Чтение онлайн

– Э-э-э... Так он это... того...
– Кондратьев притормозил у Вовиной палаты, удивленно изогнув брови.
– Ваш приятель в травматологии. Люба позавчера цветочный горшок уронила. Ему на голову. Говорит, не специально. Кстати, она клялась, что сама вам признается в грехе.

– Как это на голову?
– пролепетала я, честно пытаясь представить, каким образом подобное можно было сотворить, не пытаясь причинить вреда.

– Да не волнуйтесь вы, - предпринял доктор попытку утешить. В свойственной ему манере, разумеется.
– Парня нейрохирург осматривал - для профилактики. Там сотрясение простое. И царапина на затылке. Заживет до свадьбы.

Я предпочла не заметить выразительный взгляд, сопутствующий последним словам, и шагнула к Вове, пока заведующий продолжал объяснять, что Вадим сам не горел желанием делать инцидент достоянием общественности, так что довольны конспирацией остались все. А подержать парня в больнице решили во избежание возможных будущих претензий со стороны моего батюшки.

Поставив в уме галочку - навестить травмированного грозным "оружием" больного, я шикнула на врача, чтобы остановил несвойственный словесный водопад, и преодолела границу, разделяющую два мира. Легко, будто провалилась в сон. Яркий, наполненный приключениями - как в детстве.

А дальше были солнце, пляж, шепчущая таинственные истории вода и рыжий конь, готовый транспортировать меня хоть на край света. Все, как обычно. Включая козни закольцованного мира. Ибо, по многократной традиции вынесло нас не к заказанному вздернутому носу, а к сероглазому красавчику, мечтам о котором я предавалась все утро.

Он ждал на очень странном Слое. Нет, не меня, конечно же. Но чего-то или кого-то однозначно. Возможно, крутых перемен. Стоял на шатком деревянном мосту, грозящим в любую секунду с прощальным скрипом, похожим на стон, рухнуть в бурную реку. Ту, что поглотит любого, кто рискнет броситься в ее объятия. Унесет в свои недра, а наигравшись с безвольным телом вдоволь, безжалостно выбросит на камни. Искалеченным. Неживым.

Дмитрий стоял ко мне спиной, но, даже не видя лица, я поняла, насколько парень собран и напряжен. А еще, пожалуй, сломлен. Я почти физически почувствовала его эмоции, будто превратилась в локатор. Перехватила боль и отчаянье, желание вырваться из плена, подняться из глубины на поверхность - к солнцу, и вдохнуть полной грудью утреннюю свежесть. Захотелось кинуться к Дмитрию, обхватить руками сзади и прижаться щекой к плечу. Потереться, словно котенок, подарить частичку тепла. Лучик надежды.

Но вместо этого, я тактично кашлянула.

– Александра!

Миг, и усталость на осунувшемся лице растворилась, вертикальная морщинка на лбу разгладилась, а опущенные уголки губ дрогнули в попытке улыбнуться, а заодно спрятать напряжение и тоску.

Но я не позволила. В этот перевернувший чувства день была не расположена ко лжи и недомолвкам.

– Не прячьтесь в раковине, как улитка, - приказала я жестким тоном, шагнула к Дмитрию вплотную, заглянула в глаза - требовательно, давая понять, что не потерплю уловок и попыток уйти от ответа.
– Что с вами случилось сегодня?

– Сегодня?
– он горько усмехнулся, а взгляд наполнился дымкой, в которой сквозили (я могла бы поклясться в этом!) реальные воспоминания.
– Александра, вы умеете плавать? А приходилось плыть против течения? Когда стараешься, борешься, выбиваешься из сил, но не сдвигаешься с места. А стоит чуть расслабиться, позволить телу минутную слабость, тебя уносит назад, отнимая отвоеванные с боем несчастные метры. Знаете, каково это?

– Вы сейчас о Потоке или реальной жизни?
– я ни на мгновение не усомнилось, что Дмитрий проводит параллель, пытаясь в безумном сравнении передать то, что беспощадно рвет сердце.

– Обо всем сразу, - он сжал деревянную перекладину моста, и та отчаянно скрипнула, не понимая, за что ее пытаются сломать.
– И не только о себе. Это место... Оно - зло! Выбраться отсюда могут лишь избранные. Остальным не дано. Люди не хотят заглядывать себе в душу. Искать первопричины. Большинство устраивают их маленькие, простые жизни. С банальными привычками, глупыми радостями и не слишком выдающимися пороками.

– Вы сейчас говорите страшные вещи, Дмитрий, - внутри все оборвалось, сердце провалилось ниже желудка, потому что прежние подозрения восстали из пепла мифической птицей. Но голос звучал ровно и чуточку назидательно, словно я была учительницей, высказывающей претензии школьнику, который посмел нецензурно выразиться в классе.
– Откуда столько цинизма? Мне казалось вы другой.

– Откуда?
– Дмитрий невесело усмехнулся и протянул мне руку.
– Идемте, Александра. Не бойтесь. Покажу повод и для цинизма, и для сожалений.

Не знаю, о чем я думала, когда вложила дрожащие пальцы в горячую ладонь. Наверное, просто хотела прикоснуться к его коже. Ощутить подушечками живую плоть, чтобы поверить, что передо мной не морок. Хотя глупо было доверять подобной проверке. Поток тот еще шутник и обманщик.

Мост растворился под ногами. Растаял. Я громко вскрикнула, решив, что недавние фантазии воплощаются в жизнь, и злая река поглотит нас, утягивая камнем на дно. Но нет. Мы не утонули. И даже не коснулись темных волн. Не почувствовали ни холодного дыхания, ни острых брызг. Вода расступилась, позволяя покинуть Слой. Выпустила. Но точно не на свободу. А в новый кошмар.

Сначала был грохот. Не только пресловутой пушки, привычно оповестившей Поток о моем перемещении. Другой звук - в разы громче - попытался разорвать пополам темно-фиолетовое небо. Ударил по барабанным перепонкам. Обжог виски. И слился с жутким воем, похожим на поминальную волчью песнь.

Мы попали на излюбленное Поточное воплощение - бескрайнее поле. С высокой травой - сочно-зеленой и мокрой. Она трепетала от обезумевшего ветра, покорно ложилась на землю, признавая поражение, и тут же взметалась вверх, силясь вырвать себя с корнем. Счастье, что здесь не было цветов, иначе разноцветные лепестки летали бы вокруг вместо дождевых капель. Впрочем, и до самого ливня было недалеко. Скопление туч над головой то и дело пронзали электрические разряды, сопровождаемые грозовыми канонадами.

– Что происходит?!
– попыталась я перекричать вой, вырвав пальцы из ладони Дмитрия, чтобы привести в порядок платье - подол надулся колоколом и колыхался.

– Кое-кто не в духе!
– парень поморщился, прикрывая лицо от ветра длинным рукавом свободной белой рубахи.
– Пойдемте. Вон они!
– он вскинул вторую руку, указывая на что-то вдали.

– Где?
– я, щурясь, попробовала разглядеть тех, кто вызвал ураган на вполне симпатичном слое. Но стоило повернуться, как волосы занавесом закрыли обзор.
– Вот, блин!
– попытка убрать рыжие пряди в стороны привела к тому, что особенно упрямый локон умудрился попасть в рот.
– Да кто там, в конце концов?!