, продиктованные одиночеством формы; пути его мыслей выбрали по видимости произвольные направления. Мало кто смог бы распознать сознание и ум в зловещем блеске волчьего глаза; тем не менее они его не покинули.

Волк кружил, массивные мышцы вздувались под тускло-белым мехом. Голова склонена и повернута внутрь круга. Единственный глаз неотрывно смотрит на необычного гостя.

Эта яростная концентрация была весьма эффективна: волк мог бесконечно долгое время удерживать объект в поле своего внимания — случайное следствие сил, приобретенных зверем в садке.

Волк мало что помнил о мирах за пределами Хаоса. Он ничего не знал о смертных, поклонявшихся подобным ему словно богам. И все же некоторое знание пришло к нему, инстинкт, говоривший о… возможностях. О потенциалах. О вариантах, ныне, с появлением этого человека, ставших доступными для волка.

И все же тварь колебалась.

Тут был риск. Решение, прогрызавшее свой путь под толстой лобной костью, заставило зверя задрожать.

Его круги сузились, ближе, все ближе к лишенной сознания фигуре. Единственный глаз наконец взглянул человеку прямо в лицо.

Дар — тварь наконец-то поняла это — был подлинным. Чем же еще можно было объяснить увиденное им в лице человека? Зеркально отраженный дух, в мельчайших деталях. Такой возможностью нельзя пренебречь.

И все же волк колебался.

Пока перед очами памяти не всплыло одно старое воспоминание. Образ, замороженный, поблекший с течением времени.

Достаточный, чтобы сузить круг.

И наконец дело было сделано.

Его единственный видящий глаз мигнул, разглядел бледно-синее, лишенное облаков небо. Рубцовая ткань на месте второго глаза зудела от нестерпимого зуда, словно бы в ней копошились насекомые. Твердые выступы скалы врезались в плоть спины.

Он лежал неподвижно, стремясь припомнить, что же произошло. Видение, словно темный разрыв, открылось ему — он погружался в него, тонул. Конь, павший под ним; гудение тетивы. Чувство беспокойства, разделенное с компаньоном. Друг, скакавший с ним бок о бок. Капитан Паран.