Перикл
Шрифт:
Все ветры. Ты, их вызвавший, свяжи
Их медью окрика! О, заглуши же
Неистовство громов и злую ярость
Могучих вспышек молний обуздай!
Где Лихорида? Что с моей царицей?
О буря, да когда же ты утихнешь?
Все заглушаешь ты. Свистки матросов
Для уха смерти все равно что шепот.
О, помоги, пресветлая Луцина,
Божественная повитуха, где ты?
Ты, нежная и добрая ко всем,
В ночи вопящим, — посети, богиня,
Наш пляшущий корабль и злые муки
Жены моей, царицы, утоли.
Входит Лихорида с младенцем.
О боги! Молви слово, Лихорида!
Лихорида
Смотри! Созданье это слишком слабо,
Чтоб вынести такую злую бурю.
Но, будь оно разумнее, наверно,
Оно, как я, желало б только смерти.
Вот, государь, прими его: оно
Часть умершей жены твоей, царицы!
Перикл
Что, Лихорида, что сказала ты?
Лихорида
О, успокойся, государь! Не нужно
Усиливать жестокий ужас бури.
Вот маленькая дочь твоя: она
Живая часть жены твоей — царицы.
Мужайся ради этого младенца
И успокой себя!
Перикл
О боги, боги!
Зачем же нам даете вы любить
То, что вы отнимете так скоро?
Мы, смертные, не так легко берем
Свои дары обратно: мы честнее!
Лихорида
О, успокойся, добрый государь,
Младенца ради.
Перикл
Да, я знаю, знаю,
Безоблачною будет жизнь твоя:
Какой ребенок бурно так рождался?
Приветливой и кроткой будешь ты:
Случалось ли, чтоб так встречали грубо
Ребенка царской крови? Будь счастливое
Ты, на кого огонь, вода и воздух
Набросились, когда еще на свет
Едва ты появилась. В первый миг
Ты потеряла все — ничто не сможет
Тебе потерю эту возместить.
Взгляните же, о боги, благосклонно
На этого младенца!
Входят два матроса.
Первый матрос
Не бойся, царь, храни тебя господь!
Перикл
Я бури не боюсь: она не сможет
Мне большее несчастье причинить.
Но из любви к несчастному младенцу,
Который стал игрушкой волн морских,
Едва родился, я молю богов,
Чтоб эта буря стихла наконец.
Первый матрос
Отдай канаты. А ну-ка, живо! Ах, дуй тебя горой!
Второй матрос
Эх, будь бы мы в открытом море, было бы не так страшно! Волненья-то я не боюсь: пусть хоть до луны достает!
Первый матрос
Царь, надо бы тело царицы бросить за борт: смотри, как воет ветер, как разъярилось море, — оно ведь не успокоится, пока мертвое тело будет на корабле.
Перикл
Это суеверие!
Первый матрос
Ты на нас, царь, не сердись, но у нас в море такой обычай, а обычаи мы привыкли строго соблюдать. Словом, поскорее отдай нам тело царицы: его нужно бросить за борт.
Перикл
Ах, поступайте как знаете! Несчастная моя царица!
Лихорида
Вот она, государь!
Перикл
Как ты терзалась на ужасном ложе
Без света, без огня! К тебе враждебны
Стихии оказались. Я не в силах
Тебя предать земле, как подобает.
Без отпеванья гроб твой опущу я
В пучину, и ни мраморной гробницы,
Ни трепетных лампад не будет там
Лишь кит с разверстой пастью проплывет,
Когда вода сомкнется над тобою
И ляжешь ты, как раковина, скромно
На тихом дне морском. О Лихорида!
Вели, чтоб Нестор мне принес бумагу,
Чернила и ларец мой, где храню я
Сокровища; вели, чтобы Никандр
Принес мне ящик, выстланный шелками.
Ребенка на подушку положи.
Скорее! Я хочу обряд последний
Над мертвой совершить! Спеши, сказал я!
Второй матрос
Царь! У нас в трюме есть подходящий ящик, просмоленный и законопаченный.
Перикл
Благодарю тебя. Скажи, матрос,
Какой там берег виден?
Второй матрос
Берег Тарса.
Перикл
Спеши туда, матрос! Не в Тир, а в Тарс.
Когда могли бы мы туда добраться?
Второй матрос
К рассвету, если ветер поутихнет.
Перикл
Скорее в Тарс! Я навещу Клеона.
Дитя не выдержит пути до Тира.
Клеону я его на попеченье
Оставлю. — Торопись, моряк мой славный!
А тело я вам вынесу сейчас.
Уходят.
СЦЕНА 2
Эфес. Комната в доме Церимона.
Входят Церимон, слуга и несколько человек, потерпевших кораблекрушение.