Чтение онлайн

— Гражданская война.

— Да. Если не ошибаюсь, первый наградной знак, орден Красного Знамени, был учрежден советским правительством в 1918 году, до того были только царские награды. А это, — Вера опять взяла в руки восьмиконечную звезду с тремя крестами, — вполне может быть военным орденом для награждения за боевые заслуги в борьбе с большевиками.

— Белое движение! Надо же… А что, очень может быть. Пимен родом из Сибири. Или он сам, или его родственники вполне могли принимать участие в Белом движении.

Николай смотрел на груду золотых монет и на два ордена. Все это оказалось рядом в одной сумке. Сколько же тайн было в жизни Пимена…

Доронькин стал бояться телефонных звонков.

Вернувшись из Родоманова, где пришлось порядком потрепать нервы из-за гибели Шигина, он загрустил. Если не вернет икону, Першин настучит на него в ментовку. А где он её возьмет?

Заканчивался срок передышки, который определили бандюки. Надо платить деньги, или… Каждый день по телевизору показывают, как расстреливают бизнесменов: в подъездах, квартирах, на даче, ещё машины взрывают.

Его передернуло. Эти головорезы шутить не будут. Можно было, конечно, продать иномарку, но жалко. Он уже и так, и этак прикидывал, ничего не получалось.

— Придется обходиться старым «жигулем», — вздыхал он.

Ну нет у него денег! Бедный он, нищий, хоть побираться иди. И пошел бы, да кто подаст?

Зазвонил телефон. Доронькин, с опаской взглянув на него, поднял трубку.

— А, Вадим, — почти обрадовался он, этот хоть денег с него требовать не станет. — Привет. Чего? — заорал он через минуту. — Да ты в своем уме?..

Денег Ладынин со Славика не требовал. Он стал угрожать ему.

— Со мной связался следователь прокуратуры по поводу смерти Костыля, — звенящим от злости голосом говорил между тем Вадим. — Ты ему сказал, что мы частенько встречались с Шигиным за карточным столом. Следователь вцепился в меня, как клещ, просит — и очень настырно — ответить на некоторые вопросы, в том числе, где я находился во время убийства. Как я понял, все это с твоей подачи. Так вот, дорогой партнер, слушай внимательно, что я тебе скажу. Мне начхать на твои делишки с Шигиным. Я знаю, что ночью, после игры в преферанс, ты ездил к Першину домой, пока он у тебя отсыпался. Знаю, что икона Николая Угодника у него пропала. Что? — оборвал он Доронькина. — Заткнись и слушай. Есть доказательства, не беспокойся. «Девятка» серого цвета, номер назвать? Ах, не надо… Думаю, водитель тебя сразу вспомнит, мужик не старый, память хорошая. Ты меня не понял, — перебил он Славика. — Мне плевать на Колькины проблемы… Сам с ним разбирайся. Я хочу, — он чеканил слова, — чтобы про меня забыли. Костыля я видел один раз в жизни у тебя дома. И все! Понял? Говори следователю, что хочешь, Косыль — твой кореш, сам и выпутывайся. Меня оставьте в покое, чтобы даже фамилия моя в связи с этим делом не упоминалась. Понял?

— Ну и гнида! — выругался вслух Славик, когда Вадим бросил трубку. Редкая сволочь!

Слолочь, не сволочь, а рассчитал все правильно. Значит, засек его возле подъезда Першина. А про икону откуда знает? Славик скривился. Костыль и сказал. Или Колька. Хотя, нет, Кольке лишние свидетели ни к чему.

Значит, Костыль все-таки переметнулся к Ладынину. Что он ему посулил?..

— О, Господи! — завопил Славик, забегав по квартире. — Голова раскалывается, дел — впору удавиться, а тут ещё соображай, что следователю говорить, чтобы отвязался.

Нервозность чистоплюя Ладынина понятна, собрался в политике карьеру делать, потому и дергается, боится, что к уголовному делу пристегнут.

А может, его работа?.. Доронькин тут же отмел эту мысль. Не способен. Да и за что ему Костыля убивать? Славик завистливо вздохнул: мерзавец, конечно, но как голова работает!

Следующий звонок вернул Славика с порога. Не ожидая ничего хорошего, он обреченно снял трубку.

— Приветик! — хихикнул в трубку распутный женский голос.

— Ну, привет, — хмуро отозвался Доронькин. Это ещё что за фря?

— Я — приятельница Ленки Мартыновой. Ну, ты искал её недавно, домой ко мне приходил. Вспомнил?

— И что? — рявкнул Доронькин.

Из-за этой рыжей потаскушки его загребли с наркоманами и целую ночь продержали в милиции. Еще бы, не вспомнить!

— Я звонила позавчера, — говорила рыжая, — тебя не было. Мартынова через знакомую передала для тебя какой-то пакет. Говорит, очень важно, Ленка просила. Сказала, ты знаешь, о чем речь. Так что можно подъехать и забрать.

— Когда? — выпалил Славик.

— Хоть сейчас.

С Доронькина градом катил пот. Ну и жизнь! Он был уверен, что Мартынова передала рыжей икону. Может, плюнуть на Колькины угрозы и загнать её по хорошей цене? У него даже сердце учащенно забилось от этой перспективной мысли. Нет, он вздохнул, придется поступить как честному человеку.

От рыжей сразу поехал к Першину, чтобы соблазна не было. В прихожей его облаяла собака, похожая на лайку.

— Тихо, Малыш, — услышал он.

Пес, скаля зубы, отошел в угол.

Доронькин удивился, раньше здесь никаких собак не было. Но ещё больше удивился он, обнаружив в квартире приятную женщину, которая что-то готовила на кухне. Вера Пчелкина! Он даже не пытался скрыть своего изумления. Впрочем, ему-то какое дело? Не у него же на квартире поселилась эта дамочка…

Вечером, изрядно уставший, приехал домой. Раздражало все: пробки на улицах, потные люди, ругань озверевших водителей. Проще пешком ходить или на метро ездить. Но больше всего расстроился из-за того, что пришлось упустить из рук такой кусок. Продал бы «доску», поправил свои дела.

Быстро соорудив холостяцкий ужин, уселся возле телевизора. Новостишки посмотреть надо. Кого убили, кого подорвали… Чужие неприятности примиряли его с жизнью.

— …Криминальные новости, — объявила дикторша.

Славик потянулся за куском колбасы.

— Сегодня утром сотрудниками милиции проводились очередные мероприятия, в ходе которых на квартире притоносодержателя было обнаружено два трупа, скончавшихся от передозировки наркотиков. Молодой мужчина, на вид лет тридцати, документов при нем не обнаружено. — На экране появилась фотография. — Узнавших просим… — заученно барабанила дикторша. — Вторая погибшая молодая женщина. Сотрудники милиции в сумочке обнаружили паспорт на имя Елены Андреевны Мартыновой…