Пауки
Шрифт:
Компроматами его могли снабдить и менты. Не исключалось, что бандершу с ее людьми разыскивала Россия за нарушение законов.
«Хэдли с ее компанией легко засадить в самолет и выдворить за пределы, тем более что самолет в Россию отправляется два раза в сутки…»
По-настоящему трудно было только с подданными государств Южной Африки, с которыми не только не было авиасвязи, но даже дипломатических отношений, так что бедолаг этих можно было выслать только в Египет. И то одного человека в месяц…
Но я сделал и другой вывод: Хэдли и ее люди держали оборону.
И боялись они вовсе не полицию.
После неудачи на Цомет Пат им угрожал наезд крутой бандитской команды!
Вернувшись, я достал с полки телефонный спра shy;вочник на русском «Золотые страницы», нашел раздел с телефонами гостиниц.
Был полдень.
Диктор израильского радиовещания «Коль Исраэл» уже оттарабанил сводку новостей на иврите. А на радио «Рэка» все звучали позывные. Я уменьшил звук и сразу забыл о нем.
Арлекино мог остановиться не только на вилле в Байт ва-Ган, но и в любой из шестнадцати гостиниц, что упоминались в справочнике. Притом, что отели в Израиле были недешевы и часто не отвечали европейским стандартам. Ночь на одного в «Кинг Давид», напротив которого помещался иерусалимский пункт проката автомобилей, стоила порядка двухсот двадцати долларов… Номер на двоих в «Холидэй-Инн» — двести сорок.
Я еще не успел набрать ни одного номера, как встречный звонок пробился ко мне.
— Алло! — Не сразу, но я узнал голос. — Чего молчишь?
— А что говорить?
— Тебе привет из Москвы от твоей семьи. Хочешь, чтобы их навестил господин Калашников?
Я ждал.
—Деньги приготовил?
Ко мне приступали вплотную.
—Имей в виду: с субботы ты на счетчике. Будешь доплачивать триста долларов ежедневно… Если к следующей субботе не рассчитаешься…
Трубку снова бросили.
Я набрал телефон отеля «Холиленд» на холме Байт ва-Ган, что напротив моих окон. Я не раз заходил в него, огибая виллу, ни разу не подавшую признаков жизни. Пил кофе в баре, смотрел проспекты. Разговаривая со служащей, мне легко было представить себе подкову стойки рецепции в темноватой нише, где прозвучал мой звонок, и саму служащую, которая, отвечая, привычно смотрит на расставленные чуть в отдалении столы и дальше на зеленую, аккуратно подстриженную лужайку за окнами.
— Сори…
— Нет, мистер Станислав Мацнев в отеле не останавливался.
—Сенк ю вери мач…
Гостиница «Ганей Нацерет».
—Ноу! Нет!
«Сады Назарета». Сады города, по имени которого на иврите назвали христиан — «ноцрим». Я интуитивно верил в этот, отель.
«Почему бы нет?!»
—Аи эм сори…
Снова неудача.
«Палатин», «Ренессанс», «Парадиз». Далее по списку…
«Нет!..» «Нет!..» «Нет!..»
Ни в одной из них господин Станислав Мацнев из России не останавливался.
Объяснение пришло внезапно. Простое как гвоздь. Я больше не звонил. В израильском отеле Арлекино мог назвать любую фамилию — никто не стал бы ее проверять. Но именно как Станислав Мацнев он никогда бы не зарегистрировался по соображениям конспирации! Паспорт на это имя не имел отметок о въезде и, кроме того, находился у Шабтая Коэна…
В любой момент в случае передачи паспорта в полицию Арлекино был бы немедленно обнаружен!
Мои попытки найти Арлекино под этой фамилией были заранее обречены. Для розыска мне предоставлялась только одна возможность: искать концы по номеру прокатной «ауди» через фирмы проката автомобилей! Там проверяли международные водительские права, записывали номер кредитной карточки и прокатчика на случай возможных имущественных претензий…
В справочнике, лежавшем передо мной, таких фирм было не менее двух десятков. Я выписал их по алфавиту.
«Авиталь», «Арава», «Арье» — все из центра страны: Тель-Авив, Раматган, Петах-Тиква, Нацрат-Илит, Бней-Брак…
Если верить справочнику, в самом Иерусалиме был лишь один пункт проката…
Офис интересовавший меня, располагался наискосок от знаменитого отеля «Царь Давид», взорванного в сорок пятом израильскими борцами сопротивления британскому мандату на Палестину. Отель использовался британцами как штаб, и многие английские офицеры не смогли его покинуть, несмотря на переданное перед взрывом предупреждение. Отстроенный заново отель считался одним из самых дорогих и респектабельных. Среди почетных его постояльцев был в свое время и Михаил Горбачев. Правда, не в качестве президента.
Небольшой офис «Шако Ленд Ltd» украшали фотографии машин лучших моделей. За компьютерами сидело несколько девиц, большую полку при входе занимали радиотелефоны, выдававшиеся вместе с транспортными средствами. Немолодой израильтянин за столом у входа занимался с очередными клиентами. Он кивнул, чтобы я сел. Вместо этого я вышел.
Улица Царя Давида выглядела красочно. Картины в витринах художественных салонов. Розовые в горошек платки арабов на дороге. Серые с искусственными меховыми воротничками куртки полицейских…
Пара, приехавшая передо мной, решала вопросы, связанные с «пежо»-кабриолетом. Вскоре они появились вместе со служащим. Вопрос был утрясен. Клиент открыл дверцу, поставил в кузов чемодан. Женщина почесала под мышкой, что-то сказала. Мужчина задвинул чемодан поглубже. Служащий вернулся за стол у входа, поднял глаза на меня. Я снова прибег к английскому. Он был много лучше моего иврита.
— Меня интересует большая машина…
— Какой срок?
— На неделю. Для туриста из России.
— Международные права? Кредитная карточка?
— Все есть.
— О'кей.
Он охотно объяснил:
— Триста пятьдесят шекелей в сутки независимо от километража.
— Машину надо заказывать заранее?
— За день. Этого достаточно. Мы, конечно, не самая крупная в Израиле фирма проката. Наш парк — сто машин. Но практически машины всегда есть.
— Какие марки?
— Что бы вы желали?
—«Ауди-100».
Он подумал:
— Если надо, я могу такую взять…
— У вас нет?
— Нет, у нас нет. А что в ней хорошего?