Чтение онлайн

Двадцать с лишним лет Лилия Павловна Степанова проработала в пангодинских строительных ОРСах поваром, продавцом, завпроизводством столовой, заведующей магазина. Несколько лет назад "строительный" кризис региона сказался для Степановой и ее коллег закрытием практически всех соответствующих торговых точек, и она перешла бухгалтером-кассиром в объединенную муниципальную бухгалтерию.

...Теплый кабинет с компьютером ничем не напоминает горячую строительную трассу. Я предположил, что, видимо, работа стала более спокойной, на что Лилия Павловна отрицательно покачала головой и, оторвавшись от клавиатуры, уверенно сказала:

– Ну, что вы, везде работать нужно!..

ПО ВЕЛЕНИЮ СЕРДЦА

Евгений Иванович приехал в Пангоды летом 1978 года. Назначен главным механиком НПЖТ. Разумеется, не предполагал, что сразу станет участником исторического события. Именно он оказался в составе экипажа тепловоза, который тащил самый первый состав из Пангод на Новый Уренгой по только что построенной "железке". Строился новый город, именно для его строительных нужд предназначались десять цистерн с дизтопливом, которые пришлось везти... целую неделю. Ровно столько понадобилось жэдэ-десанту, чтобы преодолеть сто приполярных километров.

Впереди состава шел стройотряд: студенты выправляли поведенное вправо и влево полотно дороги, что было следствием "выбросов", результатом укладки дороги наспех, без надлежащей отсыпки. Начало июля, белые ночи - неделя превратилась в тягучий, бесконечный, обессиливающий трудовой день. Но хватило сил на несколько минут оглушительного "Ура!...", когда в тундровой дали, там где смыкались "кривые" рельсы, замаячило то, чему через несколько лет предстояло стать городом Новым Уренгоем.

"По велению сердца!" - без всякого пафоса, коротко объясняет причину своего приезда на Север начальник железнодорожной станции Пангоды Евгений Иванович Солдаткин. Значит, не все врали тогдашние календари, что касалось романтики, альтруизма - во многом устаревших нынче понятий.

СВЯЗИСТОВ НЕ ИСПУГАТЬ РАССТОЯНИЯМИ

Связистом Сергей Владимирович Иванов стал еще в армии, в погранвойсках. Там же начался его "север": приезжали как-то в часть вербовщики из "северной жемчужины" - города Надыма, агитировали будущих "дембелей" на северную одиссею. Для многих агитка таковой и осталось: у большинства настроение домой. У других просто не хватило настойчивости - ведь для того, чтобы поехать на "севера", нужно куда-то писать, получать какой-то вызов... Но что значит связь - воистину работников этой отрасли не испугать расстояниями! Сергей перед окончанием службы успешно дозвонился до надымских коллег, и из трубки, точнее из Надымского узла связи явилось желанное: "Приезжай!..."

Тогда, в 1979 году, в Пангодинском линейно-производственном управлении, на Головной компрессорной станции месторождения "Медвежье", куда Иванов был направлен на работу, действовал один телефон, который, естественно, был вечно занят... Но возможностей этого аппарата вполне хватило, чтобы познакомится со своей будущей женой. Вскоре родились дети.

В начале восьмидесятых, когда началось строительство газовой магистрали "Уренгой-Ужгород", Сергей Владимирович был назначен на ответственную работу, начальником узла связи Хасырейского ЛПУ. Это был знаменательный период не только для технологов (реализация, с участием иностранных фирм, "Проекта века" - Уренгойский газ пошел в центр страны и далее - за ее западные пределы), но и для связистов северного региона: начало мощного внедрения более совершенного импортного оборудования, многократно повышавшего возможности систем связи.

Опыт Хасырейской компрессорной станции пригодился, после этого пришлось курировать монтаж, наладку и начало эксплуатации узлов связи компрессорных станций - Ныдинской, Ямбургской, Пуровской. Пришлось полетать на вертолете...

Сейчас Сергей Владимирович трудится там же, где и начал свою северную биографию - в Пангодинском ЛПУ, начальником сетевого узла связи. Хозяйство увеличилось в несколько раз, усложнилось оборудование. Но Иванов, как и в молодости, так же оптимистичен и уверен в завтрашнем дне. Во всяком случае, в том, что в обозримом будущем с Севера он - никуда.

БАКЛАНЫ - ПАНГОДЫ - АНАГУРИЧИ

"Бакланы" - это один из микрорайонов Пангод, комплекс деревянных двухэтажек рядом с поселковой телевизионной станцией. Гостю здесь могут рассказать романтическую историю возникновения необычного названия. Мол, высадились сюда лет двадцать пять назад то ли топографы, то ли связисты и взгляду их открылся крутой зеленый берег, усыпанный большими непугливыми, величавыми птицами. И решили десантеры, что птицы эти не иначе как бакланы, и нашли они в своей карте соответствующую точку и дали ей имя...

– Знаком этот "легендарный" сюжет, - говорит ветеран поселкового телевидения Семен Савельевич Анагуричи, инженер радиорелейного цеха. Красиво, но птички здесь не при чем. "Бакланы" - это кодовое название военных полевых радиостанций тропосферной связи Р-408, которые были смонтированы здесь, на пустыре за поселком, в конце семидесятых. Благодаря им в Пангодах появилось первое телевидение. С этого времени и повелось: куда рыбачить, или за грибами, ходил?
– за "Бакланы" и т.п. Со временем пустырь застроился, появился микрорайон, придумывать название которому не было необходимости - оно уже существовало.

В 1979 году группу выпускников Тюменского училища связи, в полном составе, направили на объекты строящейся радиорелейной линии "Надым Пангоды-Новый Уренгой", распределили по станциям. Семену Анагуричи и его земляку, который был тоже, как и Семен, родом из Кутопьюгана, выпало работать на пангодинском участке.

До женитьбы Семен с коллегой жили там, где работали, - в помещении телецентра. К этому периоду относится и рождение одной из сугубо пангодинских присказок, которая до сих пор бытует среди ветеранов поселка, хотя сейчас уже немногие правильно расскажут о сути ее происхождения. Так вот. По случаю, когда на экранах телевизоров вдруг исчезало изображение и появлялось "молоко" (причины были, в основном, технические), жители в шутку говорили: "На бакланах ХАНТЫ спать легли".

В начале восьмидесятых, когда я слышал эту сентенцию, меня больше всего удивляло само сочетание названия одного из северных народов, которые, в моем представлении, в подавляющем своем большинстве до сих пор занимаются примитивным хозяйством, - и... телевидением, предполагающим функционирование сложных технологий и их высококвалифицированное обслуживание.

Каждое устойчивое словосочетание - это история, причем не только достижений, но и ошибок. О происхождении одного из таких, в данном случае "этнографического" заблуждения, я попытался узнать у коренного жителя Семена, задав ему вопрос: почему очень часто в надымском районе коренных жителей - а это в основном ненцы - называют хантами? Семен ответил: