Чтение онлайн

Потом моя новоиспеченная родственница заварила свежий чай, и мы еще посидели, теперь уже в гостиной. Я не пошла с ней в кухню, только слышала бормотанье за закрытой дверью и даже смех. Мне немного хотелось спать, уже было час ночи, а встали мы в три, почти сутки назад. Но без Стаса не хотела идти в его комнату, я уже соскучилась без него.

– Вот молодцы мальчишки! Развеселили отца! Ты даже не представляешь, как редко он смеется! Когда близняшки были еще детьми, в этом доме смех был частым гостем, я приходила к ним и радовалась этой семье. А после армии ребят словно подменили, особенно Стаса. Он возненавидел Сашу, считал его виноватым в смерти своей мамы.

– Так ты давно знакома с ними? – я тоже хотела услышать от Дарьи историю ее жизни и историю семьи любимого.

– Конечно! Тебе разве Станислав не рассказал? Ну слушай! Я их тетка, мы с Леной троюродные сестры, с их мамой, наши бабушки родные сестры были. Я младше, на восемь лет. Когда мальчишки родились, я их нянчила, с пеленок, помогала. Мне тогда четырнадцать стукнуло, и я влюбилась в Сашу, он такой красивый был, добрый. Но ты не подумай, я и виду не показывала… а, Лена уже тогда была больна. Сердце, после родов осложнение получила. Ей и рожать-то запрещали, но она рискнула. И кроме мальчишек своих нико-го не замечала. Я часто слышала, как муж ей выговаривает, что ему ласки то-же хочется, а она… вот он и загулял. Лена знала об этом, но даже слова ему не сказала, а Сашу это очень задевало… ну, равнодушие ее. Он ждал, что она ему скандал устроит, а она ноль внимания. Потом я уехала в Москву, выучилась на врача женского, вышла замуж. Сюда редко приезжала, у меня сын родился больной, с почками проблемы были, требовалась пересадка… Тась, ты чай пей… может тебе неинтересно?

– Нет, что ты, я с удовольствием слушаю. Стас мне не рассказывает ни о чем, – мне и правда было интересно. Когда сталкиваешься с трагедией в своей жизни, думаешь, что только у тебя горе было, а потом послушаешь людей, и понимаешь, что каждый пережил трагедию в своей жизни, а то и не одну. – Что дальше? Как же ты замуж за Александра Петровича вышла?

– Мой малыш не дождался пересадки… ему, всего четыре годика исполнилось. Муж почти сразу ушел от меня. А я все бросила и вернулась домой. В Уфу. Устроилась в роддом, при городской больнице. Лены уже не стало, парни вернулись из армии, по контракту отслужили. Саша пить начал, когда жену похоронил, а тут еще Стас со своими обвинениями… узнал про похождения отца, какая-то добрая душа рассказала. Он возненавидел его, и как будто себя тоже, стал жизнью рисковать. Разбился на мотоцикле, думали, уже не выкарабкается. Саша еще пуще запил, считал себя виноватым и в этой трагедии. Ну и допился. В больницу попал, не выдержал организм. Я как раз скорую ждала, с роженицей, в приемном покое, когда Сашу без сознания привезли. Потом стала навещать его в больнице, поняла, что первая любовь никуда не делась, стали встречаться. Поженились. Знаешь, Стас не против был, чтобы я стала женой его отца, только предупредил, что он гуляет. Я и так знала. Но вот прошло семь лет, он ни разу в сторону не взглянул, и не пил больше. Мне кажется, Саша до сих пор Лену любит, каждый месяц на кладбище ездит, меня с собой очень редко берет. И с сожалением говорит, что, если бы она хоть раз поругалась с ним, или хотя бы заплакала, он бы больше не стал искать любви на стороне. Он от ее равнодушия так сбегал. А Лена не была к нему равнодушна, она очень его любила. Мы с ней разговаривали как-то, она мне и сказала, что любит его, но не хочет быть обузой, что он достоин лучшего, ведь она с каждым годом слабела, под конец, прям прозрачная стала, – Дарья замолчала, вздохнула.

– Я видела ее незадолго до смерти, мама Стаса и правда была такая бледная и худая…

– Где ты могла видеть ее? – у Даши глаза на лоб полезли. Я рассказала ей про все.

– Да-а! Вот поистине пути Господни неисповедимы! От судьбы не уйдешь! Ладно, засиделись мы с тобой, третий час уже. Давай спать, мужчин не дождешься.

121.

 Я быстренько ополоснулась, потом устроилась в комнате Стаса, почти сразу уснула. В половине четвертого под бочок прилег хорошо поддатый Филатов.

