Чтение онлайн

Разведгруппа, конечно же, собирала данные о дислокации воинских частей, аэродромов, складов с боеприпасами и расположении минных полей. Но Ошта стояла на дороге, ведущей в Ленинград. Поэтому немецких агентов весьма интересовали еще и сведения о передвижении транспортных средств и грузов в сторону осажденного города.

Успешно прошла не только высадка. Трое шпионов скоро затерялись в общей массе красноармейцев. Они собирали нужные разведданные и отправляли их куда следует с помощью радиопередатчика «Телефункен», который был упакован в потрепанный чемоданчик, каковых в руках офицеров и гражданских лиц можно было увидеть в великом множестве.

Две с половиной недели разведгруппа работала в плотном режиме, радовала важными сведениями как свое начальство, так и командование немецких и финских частей, которые противостояли армии генерал-лейтенанта Трофименко.

На девятнадцатый день командировки пришла радиограмма с обозначением координат коридора, по которому группе надлежало уйти за линию фронта. Переход должен был совершаться ночью, в двух километрах западнее Ошты. Разведчики получили приказ идти прямиком на деревню Залесье, где расквартировался батальон финской армии.

Группа уже почти добралась до линии фронта, когда на одной из проселочных дорог была остановлена военным патрулем во главе с совсем юным младшим лейтенантом.

Он отдал честь Томасу, на котором была форма старшего лейтенанта, и произнес срывающимся, ломким баритоном:

– Товарищи, попрошу предъявить ваши документы.

– Представьтесь, пожалуйста, – проговорил Томас, нахмурил брови и строго посмотрел на младшего лейтенанта. – Или вас этому не учили?

– Начальник военного патруля младший лейтенант погранвойск НКВД Бармин, – сухо произнес офицер и снова козырнул. – Ваши документы.

– Пожалуйста, – сказал Томас и достал свои документы из нагрудного кармана.

Привычно потянулись за солдатскими книжками и Альфред с Полетовым.

Бармин стал внимательно разглядывать документы старшего лейтенанта. Он выискивал в них тайные знаки в виде лишней точки, пропущенной запятой или плохо пропечатанной буквы.

Так, удостоверение личности. Все в полном порядке.

Начальник патруля нашел на бланке командировочного предписания ту самую запятую, пропущенную в положенном месте, хмыкнул, хотел было вернуть документы старшему лейтенанту, да вдруг раздумал. Служебное рвение по молодости лет и незначительности офицерского звания еще не выветрилось из него и требовало выхода.

– Вот у вас в командировочном предписании написано, что вы выполняете специальное задание, – прищурившись, обратился к Томасу младший лейтенант Бармин. – А какое такое специальное задание может быть у вас здесь, на проселке, между двумя сожженными деревнями и в непосредственной близости к линии фронта?

– С какой целью интересуетесь, товарищ младший лейтенант? Это что, допрос? Я вовсе не обязан докладывать вам о своем задании, которое к тому же является секретным, – не очень-то вежливо проговорил Томас, стараясь оставаться спокойным и незаметным движением расстегивая кобуру.

– Хорошо, – согласился дотошный начальник патруля. – Вы действительно не обязаны это делать. А что у вас при себе? – Он указал на чемодан в руках Полетова. – Попрошу предъявить для досмотра.

– Это на каком основании? – спросил Томас, нахмурился, почувствовал, что его спутники напряглись, и мельком глянул на Альфреда.

Взгляд Томаса, который успел поймать Альфред, означал команду: «Спокойно! Пока ничего не предпринимать!»

– А на таком, что проверка личных вещей военнослужащих является служебной необходимостью, – холодно ответил Бармин. – Или вы этого не знаете? У нас, как и у вас, служба, – добавил младший лейтенант и притворно вздохнул, словно ему самому было неприятно совершать то, что предстояло сделать, и он очень устал от всего этого.

Ситуация продолжала накаляться. Главное – не поддаваться эмоциям. Разведчик должен оставаться хладнокровным даже в самой сложной обстановке.

– Это мой чемодан, – заявил Томас. – В нем мои личные вещи, и ничего более.

– Ну и что? – буркнул Бармин и пристально посмотрел на старшего лейтенанта.

– А то, что права обыскивать офицера у вас нет. Устав внутренней службы надо учить, товарищ младший лейтенант, – отрезал Томас.

Последнюю фразу он выговорил четко и с видимым раздражением.

– А никто и не собирается вас обыскивать. – Младший лейтенант Бармин явно занервничал.

Сейчас на кону стоял его личный авторитет, который мог рухнуть перед глазами подчиненных. В военное время это недопустимо.

– Просто покажите, что у вас в чемодане. Сами. Добровольно. Большего от вас не требуется.

– Хорошо, – сказал Томас и снова кинул быстрый взгляд на Альфреда.

Тот прекрасно понял, что означает этот взгляд, в то же мгновение сдернул автомат с плеча и полоснул из него короткой очередью в младшего лейтенанта.

Тот охнул, схватился за грудь и осел. Он удивленно глядел на младшего сержанта и не осознавал, что уже мертв. Падая, парень краем глаза увидел злорадную ухмылку Альфреда и белесое небо над его головой. Сердце младшего лейтенанта, столь необдуманно выбравшего свою судьбу, по инерции стукнуло еще несколько раз и остановилось.

В тот же миг Томас выхватил пистолет из кобуры, расстегнутой загодя, и выстрелил сначала в одного патрульного, затем в другого, который все же успел кинуться в сторону. Красноармеец, раненный в плечо, упал, затем быстро поднялся, зажал ладонью кровоточащее плечо и побежал, пригибаясь, по проселку в сторону густого перелеска.

– Добей его! – приказал Томас.

Уно Калдма кивнул, неторопливо прицелился и нажал на спусковой крючок. Раздалась короткая очередь. Раненый дернулся так, словно получил сильный удар в спину, несколько мгновений постоял, будто припоминая что-то важное, а затем рухнул лицом в дорожную грязь.

– Бегом в лес! Куда-нибудь поглубже! – приказал Томас. – Нас уже услышали! Отсидимся пока там, будем выдвигаться, когда поутихнет.

Разведчики до самой полуночи прятались на болотах, а потом пошли в сторону линии разделения своих и чужих. Коридор перехода через фронт оказался чист. Под прикрытием темноты они быстро миновали ничейную полосу и, уже не скрываясь, пошли к передовой финнов.