Чтение онлайн

Так вот ты какой, КОСМОС! Рад нам? Обниматься лезешь? Только твои объятия — последнее, что мы ощутим, долгие и мучительные. Просто представить себе эти расстояния — и то сложно. А здесь, такое ощущение — мы их увидели… даже прикоснулись к ним. Сердце замирает от испуга…

В ОКС (общий канал связи) — только сопение. Дур — комментировать ситуацию — нет. Валеска, наученная горьким опытом, уже приняла стандартный нейтрализатор. Сунулась было к Юби в приват, но та посоветовала не перебирать с химией. Подумаешь, пятнадцать же… До этого тринадцать уже было и ничего. Все живы до сих пор и, даже, здоровы. Валеска мысленно помянула Адама. Ведь эти 13g — это только то, что они получили. Под антигравами и всеми слоями гравикомпенсаторов. Сколько там на самом деле было? Даже представить трудно. Без базового, в понимании Петрова, образования по физике пространственных смещений, можно даже не пытаться понять. А теперь, возможно, и этого для понимания ситуации не хватит. Даже Петрову.

Она цеплялась глазами за обозначения скорости смещения относительно Земли и Сатурна… цифры разные, но различаются не сильно, и колеблются где-то около ста мегаметров в секунду! Как? Как можно было разогнаться до такой скорости, ничего не делая? Так, что теперь непонятно, как тормозить! Если вообще затормозить смогут. У десантных шлюпов рабочего тела просто не хватит. Уйдём, ведь, в никуда. Нас не то, что не поймают потом. Не найдут даже.

Жутенько так становится, когда на тебя пристально смотрит ПУСТОТА.

Бесконечность…

Высветился маркер отсчёта, десять секунд. Дальше, по уже въевшейся привычке, вдох-выдох, капа, зажатая зубами, сжать мышечный корсет… три, два, один…

Шлюп вздрогнул… И «тишина». Ничего. Ни вбивающей в ложемент перегрузки, ни, даже, вибрации. Ускорители не сработали?… Ещё несколько секунд и опять ничего… Валеска медленно, неглубоко всосала воздух, начала дышать мелко, дробно, каждое мгновение ожидая удара ускорителей. Непроизвольно поискала глазами второй шлюп… вот он, рядышком, каких-то восемьдесят километров… Их стягивает?… только бы не столкнулись!

Вдруг кто-то начал натужно, отчаянно материться в несколько голосов… пилоты! Она даже не подозревала, что их пилотажная команда способна на такое виртуозную ругань, перемешанную терминами! И вдруг — замолчали все, как отрезало.

— Рота! — неожиданно рявкнул Тимирязев, — Отсчёт в уме! На таймеры не надеяться! Ещё раз — вдох-выдох, десять секунд!

Валеска дотошно выполнила команду, снова закусила капу… это что там ещё? и временные аномалии начались? раз на таймеры не ориентироваться… только этого не хватало!

И тут вмазало!!!

Ощущение было такое, словно по ней на скорости промчался асфальтоукладчик. Но боль продержалась несколько секунд всего. Потом ощущения исчезли. Ни скафандра, ни тела, ни кокон-капсулы. Ничего…

Она сама парила, летела-скользила по силовым линиям системы, пропуская вдоль тела триллионы мегаметров, просто упиваясь ощущением полёта! Купаясь в космических ветрах, играя звёздами… Космос вдруг стал ярким, безумно красивым, многоцветным, он выстраивал потрясающие гармонии из галактик, туманностей, брызгал каскадами звёздных потоков, словно ласкал тело разноцветными, искрящимися волнами… Этим хотелось наслаждаться без конца, вечно… только на краю сознания бубнил какой-то надоедливый голос. Бубнил и бубнил, одно и тоже, повторяя одну и ту же фразу из раза в раз. Мелкие надоедливые уколы жалили тело… гадость какая…

— Борт два, борт три — на связь… Отзовитесь, борт два, борт три — на связь… Отзовитесь…

Ощущения вернулись рывком. Вот — тело. «Шкура», ложемент кокон-капсулы, мелкая, на грани восприятия, вибрация шлюпа. Серая, мутная пелена перед глазами. Которая быстро превратилась в исколотую иголками, подсвеченную с изнанки лампой, чёрную тряпку. Мешанина данных тактического анализатора и спутанных целезахватов внизу, справа… Какая-то несильная, ноющая боль во всём теле…

— Борт два, борт три — на связь… Отзовитесь, борт два, борт три — на связь… Отзовитесь…

— Борт два, Тимирязев на связи, — вдруг прохрипело в ОКС.

— Олег! — ворвался взволнованный голос Олсена, — Наконец, хоть кто-то!

— Десант!? Эй! Вы там как, живы? — это Джамбина, взволнована не меньше.

— Капитан Тимирязев, проясните состояние роты и доложите ситуацию, — потребовал Берсенев.

Все напряжённо замолчали. Олег вызвал сбежавшую куда-то капитанскую консоль, вывел данные состояния десанта, экипажа шлюпов. Придирчиво считал сводку… а ничего, «салатовые» все, «зеленеют» постепенно. Он ощутил ещё один укол инъектора. И почувствовал себя почти совсем хорошо. Неужели справились?

— Лейтенант Леннокс, доложите о состоянии пилотажной группы. Рота. Командирам взводов провести перекличку и доложить. Не ограничиваться отчётами меддиагностов, требуйте личного отзыва.

Он выждал с минуту, получил доклады. Все в сознании, все в порядке. Тимирязев даже повеселел:

— Рота!.. Чего молчим? Все живы и, даже, в состоянии шевелить языком. Где троекратное ура?… Ну, хотя бы жиденькие аплодисменты?

— Да хлопаем мы, хлопаем…

— Ладони в перчатках отбили уже, ага…

— Два десятка атомов газовой смеси и будет грохот аплодисментов!

— Интересно, а мы где сейчас? И вообще куда? А то пилотажная карта какую-то чушь показывает. По-прежнему на Сатурн, или так… в окрестностях Солнечной системы пошляться?

— А чё… опыт есть теперь…

— Ага, пошлялись уже разок.

— Не-ну… если на Сатурн, то он в шести астрономических единицах сзади-правее, если этой схеме верить. Может намекнуть пилотам? Тут столько всякой фигни вензеля вокруг Солнышка выкручивает — заблудимся нафиг.

— Карту пилотажную во временном интервале зафиксируй, «Вензель», «фигня» выкручиваться перестанет!

— Своим ходом мы туда полгода чикелять будем, с той скоростью, которую пилотажная карта на данный момент показывает. Если не врёт, конечно. А жрать уже хочется. Девки! Мы так сильно похудеем за это время, парни нас не узнают, за инопланетянок примут и никакого секса — погонят к чёртовой бабушке.

— Не обольщайтесь, на счёт секса. Нас вообще в другую сторону от Сатурна несёт! Не пойму, то ли к астероидному поясу, то ли на орбиту Юпитера?