Чтение онлайн

Славик немного разочарованно почесал затылок и начал:

– Я сегодня не дрался с пацанами, не выбегал без спроса в коридор. Эта... не принес в группу сигареты...

Из коридора донесся истошный крик поварихи:

– Спасите! Их же там током поубивает!..

... Струя кипятка ударила из ремонтируемой батареи, сантехник, ошпаренный, бросив инструмент, отскочил в ужасе в сторону, прижался к стене, повариха, мокрая, визжа, выскочила в коридор. Горячая вода била в электроплиту, из нее со скрежетом вылетали снопы электрических искр и шипя падали на пол, превратившийся в огромную лужу. Через минуту пар заполнил все пространство кухни, выклубил в коридор, застелился по потолку.

Татьяна, придерживая живот, забежала на кухню. Сквозь пар были видны только сверкания в районе плиты. Она пригнулась к полу, где пар был не очень плотным, заметила у дальней стены ноги сантехника и две пары женских ног. Наверное, нянечки зашли на кухню послушать болтовню "фирмача", мелькнуло у нее в голове. Люди были отрезаны от выхода с одной стороны плитой, а с другой - струей кипятка, рвущейся из батареи.

Татьяна, прикрыв ладонью глаза и держась другой рукой за стенку, добралась до электрического щита, который располагался в углу кухни. Нащупала ручку, потянула на себя. Дверца оказалась запертой. Татьяна схватилась за ручку обеими руками и яростно рванула ее на себя, дверь с громким хрустом распахнулась. Оказывается, здесь тоже вовсю искрило. Татьяна вспомнила, представила устройство щита: в глубине алюминиевые шины, ближе к дверце череда коричневых автоматических выключателей с торчащими пластмассовыми кулачками-приводами. Автоматов много, какой надо отключить, где он хотя бы приблизительно расположен - неизвестно. В глазах стало совсем темно, ноги подкосились, Татьяна почувствовала, что теряет сознание. Времени не оставалось. Была не была, она ткнула растопыренной ладонью туда, где по ее предположению находились самые верхние автоматы. Удачно, вот они. Нащупала кулачки приводов. Подняла вторую руку, сцепила ладони в замок, захватила верхние приводы и, прижавшись всем телом к щиту, стала опускаться к полу. Защелкали выключаемые автоматы, "петля" соскользнула на следующий нижний ряд приводов...

Искрение прекратилось, сантехник перемахнул через электроплиту, побежал в теплоузел, перекрыл общую задвижку. Вскоре все стихло.

Когда к Татьяне подбежали, она сидела в воде возле щита, прислонившись головой к нижним автоматам. Первое, что она увидела, открыв глаза, были плавающие вареники...

Через два месяца у Татьяны родился крепенький мальчик, второй сын Дениска. Друзья шутили: "Электриком будет!" А еще через несколько месяцев, не "догуляв" срок декретного отпуска, заведующая Татьяна Анатольевна Доброзорова, вместе с сынишкой, пришла в "Теремок" и приступила к работе.

Я ВСЯ В ДЕТЯХ

До Тюменского севера была Байкало-амурская магистраль, там начиналась одиссея семьи Коротковых, отлучившая их от солнечной родины, Украины, на долгие годы. Будучи учителем, Светлана Николаевна на БАМе привыкла к другой, более спокойной работе, но как только приехала в Пангоды, поняла, что все-таки выбор судьбы она сделала тогда, когда после школы поступила учиться в Кировское педучилище...

Сегодня завуч средней школы Короткова вся в работе с детьми. Она горячий поборник идеи, что нет детей неспособных (есть неспособные воспитатели) и все дети достойны того, чтобы государство в лице школы обеспечивало их, абсолютно всех, достойными условиями для получения хотя бы полного среднего образования.

