Папа для Бусинки
Шрифт:
– Думаю, правда, любит тебя! Он никогда никому еще не признавался в любви, просто брал, то, что ему предлагали, и шел дальше. Я первый раз за четыре года вижу настоящий интерес в его глазах. Знаешь, он хороший, добрый, любящий… Есть еще одна дама, которую он обожает и носит на руках!
– Кто это? – Юлька встрепенулась, видно почувствовала соперничество. Я засмеялась.
– Ее Ангелина зовут! Странно, как он тебе все уши про нее не прожужжал! Да успокойся, она тебе не соперница! Ей всего три месяца – крестница Никиткина, ну и моя. Он каждые выходные ее навещает, возится с ней. Так что не сомневайся, любить он умеет!
– Вот я и решила… соблазнить хочу, только не знаю, как. Может, посоветуешь, что сделать… я не умею, никогда этого не делала… - Юлька совсем съежилась от смущения, закрыла лицо руками.
– Юль, ну-ка посмотри на меня! Ты хочешь сказать, что ты девственница?
89.
– Ну… почти. Не смейся только… Просто для меня проблематично завязывать отношения с мужчинами. Не умею я, не ласковая… Скорее морду набью, чем приласкаю, - смеется моя «близняшка» и я вижу в ней себя, как ни странно.
– Я и не думала смеяться, удивительно, как ты до тридцати лет дожила, а мужчинами так и не научилась крутить, это же у нас, у женщин в крови.
– Что удивительного! Никто не привлекает меня так, чтобы я захотела… Ты же знаешь мой характер дурацкий, все от меня шарахаются, так что не с кем любовь крутить. Боятся меня. Только Кит не боится, наоборот даже. Я даже спать не могу, о нем только думаю. Вот что делать? Письмо написать с признанием, или подойти, напрямую сказать все?
– Да тебе ничего делать не надо, драться только с ним перестань, Кит сам все устроит. Вот с утра и начни. Придешь на занятия, улыбнись ему, сядь рядышком, не груби. Он умный, смекнет, что ты неравнодушна к нему, сменила гнев на милость! Вот с его братом сложнее… Такой недоверчивый, трудно доказать что-либо.
– Погоди, у вас же любовь! Это же видно так сильно… Я целый час не решалась к тебе прийти, думала Стас у тебя, и вы спите уже. Потом смотрю, у тебя свет загорелся, а из сада твой идет, задумчивый такой, даже меня не заметил.
– И куда пошел?
– Домой к себе. Тась, так вы не спите вместе?
– Нет, не спим… - я подошла к шкафу, взяла фото Руслана, показала Юльке. – Это мой ангел, муж мой. Он погиб два года назад. Стас помогал его искать, потом хоронить… и Никита тоже помогал. И вот Стас поверить не может, что я могу его любить, думает, я до сих пор Руслана только люблю.
– А ты?
– А я Стаса больше жизни люблю. Руслана тоже, но его не вернешь уже, да и такой страсти у нас не было. Тихая, нежная любовь.
– Вот поворот, а все уверены, что вы любовники!
Ну и пусть верят, так даже лучше, может, и Стас когда-нибудь поверит… - я поставила снимок ангела на место и взяла другой, моей Бусинки.
– Смотри, а это моя дочь, ну, типа племяшка твоя! – мы с Юлькой рассмеялись, она разглядывала Софию с удивлением и восторгом.
– Тась, она на меня похожа, просто вылитая! Какая красавица! А на отца не похожа… - Царева радовалась так, будто обрела семью. Может это и так, если росла одна. У нас уже есть приемная бабушка, баба Ира. Теперь будет еще и приемная тетя Юля, кажется. Надо их познакомить, думаю, они понравятся друг другу.
– Хочешь, познакомлю вас? У вас с ней характер похож даже, такая же непоседа и забияка! А от отца ей досталось только родимое пятно на плечике, улыбка и один день рождения на двоих… даже на троих. Муж моей сестры Тони – близнец Руслана.
– Конечно, хочу! Они с Русланом родились в один день?
– Да. И погиб он тоже в этот день, когда Софи три годика исполнилось...
– Жуть! Всю жизнь в свой день рождения поминать отца… Ой, Тась, прости, прости… не хотела, бередить твою рану…
– Да ладно… вот, думаю, может изменить дату рождения дочери?
Мы проговорили полночи, было ощущение, что мы с Юлей и правда, сестры, которые встретились после долгой разлуки. Она, рассказала про свою жизнь, я ей про своих родных. Я решила на выходных пригласить ее и Кита к нам на ужин, в «Грин сити». Познакомлю с родней! Когда провожала ее, была уже поздняя ночь, оставаться у меня Юля не захотела, как я ни уговаривала.
– Тась, спасибо за уютные посиделки, никогда еще ни с кем так долго и интересно не общалась. И скажи, что мне надеть сегодня? Может платье и туфли… и накраситься? Хотя у меня и платья нет и туфлей тоже…
– Не надо ничего. Кит тебя полюбил не за платье и туфли, так что будь собой. Не груби только, поласковей будь. Все будет прекрасно, мой кум отличный парень!
– Да! Я люблю его! Я решила, что если даже его любви не хватит надолго, хоть немного побуду счастливой. Он же не привык к долгим отношениям…
– А может, нагулялся уже, мне кажется, он семью хочет, детей…
– О нет, я к детям не готова, у меня только жизнь нормальная началась.
90.
Мы обнялись, и она ушла. Я легла и сразу уснула. Без сновидений, к счастью. Вечером, после занятий мы собрались на утесе. Стаса только не было, у него какие-то дела были в городе. Я его весь день не видела, они с утра уехали с боссом, так что увидимся, наверное, только в понедельник. Вряд ли Стас приедет, ведь завтра выходной.
Кит предложил поехать на Тамань всей группой, на выходные. Как раз назавтра начинался фестиваль. Мне очень не хотелось ехать, но все единодушно проголосовали, и я смирилась. Решено было выезжать в полдень. Чуть позже ко мне подошел Кит и попросил об одолжении.
– Тась, можно я на твоем «Джиксере» поеду? Ну пожалуйста!
– Зачем тебе?
– Да Юляшку прокатить хочу, а брат сам на «Хаябуса» едет, не дает, жадный человек!
– Возьми, конечно, а я тогда на «Витаре» …
– А ты с братом можешь. Он только рад будет!
– Посмотрим, может, вообще не поеду, настроения нет. Лучше с дочкой погуляю, - дернула я плечом раздраженно. Навязываться никому не буду. А Бусёна рада будет прогулке. Мы скучаем друг по другу.
– Зря ты… поехали, будет весело!
Я рада была за кума, Юлька сегодня улыбалась ему, он за ней как хвостик ходил. Юляшка! Все разошлись по своим делам, а я еще посидела. В кармане джинсов нашла снотворное, машинально, наверное, сунула. Вытряхнула на ладонь таблетку, подумав, добавила еще одну. Завтра выходной, не надо рано вставать.