Чтение онлайн

— Я считаю, что плох тот экстрасенс, который не может работать в атмосфере неверия в его способности, — пожал плечами Валуйский. — Нам ведь не нужны «потомственные колдуны», раз в год попадающие пальцем в небо под аплодисменты поклонников. Покажите мне экстрасенса, дающего стабильный результат — я первый порадуюсь. Да только нет что-то таких.

— Ну почему же, — счел нужным вмешаться Горячев. — Вот как раз Ярослав Олегович демонстрирует неплохие результаты…

— Да? — иронически поднял бровь Игорь. — Разгадывание шифров, поиск преступников по имеющимся данным? На мой взгляд, они обусловлены хорошими аналитическими способностями, может быть, интуицией.

— Дело идет к демонстрации, как я понимаю, — невозмутимо произнес Краснов, отхлебывая чай из кружки. — Это неизбежно, иначе ничего толком у нас и не получится. Ну что ж…

Он потер ладони, на секунду прикрыл глаза. Внимательно посмотрел на каждого из своих собеседников по очереди — на внимательного Горячева, вновь надевшую очки Лену, иронично усмехающегося Игоря…

— Итак. Горячев Николай Васильевич, тысяча девятьсот шестьдесят третьего года рождения, старший следователь по особо важным делам. Женат, в браке двадцать лет, двое детей. Проживаете непосредственно здесь, с женой и младшей дочерью. В экстрасенсорику верите — в юности столкнулись с чем-то необъяснимым.

Горячев невозмутимо кивнул. Ярослав перевел взгляд на Лену.

— Марченко Елена Валерьевна, тысяча девятьсот восемьдесят четвертого года рождения, следователь-стажер. Не замужем, постоянного партнера нет. Отчаянно любите путешествовать, объездили несколько десятков стран. Также любите покупать там красивые безделушки, ваша квартира уставлена сувенирами со всего света. Верите в чудеса, экстрасенсов побаиваетесь — настолько, что надели темные очки, чтобы я вас, видите ли, не сглазил. Не беспокойтесь, я не по этой части.

Лена насупилась, но очки сняла. Ярослав перевел взгляд на всё так же иронически улыбающегося Валуйского.

— Валуйский Игорь Александрович, тысяча девятьсот семьдесят шестого года рождения. Следователь по особо важным делам. Разведен, дочери десять лет. Несколько командировок в Чечню во время второй кампании, пулевое ранение в правое плечо. Азартны, любите играть и рисковать, увлекаетесь скалолазанием, рукопашным боем, вообще неравнодушны к экстриму. В экстрасенсов не верите совсем.

— Впечатляет, — кивнул Горячев.

— Очень, — сглотнув, согласилась Лена.

— Нет, не впечатляет, — усмехнулся Валуйский. — Это называется «ментализм». Аналитические способности, интуиция, плюс доступ к интернету. Как любой фокус, всё это готовится заранее.

— Вот как? Что ж, давайте тогда чуть-чуть углубимся, — прищурился Краснов. Закрыв глаза ладонью, он двумя пальцами помассировал виски, словно пытаясь избавиться от головной боли — Мм-м… Что бы такого четко опознаваемого вам выдать… О’кей. День сегодняшний, утро: «Хренов ты урод, купил себе „Инфинити“ и думаешь, что теперь всё можно!» Что еще… «Ненавижу группу „Руки Вверх“, выключи немедленно, ты что…». Так. «Черт, какие у нее ноги всё-таки! И глаза. Ну, глаз не видно под очками, но ноги-то каковы!» Так, дальше не буду озвучивать. Ну, сторонник ментализма, что теперь скажете?

Но Валуйский ничего не говорил. Он на глазах багровел, растерянно моргая. Спрашивать, угадал ли экстрасенс, было явно излишним.

— Ноги, значит? — звенящим голоском спросила Лена, поднимаясь. — Вот теперь всё понятно, окончательно и бесповоротно. И почему про год бесплодных попыток ни слова не прозвучало, и почему вы, Игорь Викторович, так наставали на моем переводе в отдел «Т.О.Р.». Знаете, что я вам скажу? Идите вы ко всем чертям, занимайтесь своими делами сами.

Она вылетела в прихожую, обулась и хлопнула дверью. Кинувшегося было ее останавливать Валуйского придержал Горячев.

— Не надо лишних движений, Гоша, — сказал он, усаживая оперативника обратно в кресло. — Ты Лену не знаешь, что ли? Вспыльчивая она, да, но отходит быстро и потом еще и сама извиняется. Но вот под руку ей лезть, когда она вспыхивает, чревато.

— Она меня на «вы» назвала, Николай Васильевич, — потрясенно проговорил Валуйский, не слыша его. — Представляете?

— Представляю, — сухо отозвался Горячев. — Но мы вообще-то сюда не сердечные драмы разыгрывать пришли. Мы, напомню, расследуем весьма подозрительное самоубийство, и у нас чертовски мало времени.

— Это убийство, — подал голос Краснов. — Совершенно определенно.

— Ах да, действительно… — саркастически передернул плечами Игорь. — И кто убийца?

— Вот этого пока не знаю, — отозвался экстрасенс, покачав головой.

— Что ж вы так-то, — ядовито посетовал Валуйский. — Как всякую дрянь — так сразу можете увидеть и рассказать всем подряд, а как что-то стоящее…

— Игорь, — укоризненно посмотрел на него Горячев. — Работаем мы здесь, а не топчемся друг другу по мозолям.

Валуйский потер лицо ладонями, потряс головой.

— Виноват, — хрипло сказал он. — Действительно. По крайней мере, могу вам точно сказать, Ярослав Олегович…

— Можно просто Ярослав, — махнул рукой Краснов.

— …могу вам точно сказать, Ярослав — ваши способности будут покруче, чем у всех, с кем мы до сих пор имели дело. Те две сотни человек вам в подметки не годятся. И, я предполагаю, других таких уже и не будет…

На столе вдруг завибрировал телефон Краснова. Ярослав нахмурился — номер был ему незнаком. Поколебавшись, он включил громкую связь и нажал на «принять вызов».

— Алло.

— Здравствуйте, — сказал звонкий и чистый голос на том конце. — Меня зовут Сергей Скрипка. Вы сегодня хотели мне позвонить, даже набрали номер наполовину. Кто вы и что хотите от меня?

— Меня зовут Ярослав, и я к вам с предложением, — отозвался Краснов, не отказав себе в удовольствии протянуть руку и захлопнуть отвисшую челюсть Валуйского.

Скрипка приехал на удивление быстро, особенно по московским меркам — через двадцать пять минут. Словно сидел и ждал, когда же его позовут работать в отдел ТОР при Следственном Комитете.