Пестрые истории
Шрифт:
Командир корабля, капитан Ингрэм, услышав об этом случае, обратился к австрийскому Генеральному консулу и потребовал немедленной выдачи Косты, как человека, находящегося под защитой Соединенных Штатов. Тут всеобщее возмущение поутихло, все ждали результата.
Ответ был отрицательный.Генеральный консул в выдаче отказал.
Грубый отказ имел трагические последствия.
Итальянцев взорвало. Дело не обошлось без человеческой жертвы. В одной из кофеен было совершено нападение на троих австрийских морских офицеров, их избили. Офицеры храбро бросились бежать и добежали-такн до гавани, но поскольку лодки поблизости не оказалось, то они попрыгали в водуи попытались добраться до своего корабля вплавь. Однако одному из них, барону Хакельбергу, это не удалось, силы оставили его и он утонул.
Этот смертельный случай спутал планы австрийцев, которые хотели, чтобы капитан Шварц, так звали командира австрийского корабля, спешно покинул гавань, а уж потом дипломаты поломали бы головы, как уладить это дело и что делать с пленником. А теперь было бы трусостью просто так исчезнуть из бушующего города. Отправление перенесли на 29 января.
По делу о пленнике дипломатические фельдъегеря опять засновали между Смирной и Константинополем, переплывая туда и обратно, но ничего такого, что могло бы разрешить конфликт, не происходило.
28 января в 10 часов вечера, к великому изумлению капитана Шварца, «Сент-Луис» покинул свою стоянку, подошел к австрийскому кораблю и развернулся всем бортом к нему. А чтобы у капитана Шварца не оставалось никаких сомнений, в орудийных бойницах при лунном свете блеснули жерла пушек…
Итак, прошмыгнуть было нельзя. Встревоженный консул запросил отсрочки: вот-вот, дескать, должно прибыть из Константинополя указание посольства, — чтобы американцы немного потерпели.
Командир корабля Ингрэм откатил пушки и подождал еще четыре дня, но тут уж терпение у него кончилось. 2 февраля, утром, капитану Шварцу было передано, что если до 4-х пополудни Мартон Коста не будет выдай, то он, Ингрэм, освободит его силой оружия.Тут опять заблестели жерла пушек…
Капитан Шварц срочно послал нарочного к Генеральному консулу, чтобы тот в самом деле сделал что-нибудь, потому что этот озверевший янки способен пустить на дно корабль Его Императорского Величества. Орудия на «Сент-Луисе» заряжены, экипаж приведен в боевую готовность.
Тянуть с решением дальше было никак нельзя. Австрийский консул помчался к Генеральному консулу Соединенных Штатов в Смирне, предлагая соглашение: поручить Косту заботам консульства какой-нибудь нейтральной державы, пока заинтересованные государства не уладят вопрос меж собой. Американский консул принял предложение, а тамошний консул Франции взял на себя обязанность стеречь пленника. Косту отправили на берег и, согласно договоренности, передали французским властям.
Вена, конечно же, разослала европейским правительствам памятную записку,что командир американского военного корабля нарушил международное право, его действия равнозначны объявлению войны и т. д. и т. п.
Капитан Ингрэм, не больно-то интересуясь памятными записками, не отводил свой корвет от борта австрийского корабля. Австрийское правительство, вынужденное осознать тот факт, что, хотя Коста и находится в городе, этот капитан все же способен своими пушками вмешаться в дипломатические споры, с большим скрипом уступило и отказалось от пленника.
Французы выпустили Косту на свободу.
О дальнейшей его судьбе у меня сведений нет, знаю только, что он уплыл в Америку. Куда больше известно о капитане Ингрэме.
Случай в Смирне настолько замутил дипломатические воды, что им занялся сам президент Соединенных Штатов и даже выступил с докладом в Конгрессе. Интересно привести его здесь целиком: в нем факты изложены куда четче и достовернее, чем то, как их пыталась подать венская дипломатия:
«Урожденный венгр Мартон Коста в 1850 году прибыл в наш штат и согласно нашим законам выразил намерение стать гражданином Соединенных Штатов. Проведя здесь у нас два года, он выехал в Турцию. Во время его пребывания в Смирне он подвергся насильственному аресту, был препровожден на австрийский военный корабль, где его заковали в цепи с открыто выраженным намерением отправить в Австрию. Наш консул в Смирне и наше посольство в Константинополе вмешались в интересах его освобождения, но их усилия остались безрезультатными.
В это время капитан Ингрэм прибыл на военном корабле Соединенных Штатов “Сент-Луис”; получив информацию об обстоятельствах случившегося, он пришел к убеждению, что Коста заслуживает покровительства со стороны американского правительства. После чего предпринял решительные и действенные меры в интересах его освобождения.
По договоренности, состоявшейся между уполномоченными лицами Соединенных Штатов и Австрии, Коста был доверен заботам французского Генерального консула в Смирне, пока заинтересованные государства не решат вопрос о его судьбе. Согласно этому решению, Коста в настоящее время находится в Соединенных Штатах.
Австрийский император выступил с жалобой на действия наших офицеров в данном деле, принимая во внимание, что Коста является его подданным, которого он вправе арестовать даже на турецкой территории, и просит правительство Соединенных Штатов о выдаче пленника, а также осуждения действий наших служащих в удовлетворение за нанесенное оскорбление.
После тщательного расследования этого случая у меня сложилось убеждение, что арест Косты произошел без законного основания, соответственно, на австрийском судне его удерживали также незаконно; что во время своего ареста он должен был рассматриваться как гражданин Соединенных Штатов, в силу чего действия наших офицеров должны быть одобрены. Их поведение считаю правильным, а австрийские претензии отвергаю».
Можно себе представить, какое возмущение охватило американский народ, когда он узнал о претензиях австрийского императора. Ведь у всех еще на памяти были слова Кошута: «Наше дело то же, за что боролся Вашингтон».
Свежестью этих воспоминаний объясняется то, что Конгресс, обсудив доклад президента, 174 голосами «за», 9 «против» принял следующее решение:
«Настоящим Конгресс Соединенных Штатов выражает благодарность господину Дункану Натаниэлю Ингрэму, командиру корвета “Сент-Луис", за его правомерную и смелую позицию, которую он занял 2 июля прошлого года, приняв под покровительство американского правительства и освободив незаконно арестованного и препровожденного на австрийское судно Мартона Косту.
Вместе с тем Конгресс просит Президента Соединенных Штатов учредить медаль в честь Дункана Н. Ингрэмас надписью, отмечающей его заслуги, в знак признания его справедливых, решительных и смелых действий. Просим Президента сообщить это решение капитану Ингрэму, сопроводив подобающими случаю словами, которыми Президент сочтет нужным передать чувства депутатов Конгресса»{Этот случай подробно описан с приложением дипломатических документов в пятитомной работе Ш. де Мартена «Causes c'el`ebres du droit des gens» (Leipzig,Brockhaus,1861).}.
Случай с Мартоном Костой произошел в Америке Бенджамина Франклина. Это была его родина, родина одного из основателей государства с республиканской формой правления, родина президента-пуританина, который завтракал молоком из глиняного горшочка оловянной ложкой и однажды распек жену за то, что она осмелилась поставить перед ним фарфоровую чашку с серебряной ложкой. Он любил повторять: «Добрый крестьянин, ставший на ноги, куда большего стоит, чем аристократ, поставленный на колени». Он изобрел громоотвод, его заслуги емко сформулированы в одной-единственной стихотворной строке на латыни:
Eripiut coelo fulmen sceptrumque tyrannis.
(Он вырвал у небес молнию, а у тиранов скипетр.)
Однако существовала и другая Америка, в которой он так и не смог вырвать из рук у своих же соотечественников наигнуснейшее порождение скипетра — кнут, обрушивающийся на человеческое тело.
В 1852 году вышел всемирно известный роман миссис Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома». Книга вызвала громкое возмущение среди сторонников рабовладения. Нападки на нее сводились к тому, что роман, дескать, не отражает действительного положения вещей и не дает правдивой картины рабовладения. В ответ на упреки автор написала новую книгу, которая называлась «Ключ к “Хижине дяди Тома”». Здесь она рассказала о реальных событиях, привела факты и неопровержимые документы об истинном положении негров в Америке.