Патроны чародея
Шрифт:
– Ну как? – спросил я со злобным торжеством. – Рассказывай, кто послал, с какой целью… Ну?
Он простонал:
– Как я предстану… в Волшебном Саду…
– Там бабы? – догадался я. – Тогда в самом деле не повезло. Но я могучий колдун, ты же видишь? Как ранил, так могу и залечить моментально. Говори, но только быстро. Время – деньги. И еще твоя драгоценная жизнь.
Он упал на колени, потом на бок, лицо стало смертельно белым, но ладонями все еще зажимает раны, на меня смотрит то с ненавистью, то уже со страхом и надеждой.
– Я – Кранекер, – проговорил он с трудом, – наездник драконов Великой Династии Варфэйра…
– Кто послал?
– Эстбай, это наш старший…
– По чьему приказу?
– Эстбай подчиняется только самому королю… Но на этот раз приказал великий чародей Аллерли и дал мне драгоценнейший Небесный Огонь… Ой, как больно!
– Это ты почти разрушил мой замок? Два дня назад вот так же с дракона?
Он прошептал:
– Нет, это был другой наездник. У него дракон мощнее.
– Хорошо, – сказал я, – а как зовут вашего короля?
В его глазах, несмотря на дикую боль, мелькнуло изумление.
– Антриас, – прошептал он. – Король Уламрии… а теперь излечи меня… Ты обещал…
– Щас, – ответил я. – Держи эти штуки крепче, чтоб не приросли криво… Вот так… Держишь?
– Держу…
– Не дергайся, – предупредил я. – А то промахнусь.
Я выстрелил ему в лоб, не такая уж и ценная это жизнь, если чужая, и, не пряча пистолет, обошел дракона со всех сторон. Упряжь легкая, седла нет, наверняка дракон не позволяет так над собой глумиться, чтоб и всадник, и седло, и уздечка…
Фицрой давно вскарабкался наверх, в лунном свете зловеще сверкнуло лезвие ножа. Я слышал, как яростно выпиливает что-то, но мне важнее вон та сумка, что осталась рядом с телом наездника…
Не сумка, целый мешок, осторожно распутал завязки и заглянул. Так и есть, плотно обернутый тряпками пузатый глиняный горшок размером с барана. Узкое горлышко аккуратно залеплено смолой и покрыто с трех сторон королевскими печатями. Еще один кувшин, так же плотно обернутый тряпками в пять слоев, мирно лежит в другой сумке.
Со стороны замка донеслись голоса, свет факелов яркими зигзагами размывает тьму. Я рассмотрел бегущих ко мне людей, впереди Риттер Широкий Щит в доспехах и с оголенным мечом в мускулистой длани, яростный и готовый к бою.
– Глерд! – воскликнул он воспламененно. – Это чудо!.. Кому еще так повезло с таким глердом?.. А это на нем сидело?
– Да, – ответил я. – Что о нем скажешь?
Он обошел вокруг наездника, ногой сбросил с головы капюшон.
– Из Уламрии, – ответил он без колебаний. – Вот их цвета. Клан Квингариев, только у них такие пояса… Он что-то сказал?
В его голосе прозвучала вроде бы тревога, я покачал головой.
– Убился при падении.
– Жаль, – сказал он с облегчением. – А то бы…
– Что?
Он ответил в затруднении:
– Да вообще-то что мы можем?.. Только надеяться. Эти драконы – огромная ценность. Их растят десятки лет! Вообще растут медленно, а потом нужно учиться управлять… Нет, скорее всего, никто больше дракона против вас не пошлет. Вы теперь – убивец драконов!
Ювал подошел ближе, поглядывая на огромную тушу дракона с опаской, повернулся к замершей в благоговейном молчании толпе и, патетически вскинув руки, прокричал:
– Слава глерду – убивателю драконов!
Множество голосов нестройно, но ликующе проревело:
– Слава!
– Слава убивателю!
– Ура!.. Ура!..
Я вскинул руки, стараясь остановить народное ликование.
– Хватит, хватит!.. Я сам знаю, что замечательнее меня нет на свете. Но хватит, а то, как сказал наш великий вождь, у меня будет головокружение от успехов.
Ювал сказал крайне почтительно:
– Ваше глердство, что делать с драконом?.. Раз уж он больше не дракон, а гора костей и мяса.
Я пожал плечами.
– А на что-то пригоден? Ну там собак и свиней кормить мясом…
Он просиял, сказал с воодушевлением:
– Да, ваше глердство, все так, а еще его жилы самые крепкие на свете! Из толстых можно сделать упряжь, а из тонких – самые лучшие в мире тетивы. Представляете, никогда не отсыревают и никогда не перетираются. Да все идет в дело, особенно шкура. А также чешуя. И когти. А еще зубы… А сколько жил в крыльях!..
Я прервал:
– В общем, собакам ничего не останется?
Он посмотрел с укором:
– Ваше глердство! Обижаете… Хороший хозяин сам останется голодным, а собачку покормит.
– Значит, – спросил я, – за собачек не беспокоиться?
– Ни в коем разе, – заверил он.
– Хорошо-хорошо!.. – сказал я. – Забирайте. Я щедрый, верно?.. Ювал, ты все же следи, чтобы все работали, а то при добром хозяине сразу начинают бездельничать. Я не добрый, я просто ленивый и ни за что браться не хочу. А когда рассвирепею, то тут такое начнется…
Он ответил с дрожью в голове:
– Господин, все уже понимают, вас лучше не злить. Дракон вон чем-то рассердил…
– Да, – ответил я, – не так свистит, слишком низко летает… В общем, бди! И рули. Если все путем, то вмешиваться не буду. Если начнутся неудобства – твоя голова слетит первой!
Он почтительно поклонился, а та лице и радость от полномочий, и страх, что вдруг да что-то пойдет не так.
– Господин, – произнес он смиренно, – хозяйство будет идти, как вы говорите, путем, но если что-то нужно особое… вы говорите! Я мысли читать не умею.