Чтение онлайн

— Я знаю об этом, — ответил Болан, теряя терпение. — Но, тем не менее, спасибо за информацию.

— Это только одна сторона медали. Другая ничуть не лучше. В город съехались «сливки» уличного общества — подонки, вынырнувшие с самого дна. Все вооружены до зубов. Я пока у Дамио. Буффало у Томасетты. Еще три команды из Нью-Йорка размещаются в отеле...

— Брось, Лео. Я все знаю.

— Это ты брось. Уходи из города.

— Не могу.

— Но почему, черт возьми?! Что тебе так приспичило?

— Я уже говорил. Личные вопросы.

— Могилы безлики, сержант. Какую эпитафию заказать для твоей мемориальной доски? «Здесь покоится война Мака Болана»? А может так: «Здесь почила в бозе личная кровная месть»?

— Забудь о кровной мести. Речь идет о долге и ответственности.

— О чем?

— Забудь. Я постараюсь поскорее исчезнуть отсюда.

— Только не глупи, не лезь снова в тот же притон.

— Ты имеешь в виду яхт-клуб?

— Да. Там уже ждут твоего возвращения. Чарли вызвал туда столько стволов, что теперь там буквально не повернуться. Тебе не удастся так же легко справиться с ними, как прошлой ночью.

— А кто говорит, что прошлой ночью было легко?

— Ну, хорошо. Считай, что сегодня будет очень тяжело. Послушайся меня, Мак, держись подальше от яхт-клуба.

— Я так и планирую.

— О'кей. Да, и вот еще что: не подходи к Гарольду. Вокруг него постоянно вьется свора высокопоставленных бездельников.

— Знаю, — Болан вздохнул. — Броньола хороший человек. Передай ему мои наилучшие пожелания. Но не извинения. Я сделаю то, что я должен сделать, Лео.

— Хорошо. Крепись, старик.

— И ты тоже.

Болан повесил трубку, посмотрел на полицейский автомобиль, стоящий рядом с телефонной будкой, и бросил в аппарат еще одну монетку. Настало время приводить в готовность резервы.

— Да, слушаю, — голос Тоби прозвучал в трубке холодно и спокойно.

— Это я. Ключи найдешь в банке из-под кофе. Они от серого фургона «эконолайн», что стоит внизу, стоянка G-12. Встретимся на углу Келли и Моранг через двадцать минут.

— Погоди. Скажи хоть приблизительно, где это.

— К востоку по Эйт Майл до улицы Келли, как раз за бульваром Грэтиот, там ее пересекает улица Моранг.

— Поняла. А тебе не надо то имущество, что осталось в машине?

— Я еще утром все перегрузил.

— Ясно. Что-нибудь еще?

— Все. Будь в условленном месте.

Болан повесил трубку, посмотрел на заходящее солнце и пошел к машине.

Рассвет, закат. Рождение, смерть. Мужчина, женщина. Личность, Вселенная... Мак закурил и завел двигатель.

Все. Действие началось. Призрак смерти, витавший над Детройтом, выходил на свою ночную вахту.

Эмерсон как-то заметил, что «обстоятельства сильнее человека».

Болан не собирался спорить с таким мудрым человеком, тем более, что у него самого не раз возникало такое чувство. Вот и сейчас он задерживался в городе на двадцать часов дольше самим же себе отпущенного срока. Его план действий соответствовал принятой им тактике: нанести удар и скрыться до того, как противник соберется с силами для ответного хода, до того, как в игру вступит полиция, до того, как водоворот непредвиденных обстоятельств затянет в свою воронку.

Болан презирал смерть — но не жизнь. Он любил жизнь во всех ее проявлениях. Правда, он не особенно жаловал ту жизнь, которую прожил сам. Да и кому нравится путешествие на рекам крови? Но, чтобы жить дальше, Маку оставалось идти только этим путем. А Мак Болан, конечно же, ценил жизнь достаточно высоко и хотел жить для того, чтобы продолжать свою кровавую войну против мафии.

Да, обстоятельства сильнее человека. И они заставляли Болана торопиться.

Он со всей тщательностью провел разведку, вычислил врага, пересчитал его, развел по секторам. Теперь оставалось нанести удар в том месте, где, как он полагал, это принесет наилучшие результаты. Мак не питал иллюзий на тот счет, что он сотрет противника с лица земли. Болан был реалистом и не верил в чудеса. Он понимал, что возможности армии, состоящей из одного солдата, весьма ограничены. Конечно, будь у него достаточно времени, он, в конце концов, сумел бы и в одиночку расправиться с детройтской мафией. Она и так едва держалась на поверхности. Но у Палача оставалось совсем немного времени, он попал в глубочайший цейтнот, и это ломало все его планы. Обычно успех Болана основывался на применении тактики коммандос: это внезапный мощный удар по противнику, создание в его расположении хаоса и паники, затем быстрый отход — и все это за считанные минуты, с обратным отсчетом времени для каждого этапа операции. Все делается быстро и решительно. Акция не считается завершенной до окончательного отрыва от противника. Любое отклонение от этого графика чревато катастрофическими последствиями.

И нападение на мафиози Детройта Болан спланировал в соответствии с этой тактикой. Время он выбрал очень удачно. Мак застал их при проведении деловой встречи и тут же нанес удар. Противник в беспорядке отступил, неся большие потери, и это послужило серьезным предупреждением их «друзьям» — иметь дело с мафией очень опасно для здоровья. И, будь у Болана больше времени, он разнес бы в пух и прах их осиное гнездо, не оставил бы от него камня на камне. Уже только из-за этого можно было бы считать удар по детройтской мафии успешным. Подобные акции действуют отрезвляюще и многих излечивают от мании величия.

Но на этот раз обстоятельства оказались сильнее его.

Мак проторчал в Детройте уже лишних двадцать часов, полностью отойдя от выполнения своей первоначальной задачи. Лео Таррин не преувеличивал сложность обстановки. Разведка, проведенная Боланом, дала те же самые результаты. За ним следила сама смерть. А все, что он мог сделать — это следить за ней...

Нет, не совсем так. Он по-прежнему вел наступательные действия. Правила игры немного изменились, но противник оставался тем же, и Болан не изменял своим принципам — разве что пока он еще не плыл по волнам крови.

Законы безумной войны пасуют перед ответственностью сильной личности. Нет, лучше называть все вещи своими именами: перед долгом. Болан обязан был помочь двум женщинам и для этого ему требовалось обернуться назад и плюнуть смерти в лицо.

Он мог сделать это. А впрочем, черт возьми, таков был его долг!

Любые другие действия или бездеятельность привели бы к тому, что Мак стал бы презирать жизнь и самого себя.

Обстоятельства всегда сильнее человека, и попытка обойти их напоминает погоню за тем неземным волшебством, которое Болан почувствовал в обществе очаровательной Тоби Ранджер. Да, лошадка-судьба может быстро вывезти и круто изменить ход событий, но с той же легкостью она может сбросить седока и вернуться в конюшню.