– Я убежденный сторонник формулы: "Лучшее - враг хорошего", говорит Светлана Николаевна, рассуждая на тему нынешнего образования. Потому что хорошее это уже действующая система, а лучшее - всего лишь идея, но которая уже отрицает существующее. Приглядитесь: практически все положительное в сегодняшнем образовании - это то, что еще не успели сломать, от старого. Загляните в "новое", уже живущее под вполне благой идеей, - элитные школы и т.п. далеки от "элитного" уровня, но самое печальное, что там учатся зачастую, увы, не самые одаренные дети - может быть от того, что отбор там не по способностям воспитанников, а по некоему другому. Подобное можно сказать и об учителях - тех, кто ушел в разнообразное "туда" и тех, кто остался здесь, в бедной (во всех смыслах), но самой массовой и доступной школе... Пока, слава Богу, нельзя сказать, что лучшие - ушли.

Светлана Николаевна любит повторять слова московского профессора Ю.М.Калягина, изучающего мировые системы образования, который говорит, что в России нужно было лишь осторожно добавлять изюминки к хорошей булочке это, разумеется, о школьном образовании.

– Этот ученый констатирует, что американцы в последние годы усиленно изучают для прикладного применения именно бывшую советскую школу, которая в их представлении является единственным примером системы, которая могла бы удовлетворить требованиям развитого демократического общества, - делится Короткова впечатлениями о последней командировке в столицу. В заключение беседы она пообещала подготовить подборку детских сочинений, написанных шестиклассниками на тему: "Если бы я был волшебником".
– Уверяю вас, вы увидите, что дети хотят совсем не того, чем их накачивает телевидение, т.е. мы с вами, они - такие маленькие - уже устали от видеонасилия, стрельбы, драк, убийств... Там, в сочинениях, порой видится целая бездна, которая разделяет наших детей и мир, в котором они сейчас живут...

Один из выводов, который я сделал после разговора со Светланой Николаевной, был вывод-предположение: вполне может стать, что дети, когда вырастут, скажут нам, что мы, их родители, во многом были не правы. Будут ли они в этом случае категоричны? Тоже вполне вероятно, тем более что им есть с кого брать пример... И еще: уверен, что если в будущем не произойдет характерного для нашей истории, очередного, "отрицания" детьми отцов, то только благодаря таким педагогам, как Короткова. Которая, на вопрос о собственных увлечениях, сказала: "Я вся в детях..."

ОДИН В ПОЛЕ НЕ ВОИН

Однажды Галина Петровна Кунич услышала в телепередаче, как молодой человек на вопрос: "Что вам дала школа?" - ответил: "Комплексы". И задело ее за живое, обидно стало за образование вообще, хотя, она полагает, что в ее пангодинской школе No2, бессменным директором со дня открытия которой является, дела со степенью раскрепощенности основной массы учащихся обстоят иначе.

...Возможно, многое в ее манере работать сейчас от прежней деятельности - долгое время "на земле" она была директором Дома пионеров, куда дети приходили добровольно и в конечном итоге именно они, дети, определяли, быть или не быть отношениям между педагогами и учениками. Это заставляло чаще смотреть на себя со стороны, а в ребенке видеть не столько "подчиненного", сколько просто еще не умудренного опытом человека.

– Я всеми способами стараюсь убедить преподавателей взглянуть на каждого ученика "домашними" глазами, - говорит Галина Петровна.
– Ведь зачастую ребенок в классе и дома - это не одно и то же. Здесь, бывает, среди массы себе подобных, он вынужден выглядеть, к сожалению, не лучше, чем на самом деле, чтобы не быть "белой вороной". Вы же сами видите, говорю я учителям, что подавляющая масса ваших выпускников это нормальные люди, которые живут, работают среди нас с вами. А еще совсем недавно это те же, что и сейчас, непоседы и егозы...

Помните, на заре "перестройки" пошла мода в школах буквально отказываться от неуспевающих, неперспективных детей после получения ими неполного среднего образования? Мы же учим всех, ни от кого не отворачиваемся - если еще и школа в такое нелегкое для всех время от детей отвернется, то к чему же мы тогда придем?

Каждый преподаватель должен быть - и не в последнюю очередь психологом, полагает Галина Петровна. Но пока, при наличии штатных единиц, специалистов этого профиля в школах мало. Между тем, исследования, проведенные в школе, зафиксировали среди учащихся всех возрастов так называемую повышенную тревожность. На вопрос об уровне этого параметра среди ее коллег и как директору удается поддерживать его на приемлемом уровне, Галина Петровна ответила: