Чтение онлайн

— Здравствуй, Хосе!

Анджела попыталась высвободиться из не в меру горячих объятий.

Пуэнте сделал шаг назад и протянул руку Бронсону. Торопливыми движениями он напоминал птицу.

— Простите меня, — извинился он с едва различимым испанским акцентом, — я так соскучился по Анджеле. Хосе Пуэнте.

— Крис Бронсон.

— А… — Пуэнте отступил назад, переводя взгляд с одного гостя на другого. — Но я полагал, что вы…

— Ты совершенно правильно полагал, — сказала Анджела, вздохнув и взглянув на Бронсона. — Мы были женаты, потом развелись, а теперь, признаться, даже не могу точно определить наш матримониальный статус. В любом случае нам нужна твоя помощь.

— Эта помощь имеет отношение к тому, что находится у вас в той черной сумке, Крис? — спросил Пуэнте.

— Откуда вы знаете? — На лице Бронсона отобразилось изумление.

— Несложно догадаться. Посетители редко приходят в музеи с большими дорожными сумками. И я обратил внимание на то, что вы не сдали сумку в гардероб и стараетесь нести ее с особой осторожностью. Значит, внутри находится нечто хрупкое и, вероятно, ценное, по поводу чего вы хотели бы получить заключение эксперта. Итак, что у вас там?

Анджела на мгновение нахмурилась.

— Мне кажется, вначале мы должны тебе кое-что объяснить. Мы не могли бы пройти к тебе в кабинет или куда-то, где нам никто не помешает?

— Мой кабинет не стал больше с того времени, как ты была здесь в последний раз, дорогая. У меня есть идея получше. Давайте спустимся в подвал. Там в библиотеке очень много места.

Анджела вспомнила, что в подвале Музея Египта размещается личная библиотека основателя музея Хорди Клоса. Она рассказала об этом Крису, когда они проходили по современным просторным залам, где белые квадратные колонны и перила из нержавеющей стали контрастировали с вневременной классической красотой экспонатов, насчитывавших не менее трех тысячелетий.

Пуэнте провел их вниз по лестнице в библиотеку.

— Ну вот, — провозгласил он, усевшись в удобное кресло, — теперь я готов выслушать вашу историю.

— Крис занимался этим с самого начала, поэтому, наверное, будет лучше, если он все и объяснит.

Бронсон кивнул и начал с самого начала, рассказав испанцу о гибели Джеки Хэмптон при загадочных обстоятельствах на вилле у Понтичелли, о поездке с Марком в Италию, о событиях там и об их продолжении в Англии.

— В центре всей нашей саги — два камня с надписями. До того, как строители обнаружили в доме Хэмптонов надписи…

— HIC VANIDICI LATITANT, — перебила его Анджела.

— «Здесь лежат лжецы», — с ходу перевел Пуэнте.

— Именно, — подтвердил Бронсон. — До того как строители сбили штукатурку над камином, никого не интересовал ни дом, ни то, что в нем находится. Как только Джеки начала поиски в Интернете перевода упомянутой фразы, так сразу же… ну, остальное вам известно.

Он до сих пор не мог без боли вспоминать о смерти Джеки и Марка.

Далее он сообщил испанцу о том, как Анджеле удалось расшифровать значение второй, прованской надписи, как они нашли под полом скифос и свиток.

— И вы принесли их, чтобы я смог на них взглянуть? — воскликнул Пуэнте, не скрывая энтузиазма.

Бронсон покачал головой и рассказал ему о том, как два итальянца отняли у них свиток и как главарь итальянских бандитов заявил, что свиток относится к первому веку нашей эры и содержит некую тайну, раскрытие которой может очень повредить церкви.

— Если у вас нет свитка, что же в таком случае вы принесли? — спросил Пуэнте.

— История не окончена, — ответил Бронсон и сообщил Пуэнте о том, как Анджела осмотрела скифос и обнаружила, что узор на нем имеет некий смысл и может быть интерпретирован как схема. Затем описал их путешествие на холмы в окрестностях Пильо, открытие гробницы и ее содержимого.

— Два тела? — перебил Бронсона Пуэнте.

— Да, — ответил тот. — У нас с собой фотографии, которые я сделал в гробнице. Я могу их показать. По моему мнению, одного из этих двоих обезглавили, а второго — распяли. Над входом в пещеру изображены три буквы «HVL», что, по-видимому, означает «HIC VANIDICI LATITANT».

Пуэнте задумался. После довольно продолжительной паузы он спросил:

— Почему вы пришли к выводу, что один был обезглавлен, а второй распят?

— У большего из двух скелетов сломан один из шейных позвонков. Как офицеру полиции мне хорошо известно, что позвонки обычно очень прочны, и я не могу представить себе нормальных обстоятельств, при которых один из них после смерти человека мог сам собой расколоться надвое. Единственным возможным объяснением является отсечение головы.

— А второе тело?

— Ну, с ним совсем просто. Обе пяточные кости все еще соединялись остатком очень толстого гвоздя, а на обоих запястьях имелись следы ржавчины.

Пуэнте был потрясен.

— Вы уверены?

— В качестве доказательства у меня есть фотографии, — напомнил ему Бронсон, — и при необходимости мы сможем снова найти захоронение, если, конечно, итальянцы не взорвали его.

— И у вас с собой артефакты, которые вы забрали из пещеры? — спросил Пуэнте дрожащим голосом.

— Два диптиха и свиток, — ответила за Криса Анджела, пока он открывал кожаный портфель и разворачивал сверток с реликвиями. — Диптихи запечатаны, но я взглянула на свиток. Именно по этой причине мы и привезли их тебе. Я не могла поверить тому, что прочла.

Пока Пуэнте натягивал пару белых хлопчатобумажных перчаток, Бронсон осторожно развернул сверток и выложил его содержимое на стол. Как только реликвии предстали глазам испанца, он невольно затаил дыхание.

— Господи! — пробормотал он. — В каком великолепном они состоянии! Мне подобного никогда не приходилось видеть.

Он расстелил на столе большой лист бумаги и направил на него свет двух настольных ламп, затем выбрал один из диптихов и благоговейно поместил его в центре бумажного листа, после чего склонился над ним с подсвечиваемым увеличительным стеклом в руках.

— Я полагала, что это императорская печать Нерона, — сказала Анджела.

Пуэнте кивнул.

— И совершенно справедливо, что делает вашу находку очень редкой и исключительно ценной. — Он поднял голову и взглянул на Анджелу. — Тебе известно содержание диптиха?