– Фу-у! Стаська, наклюкался-то!

– Имею право, любимая! Впервые в жизни с отцом по душам говорили! Он даже прощения просил, представляешь! Только и я много виноват… поверил чужим словам. Я тебя люблю! Ты знаешь? И я рад, что ты такая ревнивая… только все равно не ревнуй, мне кроме тебя и дочки никто не нужен. Ну если только тот, кто здесь поселится когда-нибудь… - он положил руку мне на живот, стал поглаживать легонько. Я смеялась, забавный Стас, когда пьяный. И мне верилось, что у меня в животе появится жилец, Дарья вселила в меня уверенность.

– Знаю милый, я тоже тебя люблю, обожаю просто! Может, уже спать будем, у нас самолет в пять, а у тебя похмелье будет.

– Не будет… Черт, я первый раз так нажрался. Вот батя, «поговорим»! Прости меня, я больше так не буду…

– Ладно, прощаю! Спи уже, – я смеялась тихонько, ведь и правда никогда не видела его таким. Обняла, поглаживая по спине, убаюкивала его как ребенка. К моему любимому запаху добавился еще аромат коньяка.

Встали поздно, завтрак готовили уже в одиннадцатом часу. Стас принимал холодный душ, выгоняя похмелье, я даже переживать стала, как бы не простудился. Я помогала Даше с завтраком, Кит с Юлей ушли в магазин за минералкой и молоком. Отец Стаса подошел ко мне, сел рядом на табурет. Он хотел сказать что-то, но не решался.

– Вы что-то хотели? – спросила я, нарезая батон для бутербродов.

– Да… вот, хочу спасибо сказать тебе, Таисия, за сына, за Стаса. С тобой он счастлив… стал мягче, добрее что ли. Вот в первый раз поговорили, как отец и сын… перестал сторониться меня… Я так благодарен тебе! Если что нужно, только скажи, я во всем помогу!

– Мы поможем! – Дарья обняла мужа за шею.
– Мы!

Тут вернулись Никита с Царевой, я отправилась вытаскивать своего мужчину из душа. Он выглядел бодрым, будто и не пил всю ночь. Улыбался чему-то, сграбастал меня в охапку, чуть не зацеловал до смерти, ладно Дарья заглянула, завтракать позвала. За столом было весело, Никитка шутил, вспоминая всякие смешные истории из нашей жизни. У их отца глаза горели и искрились от смеха, Даша от него наглядеться не могла, будто впервые увидела. Вспомнил Кит опять ту историю из ресторана, с танцем без прикосновений.

– Вы танцевать умеете? Ничего себе! Вот бы посмотреть! – воскликнула Дарья, аж заерзала на диванчике.

– Проблем нет! Смотри! – Кит вытащил свой мобильник, нашел видео, где мы танцуем сальсу на занятиях, когда я впервые на каблуках попробовала. Даша даже рот открыла от восхищения. – А вот еще, в баре. Мы день рожденья гуляли у друзей. Это вообще взрыв, торнадо просто! Вот думаю, может в инет выложить, посмотреть, сколько лайков заработаете! – Кит явно дразнил брата, смотрел на него, прищурив глаза от смеха.

– Я те выложу! Свои танцы выкладывай! – смеялся Стас в ответ.

 - Дай-ка, гляну, – я тоже подвинулась ближе, этот ролик не видела еще.

– Вы с Юлей тоже танцуете? – у их мачехи не было предела удивлению, она не сводила с нас восхищенных глаз.

– А как же! Нас учат этому, но нам еще далеко до Стаса с Тасей. Они уже давно этим занимаются. Но нас никто не снимал, так что не увидишь пока. Как-нибудь приедете к нам, например, на нашу свадьбу… да Юляш? – подлизывался Кит к Юле, целуя ее руку.

– Да милый, через годик!

– Девочка моя, это долго! Может на Новый год?

– Нет, я летом хочу. Если жених не сбежит! – смеялась Юлька. Я смотрела на их игривые препирательства и понимала, что и правда они будто давно муж и жена. И что Юля мне сестра, я будто чувствовала это душой. Надо быстрее все узнать, пока я не лопнула от любопытства.

Вскоре мы собирались в дорогу. Даша попросила скинуть наши танцы в ее компьютер, она жалела, что живем далеко, а так хоть посмотрит… плакала, провожая нас. Мы не взяли ее в аэропорт, она и так устала за эти дни. Обещались приехать в Туапсе, будущим летом, как раз малышка уже подрастет немного. По пути в аэропорт заехали еще раз на кладбище, попрощались.