Чтение онлайн

— А римляне умели с такой точностью рассчитывать расстояния? — спросил Бронсон.

Анджела с уверенностью кивнула.

— Могли, и с очень большой точностью. У римлян имелось много измерительных приборов, включая такой, который назывался «грома». Его стали использовать за несколько столетий до правления Нерона, и результаты измерений с его помощью были весьма и весьма точны. Вспомни только, сколько крупных строений римской эпохи дошло до нашего времени. Они не смогли бы простоять так долго, если бы их создатели не владели хорошо развитыми измерительными навыками и познаниями в этой области.

Анджела села за ноутбук и ввела в поисковую систему слово «грома». Когда появились результаты, она выбрала один из сайтов и нажала на него.

— Вот она, — Анджела, показала на экран, — грома.

Бронсон несколько мгновений всматривался в изображение инструмента. Он состоял из двух горизонтальных рукояток, пересекающихся под прямым углом на кронштейне, который сам был присоединен к вертикальной штанге. На каждой из четырех рукояток на конце имелся шнур со свинцовым грузилом.

— Направление они определяли с помощью инструмента, называвшегося «гномон», правда не очень точно, а расстояние и высоту измеряли с помощью диоптра.

— Значит, нам остается только выяснить, какие холмы Марцелл использовал в качестве точки отсчета.

— Задача, которая кажется совсем не сложной, но только на первый и очень-очень поверхностный взгляд, — иронично прокомментировала Анджела. — Как, черт возьми, ты собираешься искать эти холмы? Вокруг Рима их сотни.

— У меня есть тайное оружие, — ответил Бронсон с улыбкой. — И называется оно «Google Earth». Я могу воспользоваться им, чтобы измерить высоту любого места на поверхности нашей планеты. На диаграмме с кувшина имеется шесть точек с координатами, поэтому мне нужно лишь перевести римские единицы измерения в современные, а потом найти шесть холмов, соответствующих установленным характеристикам.

— И тогда мы найдем «лжецов»…

На обратном пути из Понтичелли в Рим Грегорио Мандино позвонил Пьеро и попросил ждать их в ресторане на виа делле Боттеге-Оскуре. По роду деятельности Мандино не имел нужды в особом офисе и большинство встреч с подчиненными проводил в кафе и ресторанах. Кроме того, по его просьбе Пьеро должен был привезти подробные карты Рима с пригородами и характеристикой строений, сохранившихся со времен империи, а также прихватить ноутбук.

Они встретились в отдельном маленьком кабинете в задней части ресторана.

— Значит, вы нашли «Эксомологезис»? — спросил Пьеро, когда Мандино с Роганом уселись за стол и заказали напитки.

— Да, — ответил Мандино, — и я полагал, что на этом все и завершится. Однако, когда кардинал развернул свиток до конца, он обнаружил там приписку, которая для всех нас стала неожиданностью.

— Приписку?

— Краткое примечание на латыни с императорской печатью Нерона Клавдия Цезаря Друза, которое страшно напугало Вертутти, так как, судя по названной приписке, можно заключить, что свиток был только частью того, что спрятал Марцелл по приказанию Нерона, и притом не самой важной.

— И что еще такого он спрятал?

Мандино сообщил ему содержание приписки в тексте свитка.

— Вы серьезно? — переспросил Пьеро с дрожью в голосе. — Я не могу в это поверить. Неужели оба?

— Так утверждается в латинском тексте.

Ученый побледнел, и его бледность выглядела как-то особенно тревожно в ярком свете люстр.

— Но я не… я хочу сказать, что… о боже!.. Вы в самом деле верите тому, что там говорится?

Мандино пожал плечами.

— Верю я или нет, не имеет принципиального значения. И уж если говорить совсем начистоту, меня как-то не очень заботит, правда написана в том свитке или ложь.

— Неужели они могли сохраниться на протяжении двух тысяч лет?

— Вертутти не хочет рисковать. К тому же, Пьеро, мы пока еще связаны контрактом и должны довести работу до конца, поэтому я хочу, чтобы вы помогли нам расшифровать надпись на камне.

— Где он сейчас?

— Мы оставили его в машине. Роган сфотографировал надпись, и вы можете работать со снимками.

Роган протянул ему карту памяти из цифровой камеры.

Пьеро сунул ее в сумку.

— Мне бы все-таки хотелось взглянуть на камень.

Мандино кивнул.

— Автомобиль за углом. Можно съездить.

— А что представляет собой надпись? Карту? Какие — либо указания?

— Мы не знаем. То, что мы имеем дело с нижней частью камня с латинской надписью, не вызывает никаких сомнений. Мы сложили их вместе, и они совпали. На самой плите три прямые линии, шесть точек и несколько букв и чисел. Это больше похоже на диаграмму, чем на карту, но она должна указывать дорогу к тому месту, где спрятаны останки, в противном случае не было бы никакого смысла в том, чтобы высекать ее на камне и впоследствии прятать камень.

— Линии? — пробормотал Пьеро. — Буквы и числа? А не помните ли, какие именно буквы? Возможно, «P» и «MP»?

— Да, и еще, кажется, «A». А что? Вам известно, что они означают?

— Да, не исключено. «Pedes», или «passus», «mille passus» и «actus». Римские меры длины. Тот, кто делал диаграмму, выбрал несколько достаточно высоких зданий или других ориентиров в Риме и воспользовался ими в качестве точек отсчета.

— Надеюсь, что вы правы, — заметил Мандино. — А теперь мы пройдем и взглянем на камень, после чего вы сможете приступить к работе.

Он встал из-за стола, и вся группа последовала за ним на улицу.

Бронсон потратил больше часа, пытаясь найти соответствия высотам, обозначенным на диаграмме на скифосе, на картах «Google Earth».

— Это может продолжаться до бесконечности, — пробормотал он, откинувшись на спинку кресла и потянувшись, чтобы хоть немного размять затекшие конечности. — Проклятая Италия вся как будто состоит из холмов, и бог знает, какой из них выбрал Марцелл. Да и то если он действительно выбрал холм, а не какой-то другой ориентир.